Игорь Бондарев – Планета N книга вторая война (страница 14)
Белов ещё раз глянул в сторону спящего Хорста. Хаммер полулежал в кресле не пристёгнутым — конструкция кресла предусматривала автофиксацию астронавта ремнями, в случае какого-либо рывка или толчка во время полёта. Помня печально знаменитый опыт падения Хаммера с кресла по пути следование на Планету, инженеры сделали такую вот доработку. Они не зря ели свой хлеб.
За Хаммера Белов не боялся. Поудобнее устроившись в кресле пилота, хотя, слово «поудобнее» едва ли уместно — в рабочем кресле существует одна—единственная, рациональная поза, продуманная заранее инженерами-конструкторами — по-другому попросту и не сядешь (если, конечно, не считать полулежащее и лежачее положение), Белов приготовился к отражению атаки.
— Главный Компьютер! — обратился он к своему, в данный момент, по крайней мере, помощнику.
— Да, бортинженер?
— Слушай, а у тебя какое-нибудь имя собственное имеется? — поинтересовался вдруг Белов.
— Как такового нет, но меня можно звать, как вам заблагорассудиться, только нужно об этом заранее предупредить меня и командира, чтобы не доставить ему неудобств, и исключить неясности для меня.
— Ну, ты прям, как пописанному говоришь, на всё-то ответ у тебя готов. Не даром наши спецы хлеб едят, не зря. Подожди, сейчас я подумаю, как тебя лучше звать… Да, кстати, у тебя пол-то какой? Судя по голосу, явно женский, тут я, конечно, глупость спросил.
— У компьютера нет и не может быть пола. Вы, например, если вам это будет удобно, можете перепрограммировать мой голос на мужской, причём, любого тембра…
— Нет-нет, ни в коем случае, пусть будет так, как есть, нам куда приятнее общаться… Так как же тебя назвать? У тебя есть на этот случай какие-либо образцы имён?
— Конечно. Зачитать все?
—Ну, давай, а там что-то выберу. Надеюсь, Хаммеру понравится.
— Имён очень много.
— Понимаю. Дай подумать, на языке вертится…Э-э-э… Может быть, Светлана?
— Вам дорого это имя, бортинженер?
— Значит так, моя дорогая, с этой минуты я для тебя не бортинженер, а Игорь Николаевич. Запомнила?
— Конечно, мой объём памяти позволяет очень многое, а это — просто элементарно, Игорь Николаевич.
— Вот и чудненько… Ой, на нас ракета летит, твою мать!
— Это имя?
— Нет, ни в коем случае. Что мне делать?!
— С этой ракетой расправиться несложно: нужно резко изменить курс, лучше на сорок три градуса…
— Выполнено!
— Теперь, когда она будет почти нагонять нас, по моей команде, обратно на сорок три. То есть, лечь на прежний курс.
— Что это даёт?
— Ракета магнитная, она за вами будет летать до тех пор, пока не настигнет.
— Утешила!
— Как только, по моей команде вы резко измените курс, она последует за вами, копируя ваш маневр, но поскольку она не обладает такой прочностью, как наш корабль, то попросту переломится надвое и взорвётся. Игорь Николаевич, резко меняем курс!
— Есть! Выполнено!
Словно в подтверждение рекомендаций Компьютера, совсем рядом раздался взрыв, от чего корабль слегка тряхануло. Слегка, потому что у ракеты была резкая потеря скорости. А у корабля — нет. «Лев» абсолютно не пострадал.
— Ну, ты просто… просто… Виктория, победа, значит!
— Теперь так меня зовут?
— Нет! Лучше Ника!
— Ясно. Игорь Николаевич, срочно включите систему защиты от лазерного оружия и немного измените курс. Чуть левее на тридцать два градуса.
— Выполнено!
— Отлично! Угроза поражения данным видом оружия от данной атаки миновала. Отключите защиту, ей нельзя долго пользоваться, это ведёт к перерасходу электроэнергии. Курс прежний.
— Знаю, Ника, проходили. Спасибо тебе, дорогая.
Тут проснулся Хаммер:
— Вы что, закрепляете пройденный на Земле материал?
