Игорь Бондарев – Зигзаги судеб (страница 5)
Я перебил парня:
– Скажите, а вы не даёте машины напрокат?
Думаю, было бы забавным, приехать домой на одном из этих тарантасов. Представляю лица моих соседей. Поверьте, среди них хватает людей, которые всегда готовы повертеть пальцем у виска. Нет, это бредовая идея. Да спросил-то я просто так, чтобы менеджер через полчасика своего монолога не перепутал меня с предметом мебели, которая в весьма скудном количестве украшала салон. Просто подал голос. На всякий случай.
– Нет, к сожалению, мы не занимаемся прокатом, – выражая явное сожаление проговорил Константин.
"Ну и, слава богу. А то, если бы занимались, мне пришлось бы спасаться бегством, потому, что ничего брать напрокат я не собираюсь. Ни здесь, ни в каком-либо другом месте".
– Однако, – Константин важно поднял палец к потолку, – есть очень выгодные варианты, и очень недорогие…
"Ну вот, опять он за своё. Пора уходить".
– Я, конечно, понимаю, что вы пришли к нам с совсем другой целью, но посудите сами: купить раритетную машину по символической цене… Вы нигде таких цен не найдёте! – с жаром договорил он.
Я спросил, доедая первую порцию мороженого:
– А почему у вас такие цены? Разве вам это выгодно?
– У нас очень хороший канал поставок. Не волнуйтесь, он вполне легален. Мы – законопослушные предприниматели.
Я пожал плечами:
– А мне-то чего волноваться? У меня других проблем хватает…
Константин, словно не услышав последней фразы, снова влез на своего любимого конька:
– Знаете, что? По-моему, я вас так и не сумел убедить. Давайте поступим по-другому. Сейчас возьмём одну из машин, и совершим небольшое путешествие по городу, чтобы доказать вам, что эти монстры умеют ездить, и довольно неплохо. Вам это ничего стоить не будет. Я, с вашего позволения, сяду за руль. Идёт, а?
Я кивнул, мысленно проклиная себя за свою сговорчивость и мягкотелость. Паренёк был с хваткой бульдога.
Константин медленно прошёлся по залу. Остановился возле чёрного, неуклюжего "БМВ".
– Видите, эта машина выглядит несколько кургузо, что ли, как хотите это назовите, но, несмотря на её нереспектабельный – по теперешним временам, конечно – внешний вид… Может, на ней проедемся? Её восстанавливали в восемьдесят пятом. Убедитесь, что это машина, а не хлам. Кстати, с того времени, она пробежала всего—то … – он бросил беглый взгляд на спидометр, – около пятнадцати тысяч. Всего-то…
"Меня ещё не было. Его, кстати, тоже. Не развалилась бы эта тачка по дороге. Мало того, что рассмешим большую часть города, да ещё и убьёмся. Я-то, кстати, собирался домой".
– Ну? – Константин забарабанил пальцами по крылу "БМВ".
"Ты, я смотрю, всё равно не отвяжешься. Чёрт с тобой".
– Хорошо, поехали. Только недолго.
– Да-да, конечно, – обрадовался Константин.
Он поспешно распахнул ворота. В помещение ворвался полуденный зной. Менеджер сел в машину. Заскрежетал стартер. Старенький автомобиль благодарно заурчал двенадцатицилиндровым двигателем, который, кстати сказать, завёлся с первой попытки. Машина резво выкатилась во двор.
– Садитесь! – крикнул менеджер. Сам же вышел из машины, для того, чтобы запереть ворота и двери автосалона.
Мы выехали со двора. "БМВ", конечно, не очень резво разгонялся – всё-таки возраст – но, скажу вам, его показатели оказались куда выше, чем я предполагал. Автомобиль набрал неплохую скорость, и Константин стал обгонять всех подряд. Ему это удавалось легко по двум причинам: во-первых, мощный двигатель, во-вторых, справедливости ради, следует отметить, что парень обладал не только способностями, но и незаурядными навыками автогонщика. Мы чётко вписывались во все повороты, и, несмотря на высокую скорость, Константин делал это безупречно, чисто. Мы ни разу не наехали на бордюр, хотя на такой скорости и при таких габаритах, было бы не мудрено пару раз заехать на газон.
На лице Константина сияла улыбка человека, который сейчас занимался своим любимым делом, и был совершенно не похож на того унылого торгаша, который только что продавал мне мороженное и воду. Сейчас, похоже, он позабыл и обо мне, и о том, что он менеджер по продажам. Я, наверное, не ошибусь, если скажу, что этот недавний продавец не видел ничего, кроме длинного капота управляемой им машины и дороги. За окнами мелькали дома, редкие кустарники. Вот мы уже выехали на трассу, не очень оживлённую. Константин, по-видимому, вдавил педаль газа до отказа, или, как говорят, "до полика". Я ощутил собственной спиной жесткую спинку кресла. Машина рванула вперёд. Я посмотрел на спидометр. Сто семьдесят! Вот тебе и старикан!
Замелькали деревья, разметочные столбики, и вообще всё, что находилось за окном автомобиля. На лице Константина был написан восторг … нет, не то! Такое выражение лица, должно быть, было у Петра Великого, когда он наголову разбил шведов под Полтавой. Или у Наполеона, когда тот… нет, я думаю, что Наполеон был более сдержан в своих эмоциях.
