Игорь Бунич – Кейс президента: Историческая хроника (страница 29)
Чеченец по происхождению, но лишенный чеченского гражданства специальным указом лихого генерала Дудаева, не имеющий российского гражданства авантюрист, возглавляет парламент «свободной» России! Более того, он присвоил себе титул, которого нет и не было в номенклатуре должностей, стал называть себя «Главой законодательной власти»! Подобные изумительные шутки могут проходить только в нашей стране. Назвал бы он себя «Светлейшим герцогом законодательной власти» — тоже бы сошло. И никто ухом не повел по поводу того, что законодательная власть на то и представительная, что нет у нее главы — ив этом ее суть как коллективного органа. А спикер — это председательствующий на собрании, регулирующий регламент и процедуру. Но это там — у них. А у нас парламент таков, что по неволе вспоминаешь историю развития в России представительной власти.
Еще в середине 15 века один заезжий иностранец сделал интересное наблюдение: «Московское царство есть абсолютная монархия, ограниченная институтом юродивых». Юродивые и кликуши всегда были носителями общественного мнения в нашей стране. Они пользовались правом неприкосновенности и отлично это понимали. Их иммунитет уважал даже Иван Грозный, которому Никола Салос, Василий Блаженный и другие юродивые в лицо высказывали все, что о нем думает страна. Они собирали уличные митинги, бродили по городам и весям, вечно предрекая беду, мор, неурожай, нашествие, голод и почти всегда оказывались правы. Петр Великий институт юродивых прикрыл, лишив их парламентского иммунитета, начав вешать и сжигать на кострах. Но стоило Николаю II создать Думу, как оказалось, что это вовсе не парламент, а возрожденный институт юродивых. Достаточно прочитать речи Милюкова, Гучкова и прочих господ, чтобы убедиться в этом.
В период большевистского правления Верховный Совет молча поднимал руки, а все речи, коли в них была необходимость, заранее писались в ЦК КПСС и раздавались «депутатам».
Но стоило объявить свободу слова, как в Верховном Совете снова возродился институт юродивых, кликушествующих и брызгающих слюной в радостном энтузиазме от сознания собственной безнаказанности, то есть неприкосновенности. Послушайте Павлова, Константинова, Исакова, Бабурина, Андронова, Саенко и самого «главу представительной власти» — Хасбулатова, и сразу же создается впечатление, что вы попали на Красную площадь во времена Бориса Годунова или, в лучшем случае, царя Михаила Федоровича. Хасбулатов и почти все юродивые, попав к государственно-номенклатурной кормушке прямо из дерьма повседневной жизни рядовых «совков», просто на глазах умирают от кессонной болезни.
Сам «глава представительной власти» въехал в квартиру, в которую в свое время постеснялся въехать не отличавшийся особой скромностью Леонид Брежнев. Покойный генсек почел ее слишком роскошной.
«Юродивые», дорвавшись до номенклатурного корыта, просто ошалели, как от восторга, так и от страха. От страха, что это все можно потерять, если кто-нибудь более толстой задницей оттеснит их от корыта. Более смерти все они боятся перевыборов и принимают все меры, чтобы этого не произошло. Они рады бы превратить депутатские мандаты в пожизненные и наследственные. Они приватизируют ведомственную жилплощадь, устанавливают сами себе чудовищные оклады, и немыслимые в полуголодной стране льготы, покупают по ценам 1990 года (сохраненные специально для них) машины, дачи и прочее имущество. Участвуют в самых темных аферах и, дабы закрепиться на своем месте, придумывают все новые и новые анти-демократические законы.
Как бы им замечательно жилось, если бы о их делишках никто не знал, а новый «Сталин» сделал бы их пожизненными депутатами, как в былые времена! Для этого прежде всего нужно обуздать прессу и выбрать нового диктатора, но такого, который бы их сразу не разогнал, а чего доброго не поставил бы к стенке. «Средства массовой информации надо либо закрыть, либо заставить служить народу!» — изрек не так давно Хасбулатов, собираясь совершить «хадж» в Саудовскую Аравию. Четкости изложения мысли и ее идеальной направленности позавидовал бы и сам Сталин, будь он жив.
При этом господа-товарищи «народные депутаты» не желают ровным счетом ни за что отвечать. Даже за собственные голоса, придумав небывалую в мировой практике процедуру тайного голосования в парламенте. Чтобы никто, ни их избиратели, ни их коллеги, никогда бы не узнали «за» они голосовали или «против». Вот какая у нас представительная власть.
