Игорь Бунич – Кейс Президента (страница 25)

Дегтярев позвонил начальнику пограничной заставы Форос майору Виктору Алымову, чтобы узнать обстановку. Видимо, Алымов тоже слушал радио, поскольку спросил Дегтярева: «Что это за „Севастопольские полки“ КГБ?» Никто о них ничего не знал, но КГБ есть КГБ — может, и существуют какие-то спецчасти. Но в районе дачи их нет. Это точно.

Дегтярев спросил Алымова, что с Горбачевым? Он болен или арестован? Если арестован, то собственной охраной. Но не похоже. Не похоже, что и болен. Люди Алымова, расположившись на высотах, наблюдали дачу и подходы к ней в мощные бинокуляры. Президент гуляет по территории и выходил даже на пляж. Однако, как люди военные, оба майора понимали, что не всегда нужно где-то ставить мины, чтобы блокировать дорогу или пролив. Достаточно объявить, что они поставлены. Мало найдется охотников проверить это на себе…

Не меньшее удивление царило и в Москве на Ходынке в огромном «Аквариуме» Главного разведывательного управления. Сообщения сыпались на стол генерала Михайлова одно за другим: стратегические бомбардировщики с ядерным оружием на борту покидают зоны боевого дежурства и один за другим следуют на посадку. Мобильные стратегические ракеты уходят с позиции в парки, ракетные лодки уходят из зон боевого патрулирования, держа курс на базы. СССР можно брать голыми руками. Что случилось?

«Похоже, что эти „педерасты“ потеряли „КЕЙС“ президента или захватили его». «Педерасты» — это КГБ. «Мы предупреждали, что им нельзя доверять ни одного „КЕЙСА“ из трех!» Михайлов долго говорил по телефону с Шапошниковым и Максимовым. В его подчинении были небольшие, но прекрасно обученные группы знаменитого спецназа ГРУ, подготовленные для действий в глубоком тылу противника в случае войны. «Надо все это вырубить! — приказал Михайлов. — Ребята, найдите „КЕЙС“ президента, а то будет страшный скандал. Нам никогда уже не удастся отмыться как ядерной державе. А по дороге скажите Крючкову, что он придурок». (Ядерный код Горбачева — президентский «КЕЙС» — был найден на следующий день в автоматической камере хранения аэровокзала. «КЕЙС» был открыт — точнее взломан. Открывавшие не знали шифра замков. Такой вариант был предусмотрен создателями «КЕЙСА» — сработало ликвидационное устройство, уничтожившее схему.)

После разговора с Язовым генерал Шапошников не терял времени. Он послал одного из адъютантов, на которого мог положиться, в Белый Дом с приказом во что бы то ни стало разыскать там вице-президента России Александра Руцкого и попросить его, если это возможно, прибыть к нему, сказав, что едет, скажем, в Кремль или куда-нибудь в другое место. Он хорошо знал Руцкого по прежней службе в авиации и был рад, что именно такой человек сейчас находится около Ельцина.

Пока искали Руцкого, Шапошников связался с командующим Воздушно-десантными войсками генералом Грачевым. Не тратя времени на зондирование настроения главкома ВДВ, Шапошников прямиком спросил Грачева: «Как тебе все это нравится, Павел?» Они хорошо знали друг друга, и Грачев административно подчинялся главкому ВВС. «Совсем не нравится», — сознался Грачев.

Приехав в штаб ВВС, Грачев застал у Шапошникова Руцкого. Через двадцать минут Руцкой уехал обратно в Белый Дом, а оба командующих быстро, как на войне, стали принимать решения. В Кубинке находится воздушно-десантная бригада генерала Лебедя. Сейчас наиболее важная задача — обеспечить безопасность правительства России и захватить еще пару аэродромов, куда вызвать все имеющиеся в наличии части десанта. Нейтрализовать штабы находящихся в Москве подразделений, а если понадобится — и сам Генштаб. Вернуть запрудившие Москву войска в казармы и освободить Президента.

Пальцы генералов чертят по карте Москвы и Московской области одни им понятные кривые линии и кружки. Офицеры штаба кивают головами, иногда вставляя замечания. Быстрый подсчет времени с вводом возможных случайностей и накладок — 27 часов.

Прямо из кабинета Шапошникова Грачев соединяется со своим сослуживцем по Афганистану и бывшим начальником — генералом Громовым, заместителем Пуго, ведающим внутренними войсками и ОМОНом.

«Боря, — говорит Грачев, — сиди тихо. Понял?» — «Понял», — глухим голосом отвечает несостоявшийся вице-президент России. Он уже много понял. ОМОНы, столь свирепые в Закавказье и Прибалтике, ничего не хотят делать в Москве и заливаются слезами при виде русского трехцветного флага. Это был просчет. Столько твердили через все патриотические газеты: русские, русские, русские. Вот и дотвердились, что все и вспомнили — они русские и вокруг русские. Хорошо было в Афганистане. Там были интернационалисты…

Вернувшись в Белый Дом, Руцкой немедленно отозвал Ельцина, и они заперлись в кабинете Президента. Вскоре гуда были вызваны Хасбулатов и юридический советник Президента России — Шахрай Через полчаса был обнародован Указ Президента РСФСР № 63. Он гласил:

«Совершив государственный переворот и отстранив насильственным путем от должности Президента СССР — Верховного Главнокомандующего Вооруженных Сил СССР,

Вице-президент СССР — ЯНАЕВ Г. И.,

Премьер-министр СССР — ПАВЛОВ В. С.,

Председатель КГБ СССР — КРЮЧКОВ В. А.,

Министр внутренних дел СССР — ПУГО Б. К.,

Министр обороны СССР — ЯЗОВ Д. Т.,

Председатель Крестьянского Союза — СТАРОДУБЦЕВ В. А.,

Первый заместитель председателя Государственного комитета по обороне — БАКЛАНОВ О. Д.,

Президент Ассоциации промышленности, строительства и связи — ТИЗЯКОВ А. И. и их сообщники, совершили тягчайшее государственное преступление, нарушив статью 62 Конституции СССР, статьи 64, 69, 70, 70-1 и 70-2 Уголовного кодекса СССР и соответствующие статьи Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик.

