Игорь Брынский – Крупицы галактики. Первый суд Цикла (страница 4)

– Гора, Харис, вы не против поучаствовать в запуске? – прервал их разговор подошедший Ивэс.

– Смотря что нужно.

– Инженерный отдел у нас просто молодцы. Барл говорит, что с моими расчетами мы сможем прямо сейчас провести пробный запуск Псионного барьера. – Ивэс обратился к Харису – Нам нужно только чтобы ваш батальон сделал короткий «псионный сдвиг» на стартере. После этого система будет работать в автономном режиме некоторое за счет Мэри, а затем станет самоподдерживающейся.

– А Мэри это не повредит? – поинтересовалась Гора.

– Абсолютно никакого вреда. Мы давно накапливали её псионическую энергию. Максимум ей грозит небольшой зуд.

– Вроде ничего сложного. Я могу и сам справиться. – Уверено заявил Харис.

– Ты просто стартер не видел, – с интригующей улыбкой заявил Ивес

– Мда? Хм. Ладно, сейчас созову остальных. Думаю, они уже достаточно восстановились для небольшой разминки.

Стартер «Псионного барьера» был очень глубоко под землей. Это связано с тем, что там же расположен КЭС (Крупцовая Электро-Станция)».

Белые Крупицы – наследие Могущественных цивилизаций – обеспечивало питанием все постройки на планете. Хранящихся Крупиц хватило бы на несколько десятков лет вперед – Редкое удовольствие для отдаленных систем, которым выделяется Белых Крупиц на несколько лет, да и то лишь для быстрого развертывания на первых этапах колонизации и на объекты стратегической важности. Остальные довольствуются более простыми и доступными источниками энергии.

От части излишки Белых Крупиц здесь, на Корум ll, связанны с проектом «Псионный барьер», от части, местная КЭС – единственное место шже можно было сохранить те не многие стабильные Белые Крупицы, что удалось спасти с Корума III. Активированные Белые Крупицы, не «проживают» достаточно долго, высвобождая огромное количество энергии. После активации, стабилизировать не представляется возможным.

– Ничего себе грибочек! – восхищенно усмехнулся Харис.

– А ты как думал?

– Думал ты преувеличиваешь.

Да. Стартер «Псионного барьера» выглядел как гигантский белый гриб. Под его шляпкой медленно, друг за другом вращались пластины. Между ними можно разглядеть мягкий фиолетовый свет псионической энергии. Вдоль выпуклой ножки можно было разглядеть ряд резервуаров с той же энергией. Все поверхности помещения, от пола до потолка были устланы «мицелиями» труб и проводов.

– И так, что нам требуется? – Хлопнул в ладоши Харис, и с нетерпением потер их

– Когда Барл даст сигнал, направьте псионическую энергию на те пластины. Только сразу сильно не давите, а постепенно. Они очень псионически чувствительны и при резком скачке сил могут ненадолго выйти из строя.

– Ясно, понятно, – Харис повернул голову в сторону Горы, – присоединишься? Покажешь молодняку как это делается?

– Не откажусь, – улыбнулась она, вручая коляску стоящей рядом с ней лаборантке. Та в начале смотрела на яйца теплым взглядом и улыбкой, а затем перья вздыбились, а глаза были полны ужаса, глядя горящие фиолетовым свечением глаза Горы. – Ты все поняла милочка?

«Милочка» быстро закивала, вцепившись в коляску так, будто от этого зависела её жизнь. А ведь зависела… Никто не хочет видеть «Злую маму» наяву.

– Отряд, стройся! – скомандовал Харис.

Отряд далимиров-псиоников, одетые в темную-фиолетовую облегающую униформу, построились кругом, повернувшись в направлении гриба стартера. Воздух вокруг них, казалось, стал плотнее и слабо зарябил.

– ««Пустышкой» пли!» – Мыслью скомандовал он.

Фиолетовое свечение глаз медленно повышалось. Пластины стартера закрутились чуть быстрее, но с увеличением напора движение ускорилось пока наконец пластины визуально не слились в одну линию, время от времени пуская видимые возздушные волны.

– Ого! – ошарашено восхитился один из псиоников. – Как будто воздух на момент стал плотнее.

– Отличная работа, Коллеги! Пси-излучение внутри комплекса значительно уменьшилось. Установка работает. Проект «Псионный барьер» Работает.

Все сотрудники радостно загалдели, пожимая друг-другу руки и поздравляя. Кто-то достал из заначки бутылку крепкого напитка, хорошенько её встряхнул, и пробка с громким хлопком выстрелила.

– Подождите! Подождите! Коллеги! – попытался их успокоить Ивэс. Дождавшись более-менее нужной тишины, обратился к комуникатору. – Внешняя группа каковы показания?

Все далимиры устремили свои взгляды на возникший в воздухе огромный голографический экран. Изображение ничего демонстрировало, лишь иногда проскакивали цветные блики.

– Внешняя группа! Прием? – Ивес недоуменно нахмурился. – Барл у нас ничего не повредилось?!

– Нет! Мы все заранее проверили, в несколько прогонов!

