Игорь Бунич – Пятисотлетняя война в России. Книга первая (страница 95)
Кручина уже привлек к тесному взаимодействию с Минфином СССР во главе с новым министром Орловым. С помощью Минфина КПСС фактически стала владельцем крупнейшего Автобанка, переведя на его счет 1 миллиард рублей. Председателем правления Автобанка стала Н. Раевская — жена первого заместителя министра финансов В. Раевского. Опекаемый с двух сторон, Автобанк буквально купался в сверхприбылях Начальник главного бюджетного управления Минфина СССР В. Барчук сделал партийному Автобанку невероятный для любого государства подарок: ему даровали право взимать долги с государственных предприятий, что составляет голубую мечту каждого банкира. (Какое-то время спустя В. Барчук являлся сопредседателем следственной комиссии, пытавшейся разобраться, как же такое могло произойти?)
Но Автобанк был каплей в море. Кручина внимательно просмотрел секретный список принадлежащих или зависимых от КПСС банков, куда лихорадочно распихивались партийные деньги:
Автобанк — 1 миллиард рублей под 7 % годовых.
Банк профсоюзов СССР — 500 миллионов рублей под 4,5 %… Токобанк — 150 миллионов рублей под 7 % + 70 миллионов паевого взноса… Молодежный коммерческий банк… Уникомбанк… Часпромбанк… Станкинбанк… Банк «Россия»… Главмостстройбанк… Казкомпартбанк (через ЦК компартии Казахстана)… Что-то около двух с половиной десятков…
Итого: 3 миллиарда 634 миллиона 125 тысяч рублей.
Это по ПЕРВОМУ списку. Далее реестр № 2, № 2А… № 2А-6… № ЗВ…
Голова пухнет от количества реестров, миллиардов и миллионов. Но и это еще не все.
Как уже упоминалось, КПСС на старости лет разродилось незаконнорожденным дитятей — Российской компартией. А дитя, как известно, требует расходов, особенно если оно родилось таким голодным и жадным.
Управделами РКП Игорь Головков, быстро усвоив методику своей хитрой родительницы, еще в феврале 1991 года представил секретный доклад на тему: «О предложениях по основным направлениям производственно-хозяйственной деятельности ЦК компартии РСФСР». Ссылаясь на Закон «О банках РСФСР», запрещающий общественным организациям учреждать банки, Головков поучал своих коллег: «…необходим поиск учредителей. Таковыми могут быть предприятия и учреждения Компартии РСФСР».
И ПОШЛО, И ПОЕХАЛО:
«…На местах в последнее время партийные комитеты стали заключать больше хозяйственных договоров, пополняющих доходную часть бюджета: (вряд ли речь идет о бюджете страны) на аренду зданий, транспорта, другого партийного имущества. Зарегистрирован ряд хозрасчетных организаций, учрежденных и соучрежденных партийными комитетами…
В Приморском районе Ленинграда организован хозрасчетный социологический центр, расположенный в здании райкома. Центр проводит социологические исследования в интересах населения, и часть прибыли за счет своей деятельности отчисляет РКП и РК КПСС… Имеется также большое количество предложений, в том числе зарубежных фирм, о развертывании совместных производств ЭВМ, одноразовых медицинских шприцев, телепродукции, стройматериалов и других изделий, в также по развитию внешнеторговой деятельности, туризма, строительству гостиниц и так далее.
Для решения всех возникающих организационно-технических и экономических вопросов полагали бы в этой связи необходимым учредить при Управлении делами ЦК на хозрасчетной основе бюро… которое могло бы функционировать как центральная коммерческая биржа…»
Молодая и цветущая РКП быстро стала плодиться, для начала одарив общество своим первенцем — Либерально-демократической партией Жириновского. В метрике о рождении новой партии говорилось:
«Управление делами ЦК КП РСФСР, действующее на основании положения о производственной и финансово-хозяйственной деятельности, в лице управляющего делами ЦК т. Головкова, с одной стороны, и фирма „Завидия“ в лице президента фирмы т. Завидия Андрея Федоровича, именуемая в дальнейшем „Фирма“, с другой стороны, заключили договор о нижеследующем:
Управление предоставляет „Фирме“ временно свободные средства (беспроцентный кредит) в сумме 3 (три) миллиона рублей».
