Игорь Чичилин – Переполох в галактической полиции (страница 90)

– Это есть в отчете, который я передал секретарю, – махнул рукой Лепаж, занятый своими мыслями.

В предложении Лепажа не было ничего особенного, но только если бы речь шла о небольшой группе пиратов, уличенных в чем-то не слишком серьезном – контрабанде, например. Ворвуд же со своей компанией наделал много шума в галактике и должен был понести самое суровое наказание. С одной стороны, ему не было прощения. Но с другой… Обстоятельства складывались так, что приходилось идти на заключение договора с пиратами. Потому что другого пути защитить галактику не было – Лепаж понял это из разговора с Крокхом. Дело зашло в тупик. И либо заключать довольно позорное перемирие с пиратами, либо уничтожать их, но ценой гибели целой планеты, а то и не одной.

Правда, существовала надежда, что пиратов удастся победить, не подвергая опасности галактику, если пиратские корабли не будут находиться на краю системы. Но это риск, а в данном случае риск совершенно невозможен, поскольку рисковать приходится чужими жизнями.

Нет, по мнению Лепажа, не оставалось ничего другого, как пойти на переговоры с пиратами. К тому же необходимо еще и спасти полицейский корабль, провалившийся во времени.

В общем, когда военные действия можно продолжать только ценой жизни мирных планет и двоих полицейских заодно, приходится выбирать переговоры.

Президент вызвал своего главного советника. Они вместе просмотрели материалы, присланные Лепажем, и затем президент спросил:

– Что вы думаете об этом?

– Что ж, – откидываясь на спинку кресла, проговорил советник, – дело действительно серьезное. Если одна из наших планет подвергнется террору пиратов, это будет крайне нежелательно.

– Крайне нежелательно? – несколько удивленный такой формулировкой, уточнил президент.

– Да. Это будет совсем не то, что было на Харниане, куда пираты прилетали с целью захвата кораблей и вели себя довольно мирно по отношению к населению. Но если их целью будет само население… – советник развел руками. – Это вызовет сильнейшее общественное возмущение. Тем более после того, как выяснится, что мы могли воспрепятствовать этому, предложив мирные переговоры.

– Думаете, выяснится?

– Конечно. Это ведь очевидно. И если мы не воспользуемся такой возможностью, то станем косвенными участниками террора. Как вы понимаете, это повлечет за собой самые неблагоприятные последствия. Это ведь не шахматная партия, в которой можно пожертвовать фигуру ради победы. Президент не может жертвовать мирными планетами.

– Так, – кивнул президент. – Ну а насчет наказания пиратов? Вы считаете, что общественность не будет возмущена тем, что мы просто простим их?

– Поначалу – возможно, – согласился советник. – Но, в принципе, мы сможем повлиять на общественное мнение в данном случае. Разрешение военного конфликта мирным путем – это всегда лучше. И потом, НК-14 станет новой колонией, то есть дело переходит на государственный уровень. С этой точки зрения пираты из бандитов превращаются в противника. А противник, который сдался, заслуживает всяческого прощения и милосердия. Мы только выиграем, если будем гуманны к осознавшему свою вину противнику.

– Так, – снова кивнул президент. – А не будет ли это выглядеть как проявление слабости? После того, что все силы безопасности галактики не смогли справиться с какой-то кучкой пиратов, пришлось пойти на мирные переговоры.

– Ммм… нет, – задумчиво ответил советник. – Хотя на самом деле все, наверно, действительно так и есть. Но мы можем вспомнить, например, о полицейском корабле, провалившемся во времени у НК-14, – нельзя же так просто бросать его.

– Не слишком убедительно, – покачал головой президент. – Нас могут обвинить в чрезмерном либерализме и беспомощности в борьбе с преступностью. И вообще, это может послужить дурным примером.

– Возможно, – нехотя согласился советник. – Но думаю, что нам все же удастся выстроить достаточно убедительную схему причин. Кстати, в этом плане есть некоторая свобода, поскольку сейчас пока прессе ничего неизвестно. А потом мы дадим им именно те материалы, которые будут выгодны для нас.

– Речь ведь идет о целой пиратской планете, – напомнил президент. – Впоследствии корреспонденты возьмут интервью чуть ли не у каждого пирата. Так что события будут представлены в реальном свете.

Советник махнул рукой.

– Что могут знать рядовые пираты? А с главарями мы всегда договоримся. И кстати, то, что сейчас никто не знает об этом деле, можно использовать и по-другому, – он хитро прищурился. – Если пираты согласятся на наши условия, соответственно, они должны будут сложить оружие. И когда полиция и военный флот прибудут в их систему, мы можем сделать с безоружными пиратами все, что захотим.