– Перепроверь еще раз. Будь добр. – попросил Ивэс, затем про себя добавил. – Неужели, я ошибся в расчетах, и проблема глушения связи не решена.

Спустя где-то полчаса, после проведения всех проверок, подтвердивших что все системы в порядке, Ивес повторил запрос.

– Внешняя группа! Прием! Каковы показания!

Вновь нет ответа. Только какие-то странные шумы и звуки похожие на грохот и крики.

– Барл, по-моему, надо приостановить «Псионический барьер» и попробовать…

– Не отключайте барьер! Не отключайте барьер! Чмар побери! – Неожиданно раздалось по ту сторону экрана незнакомый голос.

***

Эскадрилья Руло-2 уворачивалась от огня корабллей собственных сослуживцев, преследовавших с самого края системы. Они стремились предупредить Корум II нападении. Выйдя на орбиту планеты он попытались выйти на связь с главнокомандующими планетарных военных сил. Ответа не последовало. Псионики чувствовали, как некая сила пытается проникнуть в их черепную коробку, как открывашкой консервы.

Эта сила, вне всякого сомнения, исходила от того огромного корабля вторженцев. Либо он, либо что-то внутри него проецировало мощные псионические волны.

Изначально Руло-2 старалось увести за собой как можно больше далимирских кораблей, чтобы вывести из этого поля. Но в результате, это оказалось бессмысленно. Материнский корабль противника неустанно плыл за ними и масштаб его влияния увеличился в разы. Псионики чувствовали, как их защита постепенно стала спадать и как нечто-то медленно сдавливало их разум в тиски.

Они слетели с орбиты. Магас заранее выдал инструкцию и на такой случай. На планете строили мощный прототип установки псионной защиты – «Псионный барьер». Основанный на фрагментах технологий Могущественных цивилизаций с Корума III, он должен был подавлять любые псионические излучения. Может это даст им шанс… на что-то? Провести контр-атаку? Продержаться? Выжить?

На поверхности творилось безумие. Некоторые граждане неожиданно схватились за головы, их лица скривились от резкой боли. Аэрокары теряли управление и ряд катастрофических аварий не заставлял себя долго ждать. Транспорт врезался в друг-друга падали на ничего не понимающих далимиров. Особенно сильные разрушения начались, когда транспорт врезался в здания. По принципу домино, наиболее неустойчивые конструкции задевали другие здания, и цепь разрушений приумножалась ещё больше.

Пилот ведущего корабля эскадрильи заметил, как за облаками медленно выплывает огромный корабль. Затем, водопадом стекали и рой кораблей, которые мгновенно растекались по небу над городом.

Корабль издал утробный вопль. Пилотов охватила слабая боль – защита еле держится и скоро окончательно сломается. Постепенно старческий голос, затем рой голосов, стали заполнять их голову, а тело прекращало подчиняться им. Наконец, защита была прорвана. Мысли растянулись в простую нить, они почти не осознавали себя. Сознание рисовало нечто бесформенное, вязкое, с множеством голов, но без рта. На каждой голове было по три глаза и все они уставились на пилотов. В этом взгляде не было жизни или эмоции, лишь голод и цель. Оно приближалось, протягивало бесформенные конечности к ним, осторожно и нежно словно к самому сокровенному…

Неожиданно существо отпрянуло и образ исчез. Пилоты пришли в себя. Осмотревшись, вокруг ведущий пилот эскадрильи осмотрелся. Они все еще были в воздухе, над городо. Затем он заметил искомый силуэт. Они пролетали где-то в нескольких десятках километров от лаборатории Фонда Малганов.

– Мы смогли… – дрожащим голосом, устало прошептал он.

Затем его взгляд заметил необычное – все также на расстоянии в десятки километров образовалась стена из кораблей неизвестного противника, летящие вдоль невидимой границы.

Пользуясь возможностью, он проверил связь.

– Внешняя группа! Прием! Каковы показания?! – послышался голос. Через несколько минут молчания голос продолжил. – Барл, по-моему, надо приостановить «Псионический барьер» и попробовать…

– Не отключайте барьер! Не отключайте барьер! Чмар побери! – закричал пилот.

Глава 2. Войны, ученые, санитары

Сулмиг резко открыл глаза. Очередное бессмысленное утро. Кровать, почувствовав его пробуждение, плавно зашевелилось и полотно нежной кожи, играющая роль одеяла, спряталось за ближайшей складкой. Далимир принял сидячее положение на краю своей живой кровати. Когда его когтистые лапы коснулись живого пола, по его телу инстинктивно пробежали мурашки, заставляя его оранжевые перья встать дыбом.

Сулмиг глубоко вдохнул и выдохнул, приводя свои мысли и чувства в порядок. Он, пусть не сразу, смог привыкнуть, что его кровать является таким же живым существом, как и он сам. Слышащее, чувствующее и даже думающее. Да что кровать, всё окружение представляла из себя органическую форму жизни, ориентированную на определенные роли: быть стеной, стулом, светильником, коммуникатором, компьютером, душем… Абсолютно всё. Это выглядело неприятно, но хотя бы имело более-менее естественную форму. И всё-таки…