Игорь Братчиков – Покаяние у Райских врат (страница 7)
Через три дня я возвращался в Алма-Ату, в свою альма матер. Заскочил привести волосы в порядок к Мишане на Горького 4. Владелец «Золотых ножниц», смывая шампунь с моей головы, прокричал через весь большой зал парикмахерской своему компаньону-хохмачу Мише Цвейману
— Мишустя, ты в курсе, что у Гарика член как дыня?
— Что такой большой?
— Да нет, такой же сладкий!
Весь зал взорвался от хохота. Это было цунами смеха. Я сидел красный как рак.
Через три месяца я снова был в стольном граде. Первым делом позвонил Мише. Вместо весёлой трели моего друга, я услышал мычание, всхлипывания и хрипы. Разобрал только — Приезжай. Я рванул на Динамо, где он снимал квартиру. Когда открылась дверь, я содрогнулся. Огромное опухшее лицо разных оттенков радуги, преобладали цвета — от сине — черного до малинового. Вместо глаз щёлочки. Огромные растрескавшиеся надутые губы, готовые лопнуть, передних зубов нет. На подбородке и над левым глазом свежие швы. Мишаня шепча сквозь выбитые зубы, распухшим языком поведал, что в ресторане «Арагви» нарвался на двоих с кастетами. Теперь, пищу и воду принимает через коктельную трубочку.
Я сбегал в магазин и аптеку и принёс другу всё необходимое. Затем отправился в Храм Покрова в Филях или «Нарышкинское барокко», получившего своё название по фамилии заказчика первого подобного храма. Поставил множество свечей, заказал сорокоуст за здравие. Долго стоял на коленях перед образами у алтаря, молился и каялся, просил прощения у Господа нашего Иисуса Христа. Бил поклоны и благодарил Всевышнего, что меня не оказалось в тот вечер в ресторане рядом с Мишей.
На этом, мои эксперименты по поиску приключений завершились. Да и Михаила тоже.
Хулиганы это не только драки, потасовки и поножовщина. Это, прежде всего образ мыслей, манера поведения и разговора, натура человека и если хотите — смысл жизни. Только имея в характере стержень бунтарства, несгибаемого бойца, можно чего-то добиться в жизни. Это как из старого анекдота. Армянское радио спрашивают — Чем отличается фаллос от жизни? Ответ — Жизнь жёстче! Вы замечали, что забияки, задиры и хулиганы как правило, небольшого роста и не выдающегося телосложения, так как главное не это, а Дух. Дух бойца и победителя, Дух вожака и Дух лидера. Мой знакомый, звезда голливудских блокбастеров Жан-Клод Ван Дамм, спортивный боец, супер накачанный, а, по словам его телохранителя, в драках себя не показал.
Всегда побеждают духовитые. С годами, у некоторых духовитость может уходить. Тяжким грузом наваливаются года и болезни, проблемы и трудности. Но есть стоики, которых жизнь сломить не смогла, как не пыталась. Они как старое виски, коньяк или вино, с годами только крепчают. Да, разбитые суставы болят и ноют ночами и в непогоду, но Воля не даёт угаснуть факелу жизни. Он не гаснет, не слабеет, не колышется на ветру. Приходит время, и он просто разом прекращает эту гонку с жизнью, судьбой и небесами. Но, те на кого этот огонь, смог оказать влияние, ещё долго вспоминают о нём, хранят в своём сердце и приводят в пример детям и друзьям.
Пожалуй, наиболее характерным отличием хулиганов, особенно в стадии становления этого движения была да и есть, по сей день — кепка. Или кепи, кому как нравится. Впервые она упоминается в первой половине XIX века. Кепка (фр. Kepi, швейц. — нем. Kappi, от лат. Сappa — головной убор) — форменный головной убор с широким и плоским козырьком, твёрдым околышем, мягкой тульей. Была предназначена для ношения во время походов и нестроевой службы. Но, нас интересуют кепки восьмиклинки. Этот стиль зародился несколько позже, в конце XIX столетия. В России она сразу приглянулась разносчикам газет, беспризорникам, мошенникам и хулиганам, чья жизнь была непредсказуемой, связанной с опасностями. За что и получила прозвище кепка-хулиганка, которое за ней прочно закрепилась. Такую кепку носил вождь мирового пролетариата Владимир Ленин. Хулиганы и бунтари всего мира полюбили этот фасон. Владимир Высоцкий и Дэвид Бэкхем, Гарик Сукачёв и Джонни Депп, Адриано Челентано, Сергей Есенин и Джейсон Стетхем. Список можно продолжать…
Эту главу о хулиганах хочется закончить словами известного учёного академика Петра Капицы — В любом деле, будь то физика или война, самое главное быстрота и натиск, которые обеспечиваются смелостью и решительностью.
Лучше не скажешь. Это точно, как и при любом столкновении.
Я не хулиган и никогда им не был. Моё жизненное кредо другое. Но, кепку-хулиганку начал носить давно, ношу и сейчас и буду носить всегда. Чёрт, сидящий во мне, так и не смог выбраться наружу. Но это я уверен к лучшему.