Изменив народу, отчизне и Конституции, они поставили себя вне Закона. На основании вышеизложенного ПОСТАНОВЛЯЮ:

Сотрудникам органов прокуратуры, государственной безопасности, внутренних дел СССР и РСФСР, военнослужащим, осознающим ответственность за судьбы народа и государства, не желающим наступления диктатуры, гражданской войны, кровопролития, дается право действовать на основании Конституции и закона СССР и РСФСР. Как Президент России от имени избравшего меня народа гарантирую вам правовую защиту и моральную поддержку. Судьба России и Союза в ваших руках.

Президент РСФСР Борис ЕЛЬЦИН.

Москва, Кремль, 19 августа».

Проклятая радиостанция, изводившая Крючкова весь день, кажется, была наконец обнаружена, поскольку уже два часа молчала. Голова у шефа КГБ шла кругом. Это проклятый «КЕЙС» президента. Отправившийся на его поиски Плеханов куда-то пропал. Пропал и Язов. Моисеев явно утратил управление войсками, хотя и не признается, продолжая уверять, что все в порядке. Но более всего удручало то, что во всех городах и весях бездействуют Комитеты госбезопасности, на которые возлагалась основная надежда. Ссылаются на приказы Иваненко и его заместителя Поделякина. Копия одного из приказов была доставлена Крючкову. Это была шифрограмма генерала Иваненко, разосланная во все территориальные управления КГБ РСФСР с требованием не оказывать никакой поддержки самозванному ГКЧП. Самих этих предателей нигде не найти. Мелькнули в Белом Доме и куда-то пропали. Службу знают. За весь день пришли донесения только об аресте Гдляна, Уражцева, Комчатова и Проселкова. Последний, бывший полковник авиации, забаррикадировался в квартире, огрел одного из оперов топором. Избитого, в наручниках привезли в Балашиху. Народный депутат топором от чекистов отмахивается. Дожили!

Таинственная радиостанция неожиданно ожила. Диктор, точно понимая, что его слушает Крючков, с каким-то садистским смаком стал зачитывать Указ Ельцина № 63 об объявлении членов ГКЧП, включая Крючкова, вне закона; а потом перечислил статьи Уголовного кодекса, по которым полагался расстрел.

Да, это была громадная ошибка, что сразу не уничтожили Ельцина. А почему? Надо честно признаться, что он сам никогда к Ельцину серьезно не относился и был уверен, что попав в подобную ситуацию, президент РСФСР покорится судьбе и вспомнит, что он не более как бывший секретарь обкома.

Надо с этим делом кончать. Крючков вызвал Карпухина. Ночью захватить Белый Дом. Захватим, пообещал Карпухин. Зачем сто раз повторять одно и то же? Задача поставлена — выполним.

Позвонил из машины Плеханов: «Не нашли». «Ищите, — приказал Крючков, — и на глаза мне не показывайся, пока не найдете».

В этот момент появился Грушко с бланком шифрограммы, пришедшей из Киева от генерала Варенникова. Крючков пробежал глазами: «Промедление смерти подобно тчк Немедленно берите Ельцина тчк Обстановка выходит из-под контроля тчк Варенников». Что-то у него там в Киеве не клеится, наверное.

У Грушко тоже были новости нерадостные. Радиостанция «Голос России», которую Крючков приказал запустить в эфир для дезинформации общественности, обнаружила, что ее частота заглушается. Судя по почерку, работает военная глушилка из района Кубинки. Там крупный аэродром и центр сосредоточения Воздушно-десантных войск. Затем пошли рапорты, что по всей Москве солдатам раздают Указ Ельцина. Позвонили Моисееву. Начальник Генштаба явно нервничал. У него пропала связь со штабом Таманской дивизии…

Темнело. Продолжали поступать сведения, что огромные толпы запрудили улицы, перегораживая их баррикадами. Для этого используются, главным образом, автобусы и троллейбусы. Армия бездействует. Обнаружено несколько брошенных экипажами танков, БТР. В них сидят какие-то длинноволосые «панки» и нюхают бензин, бренча на гитарах. Попутно выяснилась весьма интересная новость: постовые милиционеры сознательно направляли танковые колонны в ложном направлении, не на те улицы. В итоге никто не знает, где какая часть. Выходит, и Пуго — предатель? Пуго ответил, что он вынужден заниматься Прибалтикой из-за преступного бездействия армии. В прибалтийских столицах действует только его ОМОН, но одному ОМОНу явно не справиться с обстановкой. Кузьмин все ждет каких-то танков из Пскова. Московскими милиционерами командует генерал Миркин. Пуго знал о пропаже «КЕЙСА» и позволял себе с укоризной глядеть на Крючкова, покачивая головой.