Игорь Бунич – Пятисотлетняя война в России. Книга первая (страница 44)
И главное — все было разворовано и разграблено. От вывернутых наизнанку императорских усыпальниц до вывернутых карманов всех живых и мертвых.
Величайшая афера всех времен под условным наименованием «Мировая революция» практически завершилась. Не существует цифры, способной в какой-то мере подвести денежный итог этого «мероприятия». Все национальное достояние огромной и богатой страны, которая называлась Россией, ушло в один гигантский слиток «ЗОЛОТА ПАРТИИ».
Можно было бы подумать, что наступил конец Пятисотлетней войны, что в решающем сражении, данном большевиками на всей территории страны, народ побежден окончательно и бесповоротно…
В декабре 1922 г. случилась малоприятная неожиданность. Швейцарский банк объявил ленинскому поручителю Ротштейну, что деньги основного капитала представляемой им фирмы (а представлял Ротштейн партию большевиков) по указанию владельцев (или уполномоченных ими лиц), знавших сложную комбинацию девизов и шифров, переведены на три отдельных счета с новыми девизами и шифровыми комбинациями. Деньги на личных счетах остались нетронутыми.
Старик Парвус снова продемонстрировал Ленину, что никакое дело, особенно финансовое, не терпит дилетантизма. Вождя хватил удар. Едва оправившись от него, Ленин, вопреки протестам врачей и родных, приказывает, чтобы его отвезли в Кремль, где убеждается, что все его худшие опасения подтвердились. Вскрыт сейф, откуда изъяты все «архисекретные» документы, включая банковские поручительства, чековые книжки и целая коллекция заграничных паспортов. Исчез и верный Горбунов…
Воины-интернационалисты круглосуточно несли караул вокруг роскошного двухэтажного особняка, бывшего загородного дворца великого князя Сергея Александровича, в Горках. В морозную рождественскую ночь 1923 г. они услышали страшный вой, доносящийся, казалось, прямо из-под дома. Стояла глубокая ночь, в небе светила полная луна. Щелкнув затворами своих испытанных австрийских карабинов, часовые стали сходиться на источник воя, решив, что к особняку подошли из леса волки. Но волков не было. На застекленной веранде первого этажа в кресле-каталке сидел Ленин, одетый в телогрейку и валенки. Подняв изможденное лицо к луне, он протяжно и дико выл. Злой дух взывал к своим собратьям в космосе, просясь на волю…
В трескучие морозы января 1924 г. рабочие заступами и ломами копали котлован под временный мавзолей. Ломом была пробита канализационная труба, но пробоина, схваченная морозом, не была замечена. В первую же оттепель труба лопнула, залив своим содержимым мавзолей. Узнав об этом, томившийся под домашним арестом патриарх Тихон скорбно заметил: «По мощам и елей».
ДЕНЬГИ КПСС НАКОНЕЦ-ТО НАЙДЕНЫ!
Точнее, могут быть найдены в самое ближайшее время! Как сообщило агентство «Реникса» со ссылкой на хорошо информированный источник, скоро в Москву с частным визитом прибудет из США профессор Преображенский — крупнейший специалист по золоту майя.
Господин Преображенский не делает особой тайны из своей гипотезы о возможном местонахождении золотого запаса и валютного хранилища КПСС. Сравнительный анализ захоронений майя в Южной Америке и скифских городищ в Среднем Поволжье позволил американскому профессору вывести некий обобщенный алгоритм поисков, применимый практически к любому ритуальному языческому погребению.
Вывод ошеломителен: сокровища партии большевиков, по всей видимости, хранятся… под Мавзолеем В. И. Ленина. В свете этой оригинальной гипотезы сразу становится понятным и то активное недовольство, которое крупные функционеры бывшей КПСС высказывали всякий раз, когда речь заходила о перезахоронении усопшего вождя (мумии): существующее положение, никак нельзя было нарушить.
Проф. Преображенский полагает, что подземные тайники с золотыми слитками и валютным запасом играют в Мавзолее ту же роль, что и золотые украшения индийских вождей, обнаруживаемые археологами при раскопках. Причем функцию крышки тайника, по мнению ученого, выполняет собственно гроб с телом вождя мирового пролетариата.
Газета «Литератор», №.46 за 1991 г.
«От трагедии к фарсу и снова в трагедию…»
Часть 2
ОККУПАЦИЯ
Мрачно обозревая доставшееся ему ленинское наследство, Иосиф Виссарионович Сталин имел все причины быть недовольным.
Во-первых, как никто другой, он чувствовал себя обворованным.
В самом деле, он — член ЦК, член самого первого ленинского правительства, делавший, можно сказать, самую грязную работу, мотаясь по фронтам гражданской войны, рискуя каждую минуту быть застреленным, поднятым на штыки, разорванным в клочья, был обманут.