Мажор
Машины не было. Таких машин собиравших вахту было три, они все ходили по разным маршрутам. Минуту назад, когда я одетый стоял у окна квартиры на втором этаже и поджидал её, она была, точнее, затормозила у моего дома по улице Крупской дом 84, города Павлодара, что в Казахской ССР, а когда я выскочил на улицу, её уже не было. Я почувствовал только ветер, который забрал с собой пыль с мостовой, прихватив и жёлтые опавшие листья, что бы сбросить их где-нибудь за углом. Конец сентября. Шесть сорок пять часов утра. Мой первый рабочий день в должности начальника смены станции (НСС) ТЭЦ-3 не задался. Я как руководитель смены должен был сидеть в кабине рядом с водителем, ведь без меня смену вахты принять не возможно. Причину, что виновником случившегося, стал Николай Матвеев, я понял днём позже, а пока стал ловить попутку. До электростанции, которая располагалась за городом, было более двадцати километров. Гаджетов тогда не было, даже обычные телефоны, с вращающимся диском для набора номера были редкостью, как и такси, которое надо было заказывать заранее накануне, как минимум за сутки. Через сорок минут мне повезло. Я «поймал» частника, ехавшего в том же направлении на строящийся химкомбинат. Он гнал, как мог, и я еле успел к приёмке смены на главный щит управления станции. Разбираться с машиной было некогда. Надо было принимать у НСС Юры Костюкова, оттрубившего ночную смену, управление режимным объектом, каким является любая электростанция снабжающая электричеством не только жилой сектор, школы и детсады, учреждения и промышленные предприятия, но и воинские части, оборонные объекты и тюрьмы. То есть абсолютно всё. Как говорил дедушка Ленин — Коммунизм, есть советская власть, плюс электрификация всей страны. А он зрел в корень!
Мой папа был областным руководителем крупной структуры, депутатом, членом бюро обкома КПСС. Одним из тех, кто руководил этим городом и влиял на его экономику. Я, Гарик ЗеБра, был единственным сыном в семье. Как сказали бы сейчас, я был мажором местного Павлодарского розлива. Тогда такого понятия как мажор не было, но положение вещей это не меняет. После окончания Павлодарского государственного университета им. С. Торайгырова, по специальности инженер-электрик, я получил распределение на ТЭЦ-3. ТЭЦ-3, новейшая электростанция Павлодарского районного энергетического узла, самого крупного энергетического узла в Казахстане, самая современная станция в городе и области, но в строй была введена пока только её первая очередь. Теплоэлектроцентраль располагалась между нефтехимическим и картонно-рубероидным заводами и была пущена в строй 2 октября 1972 года. Были введены в эксплуатацию три котлоагрегата БКЗ-420–140 и три турбины: Пт-60–130/13, Т-6–35 и Т-100/120–130–3.
Итак, я принял свою первую смену в должности начальника смены станции (НСС) и уселся в столь важное и желанное для каждого энергетика кресло на Главном Щите Управления (ГЩУ). На ГЩУ также находилось рабочее место начальника смены электрического цеха, его занимал Вася Артемьев и щитовая или как принято сейчас менеджер ГЩУ Оленька Амвросьева, которую впоследствии все мы стали называть «мама Оля». Она прекрасно пекла пироги, ватрушки, кулебяки и другую домашнюю выпечку. Все кулинарные изыски «мама Оля» приносила с собой на смену и потчевала нас. За эту заботу она и получила от нас своё прозвище.
Посменная или вахтовая работа строится на всех электростанциях одинаково: две смены с 08.00 до 16.00, две смены с 16.00 до 24.00 и две ночные смены с 24.00 до 08.00 утра, затем двое суток отдых и снова в бой.
В дневную вахту работы не много. Правда, если нет планового останова в ремонт турбины, котлоагрегата, питательного электронасоса (ПЭН), одного из двух конвейеров топливоподачи или другого оборудования, требующего допуска к разборке или сборке электросхем. В мою первую смену в новой должности обстановка была спокойная. Вкусно пообедав в компании начальника смены электрического цеха и «мамы Оли», испечёнными ею пирожками с капустой и кулебяками с рыбой и запив всё это индийским чёрным чаем «Три слона», я расслабился. Вальяжно развалился в кресле и, закинув ноги на стол, стал вспоминать — как же я в неполных двадцать шесть лет дошёл до такой жизни.
Я начал с самых низов — с должности младшего электромонтёра. Работа тяжёлая. Бегать по огромной станции и собирать электросхемы. Это вам не паяльником орудовать сидя в комфорте за столом. Необходимо разъединять и соединять тяжелые выключатели, которые хоть и на колёсиках, но двигаются с трудом. Быть предельно внимательным, что бы схема была обесточена и везде развесить соответствующие таблички «Стой высокое напряжение! Не включать!». Намаешься и прыг в прокуренную каптёрку без окон, под гудящие лампы дневного освещения. Оклемаешься с полчасика и снова собирать и разбирать всю эту историю. А в ночные смены извольте в цех топливоподачи менять электролампочки освещения конвейера. Вокруг в воздухе и на всём, что вокруг, угольная пыль. Длина цеха более ста метров и перегоревших лампочек надо сменить десятки. Перегорают очень часто, хотя и «живут» в защитных плафонах. Один конвейер стоит, а второй крутится, подавая уголёк в бункера дробилок котлотурбинного цеха. Приходишь в каптёрку весь покрытый, нет, не зеленью, а угольной пылью. До окончания смены душ принять нельзя — вдруг какая-то аварийная ситуация. Размажешь под краном водичкой черноту по фейсу и порядок. Вообще-то младший, как и старший электромонтёры получают эту работу после профтехучилища или техникума. Естественно после испытательного срока и сдачи экзаменов. Работа ответственная. Мой папа, чтобы не было пересудов, что двигают мажора вверх по крутой карьерной лестнице, поступил как всегда мудро. Он позвонил своему товарищу Борису Иванову Генеральному директору «Павлодарэнерго» и попросил, чтобы меня пристроили в самый низ пищевой цепочки, что для такого понтаря как я, было ударом под дых.