Главной мишенью визга юродивых и их «главы» является президент и его окружение. Сутью визга является призыв «не выполнять указов Ельцина». Президент отбивается вяло, время от времени давая понять, что Верховный Совет ему не указ — собака лает — ветер уносит. В итоге в стране безвластие. То что хотят провести в жизнь правительство и президент запрещает Верховный Совет и Съезд Народных депутатов — гениальная выдумка Горбачева. И наоборот.
В безвластии идет разворовывание страны в масштабах, которые не снились никому и никогда. Разоблачения средств массовой информации разве что шокируют обывателя, но не приводят ни к каким мерам. И это естественно. Меры правительства блокируются Верховным Советом и наоборот. В случае патовой ситуации обе стороны апеллируют к улице, совсем как во Франции во времена гугенотских войн. Но в отличии от последних, власти воюют друг против друга довольно вяло. Отчетливо видно, что обе стороны подобная ситуация вполне устраивает, ибо и те и другие сразу же после распада СССР попали в хищные лапы «теневиков», созданных и взлелеянных КПСС, которая под конец своего существования намертво с ними срослась. В этих условиях они получили возможность грабить страну в масштабах еще невиданных.
Все разоблачения вице-президента Руцкого закончились недоуменным вопросом его спонсора — русско-израильско-канадско-швейцарского миллиардера Бориса Бирштейна: «Ты чего, мент?». Сам воруешь и другим дай. Вице-президент сник и отправился призывать к мятежу давно купленный китайцами и японцами Тихоокеанский флот, уверяя, что он через два месяца придет к власти, выбросив из окна президента. Все слушают, и никому не стыдно.
Не стыдно и третьей власти — Конституционному суду. Это вообще очень интересно: иметь Конституционный суд в стране, в которой нет конституции. Но это детали. А главным является то, что Конституционный суд, в лице своего председателя Зорькина — бывшего профессора академии МВД — делает все возможное, чтобы подобная ситуация в стране сохранилась, как можно дольше. Вспомните, когда Ельцин сделал робкую попытку ввести в стране президентское правление, Зорькин был срочно вызван… в Вашингтон. Вернувшись оттуда, он немедленно, вместе с подпрыгивающим от возбуждения вице-президентом, появился на экране телевизора, объявив, еще не читая никаких документов, о выходе президента «за пределы конституционного поля», и призывая его на это поле вернуться. Подобная терминология была вполне уместна, ибо Ельцин нарушил правила глобальной игры, согласованной еще Горбачевым в его бесконечных беседах с лидерами «Семерки».
Затем, принимая решения по апрельскому референдуму, Зорькин совершил тройное сальто юридической эквилибристики. Президент побеждает по проценту от явившихся на голосование, а парламент распускается по проценту от общего списочного состава избирателей. Всем было ясно, что в подобной игре уцелеют и президент, и Съезд. То есть ничего ровным счетом не изменится.
А при чем тут Соединенные Штаты? А при том, что даже великое воображение отцов-основателей этой страны не могло нарисовать подобного воплощения в жизнь «американской мечты». Всю свою поступательную и созидательную историю, набирая на трех основах свободы невиданную мощь, Соединенные Штаты всегда зависели от дешевых цен на стратегическое сырье. Ныне это дешевое сырье потоком идет из поверженного и, фактически, оккупированного Советского Союза. Но мало того! Деньги, которые Соединенные Штаты платят за это сырье, остаются в их же банках, поскольку то, кто им это сырье продает, с полным основанием опасается хранить эти деньги «дома». Украдут! И сырье, и деньги остаются в американском (читай — западном) обороте.
Тот, кто понимает, что оборот денег в экономике можно без всяких допущений сравнить с человеческим кровообращением, тот отлично поймет и от чего почил в бозе Советский Союз, и в каком положении оказалась сейчас Россия. Тот без сомнения поймет и то, почему всем выгодно бесконечно долго поддерживать нынешнюю ситуацию в стране. На постоянных склоках президента и Верховного Совета, усиливаемых византийскими интригами Конституционного суда, наживается все та же номенклатурная верхушка, которая привела к гибели СССР, а сейчас продолжает жадно обгладывать все, что еще осталось на российских костях.
Но подобная ситуация, как бы она ни была выгодна всем, бесконечно долго продолжаться не может. Прежде всего потому, что от постоянных склок и паралича власти с каждым днем слабеет центр и усиливаются регионы, которые уже фактически, в силу целого ряда причин, отрезаны от центра. Это неизбежно приведет к излому территории, особенно такой гигантской, которую имеет Россия, и в этот излом могут провалиться и исполнительная, и законодательная, и судебная власть, замененные губернатором, который приедет из Вашингтона для надзора за резервацией с тем, чтобы через пару сотен лет поднять эту территорию до статуса 51 штата. Это шутка, потому что действительность может быть много хуже.