– Ну, – нахмурился президент, – это нехорошо.

– Никто ничего не узнает, – продолжил советник. – Главарей, которым известно о переговорах, мы уберем, а Лепаж, конечно, ничего не расскажет. И получится так, что никаких переговоров и не было, а просто мы провели успешную боевую операцию.

– Нет, такие методы нельзя применять даже в борьбе с пиратами, – сурово произнес президент. – А если кто-то впоследствии все же узнает о переговорах? Вы представляете, какой это вызовет скандал?

– Мы можем представить это как военную хитрость, – пожал плечами советник, но, встретив сердитый взгляд президента, не решился настаивать. – Впрочем, это так, всего лишь вариант, просто в виде предположения. Я ведь не говорю, что нужно именно так и сделать.

Советник замолчал, в ожидании глядя на президента. Тот какое-то время размышлял над его словами, а потом сказал:

– Пока я вижу, что… – президент сделал паузу, – доводы за и против равны. Нам нужно решить: либо мы проводим жесткую политику, возможно, идем на обострение, но не вступаем в переговоры с преступниками, либо, руководствуясь соображениями гуманности, все же соглашаемся на мирные переговоры, но оставляем пиратов безнаказанными даже после такой бандитской выходки, как налет на Харниан. И тем самым создается прецедент для будущих подобных ситуаций. Если преступники будут чувствовать себя в безопасности, уверенные в прощении, то налет на планеты может стать дурной модой у пиратов. Так что, – президент посмотрел на советника, – нужно делать выбор: либо руководствоваться соображениями силы и порядка, либо гуманности и либерализма.

– Извините, – проговорил советник, – но здесь есть еще одно соображение – экономического плана.

– Н-да?

– Да, сэр. Дело в том, что фактически мы получаем новую колонию совершенно бесплатно. И даже более того. Захват планетарной системы потребует материальных и, возможно, людских затрат – мы будем избавлены и от этого. В противном случае придется сначала тратить средства на уничтожение колонии, а потом еще большие – на построение новой. Если удастся договориться с пиратами, мы получаем новую заселенную планетарную систему без каких-либо затрат. Как вы понимаете, это значительная сумма и, по-моему, может служить неплохим выкупом за Харниан.

– Новая колония в качестве выкупа за Харниан? – удивился президент. – Хм… – задумчиво произнес он. – Хм…

– Сэр, вас вызывает личный секретарь президента, – сообщил помощник.

– Да, – Лепаж сорвался с места и бросился к пульту.

С момента разговора с президентом прошел ровно час. За это время Крокх отправил корабль-компенсатор к НК-14, и тот проделал уже часть пути. А Лепаж потерял бесчисленное количество нервных клеток в томительном ожидании ответа президента. И вот, наконец, этот ответ, похоже, будет дан. Точно через час, как и обещал президент.

– Начальник галактической полиции на связи, – ответил Лепаж.

– С вами будет говорить президент галактики, – надменно сообщил личный секретарь и затем переключил каналы. На экране появился президент.

– Что ж, Лепаж, – проговорил он, – я рассмотрел ваше предложение. Нельзя сказать, что это простое дело, и в обычных условиях требовалось бы создать специальную комиссию по этому вопросу. Но в данном случае на это нет времени.

– Да, сэр, – поспешно произнес Лепаж. – Нужно успеть спасти наш корабль.

Президент спокойно выслушал его.

– Конечно, – ответил он. – Жизнь каждого гражданина галактики представляет крайне важную ценность, тем более если речь идет о защитниках правопорядка. Итак, решение по данному вопросу принято. Я считаю, что, – президент сделал паузу, Лепаж внутренне сжался, – вы можете приступить к переговорам с пиратами, – продолжил президент. – Условия, как вы понимаете, достаточно просты. Пираты должны сложить оружие, предоставив свою систему под юрисдикцию галактики. Со своей стороны мы обещаем полную амнистию всем добровольно сдавшимся пиратам.

– Да, сэр, – радостно произнес Лепаж. – Я совершенно согласен с вами.

Президент снова спокойно выслушал его, как бы давая ему возможность высказаться, а потом продолжил, не отвечая, а просто говоря то, что хотел сказать:

– Никаких особенных условий в данном случае нет. Система пиратов станет вполне обыкновенной колонией со всеми обыкновенными правами и обязанностями. Мой секретарь передаст вам соответствующий документ. Если все же возникнут какие-либо трудности, немедленно обращайтесь ко мне.

– Конечно, сэр, – с готовностью отозвался Лепаж.

– Переговоры нужно проводить именно вам, потому что пираты – это дело начальника полиции.