Не успели просохнуть чернила под этим договором, как на свет появилась партия Жириновского, который тут же выдвинул себя кандидатом в президенты России, а вице-президентом выбрал Андрея Федоровича Завидия, именуемого в договоре «Фирма»…
Тут же была создана Российская Национально-патриотическая Рабочая партия: «Управление делами ЦК КП РСФСР… в лице управляющего Головкова И. М. и Государственный экспериментальный научно-технический производственный центр „Киртель“, действующий на основании устава, в лице генерального директора Ванковича А. Ю…заключили настоящий договор о нижеследующем:
Управление предоставляет центру временно свободные средства в сумме 3 (трех) миллионов рублей на цели, изложенные в протоколе… Данный договор действителен лишь при условии соблюдения конфиденциального протокола-соглашения № 2».
Плодя националистические и профашистские группировки, Российская компартия, тем не менее, оставалась партией коммунистической номенклатуры, то есть более всего думала о личном благосостоянии своего руководства.
К этому времени страну уже душила талонная система — фактически на все виды продуктов были введены карточки, как в годы войны. Пока кормясь от спецраспределителей своей старой мамы — КПСС, РКП энергично создавала и собственную сеть спецраспределителей, расширяя границы номенклатуры.
С удовольствием наблюдая, как быстро мужает ее новорожденное дитя, КПСС не забывала и своих приемных деток — компартии Восточной Европы, которые, лишившись власти и имущества, скрылись за новыми социалистическими и социал-демократическими вывесками, с головой уйдя в коммерцию. И они были не прочь получить от КПСС доллары, чтобы вложить их со взаимной выгодой в собственные совместные предприятия, тайно созданные на Западе.
В Варшаву поделиться опытом был командирован заместитель Кручины А. Поспевалов, который, вернувшись, писал в отчете: «Наряду с использованием законодательных положений, позволяющих в некоторых странах иметь собственные партийные предприятия, приоритетное значение отдается созданию структур, формально не связанных с партией. В этих целях широко используется учреждение на партийные средства частных фирм, основанных на доверии, привлекается иностранный капитал, применяются преимущественно такие формы организации, как акционерное общество, фонд, общество с ограниченной ответственностью, служащие возможности отчуждения собственности по политическим соображениям».
Компартии Восточной Европы были не менее хитрыми, чем их московские патроны, но традиционно имели более накатанные связи с разными мелкими фирмами соседних капиталистических стран. И польза от них могла бы быть большая.
Николай Кручина быстро составил документ «О сотрудничестве КПСС с левыми партиями стран Центральной и Восточной Европы по вопросам производственно-хозяйственной деятельности».
Немедленно последовало решение Секретариата ЦК КПСС:
«…Разрешить Управлению делами ЦК КПСС в установленном порядке участвовать в создании совместных с левыми партиями стран Центральной и Восточной Европы хозяйственных структур за рубежом, имея в виду, что учредителями с советской стороны будут выступать подведомственные Управлению делами ЦК КПСС предприятия, являющиеся юридическими лицами…»
Уровнем ниже неукротимый управделами Ленинградского обкома КПСС (он же бельгийский бизнесмен) Аркадий Крутихин, получив директивные документы Кручины, немедленно добился регистрации в Ленинграде частной компании с ограниченной ответственностью «Рейсмередж Лимитед». В нее вошли фирмы «Росбри Интэрнэйшнл» и «Атчерли Интэрнэйшнл». Спустя всего десять дней третьим акционером нового общества стало Управление делами ОК КПСС, предложив в качестве паевого взноса одну из своих гостиниц — фешенебельный «Меркурий» на Таврической улице.
Через три месяца, в июле 1991 года, Ленинградский обком решил вложить в «Рейсмередж Лимитед» свою вторую гостиницу «Смольнинская», а также обкомовский гараж и резиденцию на Каменном острове. Общая балансовая стоимость зданий, сооружений, оборудования и инвентаря составила 13,5 миллиона рублей. Реальная стоимость была в 10 раз больше — и в долларах.
Для осуществления своих дерзновенных планов МО и УД ЦК КПСС опирались не только на КГБ и ГРУ; были вещи, которые и тем знать не полагалось. В распоряжении Управления делами имелась особая оперативная группа, не имеющая специального названия и пока условно именуемая «спецподразделение Зет». Эта группа обладала во много раз большими правами и полномочиями, чем КГБ. Создал ее в свое время еще Ленин для борьбы с ЧК и аппаратом. Сталин укрепил ее, сделав именно это подразделение инструментом своей личной власти. Именно эта спецгруппа имела право врываться в кабинет любого номенклатурщика и, зажав ему нос пассатижами, требовать чистосердечного рассказа о своих преступлениях. Даже министры безопасности никогда не были уверены, что их в любой момент не выволокут в наручниках во двор и не расстреляют. И, как показала история, были совершенно правы. Сейчас «спецподразделение Зет» занималось сравнительно мирным делом: вывозило из страны золотой запас, что болтунам из КГБ было совершенно невозможно доверить…