Оказывается, пока он, утопая по колено в крови, тифозном дерьме и разбираясь попутно в непролазной грязи нововизантийских интриг, посылал в Москву со всех концов страны эшелоны с золотом и хлебом (который был временами дороже золота), его товарищи по партии за его спиной все это разворовывали, перекидывали за границу, переводили на личные счета, на счета активных акционерных обществ и благоприобретенных банков.
Нельзя сказать, что он об этом вообще ничего не знал. Знал, конечно. Но об истинном размахе не догадывался, как не догадывался и о том, что его доля (его законная доля!) будет столь до смешного мала. Оттесненный с «кремлевской кухни» и от Коминтерна на должность наркома национальностей и председателя бутафорского Рабкрина, Сталин далеко не сразу стал понимать, что же происходит в завоеванной большевиками России. Впрочем, ему только казалось, что он что-то понимает, поскольку каждый день, преподнося ему новые сюрпризы, убеждал, что понять что-либо очень трудно, если не сказать — просто невозможно.
Кончилась гражданская война, и миллионы глаз с немым вопросом глядели на Ленина: когда же будем делить «награбленное», как и договаривались, поровну?
Ленин, эффектно выворачивая пустые карманы, давал понять, что делить нечего — проклятые буржуи бежали и все с собой увезли до последней копейки.
Даже гвозди из стен повыдергивали и всю соль вывезли пароходами. А о другом и говорить нечего. Многие, оглядываясь по сторонам, верили. Многие — нет, подозревая глобальный обман.
Сталин верил, потому что знал — казна пуста как лунный кратер. Догадывался, что деньги не в казне. А где же? Этот вопрос интересовал и его самого. Но не меньше его интересовал и вопрос: а что же делать дальше? Как выяснилось, ни у кого, включая Ленина, никаких четких планов на этот счет не было и, что более всего удивительно, — никто об этом всерьез и не думал.
Дело было сделано, война выиграна, страна разграблена, население деморализовано. Настала пора исчезнуть, раствориться, сменить клички и жить, не тужа, под шум атлантического или тихоокеанского прибоя. Это была точка зрения тех, кто умел хорошо хапнуть. А таких было человек тридцать. А что делать остальным?
Объявили НЭП, чтобы перевести дух и подумать. И тут Ленин из вождя международного пролетариата неожиданно превратился в российского великодержавника и стал мечтать не о мировой революции, а о восстановлении Российской Империи в границах 1914 года. Сначала не поверили. Записи его речей секретно посылали на психиатрическую экспертизу — не рехнулся ли вождь? Там ответили, что похоже: слишком эмоционален и импульсивен в высказываниях, фразы обрываются, кругом противоречия, последовательного смысла нет. Но смысл был. И Сталин его сразу понял. Мировая революция не получилась, а следовательно, как и пророчествовал Ильич, «мы погибли». А чтобы не погибнуть, нужно построить мощнейшее государство (которое по ленинской теории должно было уже отмереть) и именно этим мощнейшим государством, как инструментом осуществить мировую революцию.
Хорошенькое дело! А где взять деньги на решение этой грандиозной задачи, если ваша команда, Владимир Ильич, распихала все национальное достояние богатейшей страны по своим карманам, которые оказались бездонными. Если ваш НЭП разлагает страну, превращая ее из депо мировой революции в огромный блошиный рынок! Если ваша хваленая гвардия «старых большевиков» погрязла в роскоши и уже решительно ничем не интересуется кроме цен на недвижимость и акции в странах капитала, любовно рассматривая заграничные паспорта, выписанные каждому на дюжину разных фамилий!
Постепенно сосредотачивая власть в своих руках, Сталин с удивлением заметил, что никто, собственно, ему и не мешал. Никто о будущем не думал, все были довольны настоящим. Работала только ЧК, переименованная в ГПУ, лениво, без прежнего задора, расстреливая человек по двести в день. Чекисты тоже чувствовали себя обманутыми. Где те несметные сокровища, которые они с дымящимися маузерами в руках пять лет свозили в центр, надеясь на свою, равную со всеми, долю. А получили дулю…
Сталин отлично использовал это обстоятельство, захватывая контроль над тайной полицией, понимая, что никакого другого органа исполнительной власти просто невозможно придумать. То, что Ленин любовно называл «большевиками», выродилось уже неизвестно во что. И как быстро — всего за шесть неполных лет!
Нельзя сказать, чтобы Ленин всего этого не видел и совсем не понимал. Еще как понимал! Но осаживал оппонентов. Не в деньгах счастье! Куда что подевалось — партия знает. А брожение общее идет, потому что мало стали расстреливать. Надо шире применять расстрелы, товарищи!