Игорь Бунич – Д’Артаньян из НКВД: Исторические анекдоты (страница 63)

— Нет, — успокоил меня брат Александрович, — он у Врангеля не служил. Он итальянский белогвардеец, служил фашистскому режиму Муссолини. 10-я флотилия MAC, по сути своей, чисто фашистское подразделение. Что-то вроде морских штурмовиков.

— Ах, вот как! — воскликнул я. — Значит, этот князь итальянский фашист?

— Да, — кивнул головой Черкашин-Андреевич, — убеждённый фашист. В годы войны он сформировал 10-ю флотилию…

— В годы какой войны? — не понял я. — Корейской?

— Нет, — раздражённо возразил начальник особого отдела, — в годы Великой Отечественной. Он создал свою флотилию ещё в 1940-м году, ненавидя англичан только за то, что те вступили в войну на стороне Советского Союза.

— Простите, — заметил я, — но в 1940 году Советский Союз ещё не воевал. Это я вам точно могу сказать.

— Какая разница, — пожал плечами брат-Александрович, — воевал Советский Союз или нет. Все остальные воевали именно из-за ненависти к первому в мире государству рабочих и крестьян.

— Вы всё время меня сбиваете своими вопросами, — поморщился брат-Андреевич, — и не даёте мне ясно и последовательно изложить свои выкладки.

— Прошу прощения, — извинился я, — повествуйте. Все вопросы оставим на потом.

— Так вот, — продолжал Андреевич, — ненавидя всё советское, этот самый князь в декабре 1941 года, когда Красная Армия громила немецко-фашистских захватчиков под Москвой, взял и взорвал два английских линкора.

Я хотел, было, спросить, как под Москвой оказались два английских линкора, но Черкашин сам пояснил, что это произошло вовсе не под Москвой, а в египетском порту Александрия.

— Сделано это было так, — пояснил Черкашин, — подводная лодка доставила к базе специально обученных боевых пловцов. Ночью они на специальных средствах в легководолазном снаряжении пробрались на внутренний рейд, где стояли два английских линкора. Диверсанты прикрепили к ним мины с часовыми механизмами и сдались в плен. После чего оба линкора и взорвались.

— Жертв было много? — нарушив обет молчания, поинтересовался я.

— Жертв не было вообще, — пояснил Черкашин, — но оба линкора надолго вышли из строя. Они сели на грунт. К счастью, там было мелко.

— Насколько мелко? — спросил я.

— Восемнадцать метров, — ответил Черкашин, — для линкора это пустяки.

— А у нас тут какая была глубина? — продолжал допытываться я.

— У нас тут такая петрушка вышла, — сказал Николай Андреевич, — официально глубина того места, где стоял “Новороссийск”, считалась сто семьдесят семь метров. Севастопольская бухта эксплуатируется уже почти двести лет, а никто не знал, что там имеется двойное дно. Вы знаете, что такое двойное дно? Наносится слой ила, а под ним ещё большая глубина до естественного дна. Когда линкор стал опрокидываться, он своим весом продавил ложное дно и ушёл в воду, так что на поверхности осталось только днище.

— Вернёмся к итальянцам, — предложил я. — Значит, они, как вы говорите, взорвали два английских линкора. А англичане не собирались передать эти линкоры нам?

— Кажется, нет, — несколько неуверенно ответил Черкашин, — но дело не в том, собирались или не собирались. Я вам это рассказал, чтобы продемонстрировать методику, по которой действовал князь Боргезе. То же самое он сделал и на этот раз. Выпустил подводных пловцов, они и взорвали “Новороссийск”. У нас есть сведения, что пару лет назад этот самый князь, собрав своих сообщников в одном из кабаков Неаполя, торжественно поклялся смыть со своего подразделения позор, вызванный тем, что один из прославленных кораблей королевского флота Италии захвачен в плен, “Не ходить нашему “Юлию Цезарю” под большевистским флагом!”, — сказал чёрный князь, а вся его банда бурно аплодировала. Вот вам и результат.

— Так, — сказал я, — но, насколько мне известно, итальянский флот капитулировал ещё в сентябре 1943 года и не перед нами, а перед англичанами и американцами. И корабль этот мы получили не от итальянцев, а от бывших союзников по антигитлеровской коалиции. Боргезе должен был, по идее, мстить им, а не нам. Мы даже отказывались от этого дряхлого корабля. Чем он так знаменит, что Боргезе пошёл на такой риск: в мирное время совершить подобную диверсию — это спровоцировать третью мировую войну.

— Вы снова забываете, — вмешался в разговор Геннадий Александрович, — что он КНЯЗЬ! Князь! Вы понимаете? Он ненавидит всё советское. Кроме того, у нас есть сведения, что он женат на русской графине, у которой советская власть конфисковала особняк в Москве. Так что возможны и личные мотивы.

— Недавно, — поддержал брата Николай Андреевич, — мы получили информацию, что князь Боргезе заказал одному известному итальянскому художнику картину маслом “Потопление нашими боевыми пловцами советского линкора “Новороссийск” в Севастополе”. Он хочет преподнести эту картину в дар итальянской военно-морской академии в Ливорно с тем, чтобы она была вывешена в зале боевой славы.