"Не пора ли нам домой, то есть, в салон? По-моему, он туда не торопиться. Конечно, что там делать! Клиентов нет, жара нестерпимая… Разве что забежит кто ненадолго, за мороженным, или водой. Надо бы намекнуть этому Шумахеру, что машинке пора бы назад, в стойло".
– Ещё немного, если позволите, – отозвался Константин, словно читая мои мысли. – Не каждый день мне предоставляется такая возможность. Если что, у меня есть алиби – катал клиента, демонстрируя возможности машиы. Мы скоро поедем обратно, в салон, не волнуйтесь.
Проехав ещё пару километров, Константин виртуозно, на скорости примерно сто километров в час, выполнив полицейский разворот, снова вдавил педаль газа до упора, и набрал всё те же сто семьдесят. У меня вначале всё оборвалось внутри, а потом я успокоился. Парень – специалист, и волноваться нет причин. Он, похоже, в одно время научился ходить на горшок и водить машину.
– Где вы научились так ездить?– поинтересовался я, решив, что пора и мне подать голос.
Обгоняя новенький "Мерседес", Константин ответил:
– У нас в родне одни гонщики-любители: старший брат, отец, дядя… Меня все натаскивали понемногу. Я, по сравнению с ними, профан, если быть откровенным.
– Да неужели? – искренне удивился я. – Интересно, как же ездят они?
– Профессионально. Они вполне могли бы зарабатывать на этом деньги, но… судьба сложилась по-другому. Да они и не могли представить это профессией, для них это просто радость жизненная, хобби, иными словами.
– Кто же они по специальности?
– Это можно назвать по-разному: автомеханики, автореставраторы, электромеханики. Они знают толк в машинах.
– Почему же вы не пошли по их стопам? Не скучно вам сидеть в магазине?
– Скучновато. Мы хотим нанять продавца с хорошей квалификацией. Пока сижу я. Автосалон – наш семейный бизнес. Нужно продать эти машины.
– Если не секрет, как они, эти экспонаты, попали к вам?
– Не секрет. Кто-то оставил машину в ремонт и не забрал в положенный срок. По сей день. Мы-то деньги в них вложили, а отдачи… Некоторые очень изношенные авто не начинали реставрировать, потому, что их хозяева с тех пор так и не заявились. Кто-то просто отдал за долги. У каждой своя история, хотя и не очень содержательная.
– А этот "БМВ"?
– Его просто не забрали. В него вложено куда больше, чем мы за него хотим взять.
– Сколько же вы хотите выручить за этот… экспонат?
– Долларов семьсот, даже меньше.
Я посмотрел в окно, прикидывая свою наличность.
– У меня долларов шестьсот пятьдесят. Я в состоянии дать шестьсот.
– Правда? Гм… ладно, едем обратно, в салон.
Мы, наконец, въехали во двор, откуда недавно отправились в поездку.
Выйдя из машины, я облегчённо вздохнул – времена тяжёлых моральных испытаний на сегодня закончились. Зря я так подумал…
– Мне бы хотелось, чтобы вы осмотрели хорошенько автомобиль и убедились в его исправности.
– Не нужно, я вам доверяю, Константин.
– Нет-нет, в этом деле доверие неуместно. Нужно верить своим глазам и ушам. В ходу машину вы уже видели. Теперь, нужно детально изучить состояние кузова, электропроводки, визуально оценить состояние двигателя… Сейчас мы загоним машину на подъёмник, поднимем её…
Заскрежетал старенький подъёмник.
– Подойдите поближе. Вы имеете возможность осмотреть не только днище, но то, что размещено на нём. Как видите, – он выразительно несколько раз ударил кулаком по днищу, – металл в порядке, а этот звук свидетельствует о толщине металла и отсутствии коррозии. Броня!
Карданная передача в порядке. На колёсах нет подтёков и жирных пятен, что говорит об исправности тормозной системы. Выхлопная система, как видите, тоже в порядке. Нет отверстий, с характерной закопчёностью вокруг. Металл новый. Мы переделали его, использовав современный, серийный. Далее…
Он опустил машину, задрал капот:
– Как видите, двигатель сухой, подтёков нигде нет, это один из показателей. Провода – все, какие только есть, в порядке. Повреждений изоляции не видно…
Он ещё долго говорил, упиваясь качеством ремонта и своей осведомлённостью. Впрочем, может быть, он был просто очень добросовестным парнем.
– Ну вот, собственно, и всё. Конечно, внутрь двигателя мы заглянуть не можем, – он завёл двигатель. – Но если снять шланг, соединяющий сапун с воздушным фильтром… – он сделал это. – Мы можем в какой-то мере судить о состоянии поршневой группы…
Константин говорил ещё долго… Я, честно говоря, устал от его автомобильных лекций, вперемежку с практическими занятиями. Меня не интересует устройство автомобиля, а копаться я в нём не собираюсь по двум, весьма весомым причинам: отсутствие навыков и полное безразличие, как говорил Льюис Синклер, к технике и грязи. Правда, у знаменитого американца акцент был сделан на любви к технике, а у меня – наоборот.