— Значит, — спросил я, — сформированная в годы войны 10-я флотилия существует до сих пор?

— Формально не существует, — пояснил Николай Андреевич, — она была распущена после капитуляции Италии. А самого князя даже англо-американцы объявили военным преступником, и он вынужден был бежать в Латинскую Америку.

— А где он сейчас находится? — мне показалось, что пора подключать к беседе лейтенанта Лёшу.

— Откуда мы знаем, где он сейчас? — развёл руками брат Андреевич. — Они следов не оставляют.

— Ну, а все эти подробности, — продолжал настаивать я, — выступление Боргезе в кабаке, заказ картины и всё такое прочее. У вас есть какие-нибудь документальные доказательства? Или хотя бы сообщения прессы, на худой конец?

— Это секретная агентурная информация, — покраснел Черкашин, — полученная от нашей разведки. Мы ничего не можем вам предъявить, поскольку подлинники этих документов находятся не у нас. Глаза его зло блеснули. — К вашему сведению, — продолжал он, — у аристократов часто бывают странные причуды. Одна из них — взрыв кораблей. Я очень интересуюсь историей флота и могу вам привести ещё несколько примеров. Вы слышали о гибели русского крейсера “Пересвет”?

— Нет, — признался я, — а когда это произошло?

— В январе 1917-го года, — ответил Николай Андреевич, — его взорвал граф фон дер Пален, служивший на этом корабле баталером.

— А что такое “баталер”? — поинтересовался я, понимая, что мои познания во флотской специфике оставляют желать много лучшего.

— Баталер — это кладовщик, — объяснил брат-Александрович, — вроде каптенармуса в армии. Краска, тряпки там разные…

— Граф служил баталером? — удивился я. — А в каком чине?

— Кондуктора, — сдерживая негодование от моего невежества, ответил брат-Андреевич, — это примерно соответствует нынешнему званию мичмана-сверхсрочника.

— Он не родственник того фон дер Палена, — спросил я, — что фигурирует среди главных заговорщиков, убивших Павла Первого? Нам в академии читали “Историю заговоров и переворотов”, и я очень хорошо запомнил эту фамилию.

— Прямой внук, — подтвердил мои исторические познания Николай Андреевич.

— И служил кладовщиком на линкоре?

— Не на линкоре, а на крейсере, — в унисон поправили меня близнецы.

— Хорошо, на крейсере. Кладовщиком? Да ещё сверхсрочником? Сдаётся, вы меня морочите, ребята!

— А “Императрица Мария”? — воскликнул Геннадий Александрович. — Разве вам неизвестно, что её взорвали гестаповцы прямо на том же самом месте, где погиб “Новороссийск”?

— Это когда же? — удивился я.

— В сентябре 1916 года, — победно выпалил брат-Андреевич.

— Какие же тогда были гестаповцы? — снова не поверил я.

— Что вы вечно цепляетесь к деталям? — раздражённо спросил брат-Александрович. — Какая разница, были — не были? Тогда не были, потом стали. Главное, что корабль взорвали!

— Ну, хорошо, — начал я отступление под объединённым напором близнецов, — ладно, не будем вдаваться в детали. Но все приведённые вами примеры, даже если и принять их на веру, произошли в военное время, когда любая диверсия со стороны противника имеет даже некоторый оттенок героизма боевой операции. Но сейчас-то время мирное. Кроме того, Италия — страна НАТО, её вооружённые силы находятся под жёстким контролем Соединённых Штатов. Личный состав 10-й флотилии давно демобилизован или переведён в другие подразделения, князь — в эмиграции. Но и это неважно. Как США и НАТО могли пойти на подобную акцию, когда наконец-то удалось закончить войну в Корее, а в Кремле предпринимаются шаги к уменьшению международной напряжённости? Я уже не говорю о том, что для прохода к Севастополю подводная лодка с диверсантами должна была пройти черноморскими проливами, которые контролируются Турцией — также членом НАТО?

— Я бы вам советовал, — ответил на мою тираду Геннадий Александрович, — ознакомиться с партийными документами. Разве там не сказано, что США и НАТО постоянно пытаются втянуть СССР, несмотря на его миролюбивую политику, в третью мировую войну. Разве вы не знаете, что они поджигатели третьей мировой войны? Я удивлён, что вам требуется объяснять такие элементарные вещи. Вы вообще-то член партии или нет? А если вам не нравится подход к Севастополю на подводной лодке, то мог быть возможен и другой вариант. Люди Боргезе могли прибыть сюда и по суше. Они здесь уже бывали в годы войны — в сорок втором и сорок третьем годах, прибыв на автоколонне и доставив в Севастополь своё снаряжение и катера. Они могли при отступлении закопать часть снаряжения, а затем прибыть сюда в качестве туристов или пробраться как угодно, откопать снаряжение, взорвать линкор и уехать так же, как и приехали.