— Э-э-э, Хорст, ты такое кино проспал! Кстати, знакомься, у нашего Компьютера новое имя — Ника.
— Очень приятно, — без особых эмоций пробурчал полусонный Хорст, — я, пожалуй, умоюсь и поем… Ничего не соображаю, когда спросонья и голодный…
— Я вам составлю компанию, сэр!
— М-м-м…
Хорст ушёл в санузел.
— Ну-с, — потирая руки, радовался Белов, — теперь уже и до Планеты рукой подать. Ближайшая угроза миновала, можно и подкрепиться, с
Белов, включил автопилот, поднялся с кресла, потянулся, вызвав хруст умеренной силы в суставах, и направился в пищеблок. Долго смотрел меню, муча себя и кухонный компьютер. Наконец, выбрал гречневую кашу с молоком, хлеб с маслом, колбасный сыр и чай. На этот раз корабль снабдили не только едой в тубах, но и обычной, некосмической. Конечно, именно земную еду нужно было съесть в первую очередь, потому что она не подлежала такому длительному хранению, как та, что запечатана в тубы.
— С этим проблем не будет, — мурлыча себе под нос какую-то пошловатую песенку, успокоил себя Белов. Похоже, Мурку. — Таким монстрам, как я и Хаммер, никакие запасы не страшны. Со всей ответственностью могу заявить, что ничего не успеет испортиться…
В это время, на корабле сработал сигнал тревоги.
— Ну что за хрень такая, — расстроено, заголосил Белов, — я ведь только пожрать собрался!
— Командир, Игорь Николаевич, — по громкой связи раздался тревожный голос Ники, — ракетная атака!
Белов и Хаммер оказались у пульта управления почти одновременно, в считанные секунды.
— Ракеты неизвестной мне конструкции, поэтому, решение принимать вам, во избежание возможных ошибок.
— Расстреливаем! — с этими словами Хаммер сел в кресло пилота, и привёл в боевую готовность бортовое вооружение.
Сразу три компактные, но сокрушительной силы ракеты, полетели навстречу ракетам атакующим. Скорость их была очень велика и, предвкушая сокрушительной силы взрывы в ближайшие несколько секунд, Хаммер и Белов ликовали. Но каково же было их удивление и разочарование, когда из трёх ракет условного противника, была подбита только одна, остальные же две, уверенно увернувшись от ракет, пущенных с борта «Льва», продолжали преследовать свою цель, то есть корабль с Хаммером и Беловым на борту.
— Это что такое? — выдавил из себя Белов.
— Откуда же мне знать, — прошипел Хаммер, меняя курс полёта и включив обратное поле.
Одна из ракет, обошла, словно с опаской, «Лев» и полетела дальше, другая же с завидным упрямством, продолжала свой заданный курс.
Стрелять было уже поздно, поэтому Хорст предпринял отчаянную попытку уклониться. Ему это удалось только отчасти. Где-то справа, сверху, прогремел взрыв, сопровождаемый ослепительной вспышкой и страшным грохотом по обшивке. Там, наверху, что-то явно сломалось. На мониторах зарябило, зашипело, некоторые погасли. Корабль затрясся в какой-то чудовищной лихорадке, сначала кренясь, потом, кувыркаясь, вырисовывая невероятные фигуры какого-то непонятного пилотажа.
— Неужели конец, Хаммер?! — заорал, катаясь по полу Белов, так и не успев сесть в кресло бортмеханика. Ему, наконец, удалось зацепиться рукой за дугу «Доктора».
— Сядь, — рявкнул Хаммер. — Сядь и выключи силу тяжести, пока нас не прихлопнуло собственным обедом. Шучу…
— Можно подумать, — огрызнулся Белов, выполнив приказ командира, — эти тарелки и консервные банки и так не загадят нас и корабль. Шишек, правда, не набьют…
Слова эти были сказаны больше для того, чтобы хоть что-нибудь сказать, пытаясь хоть как-то… Да какая там, к чёрту, разрядка обстановки! И слышал ли его Хаммер, совершая невероятными усилиями воли и мастерства пилота, чтобы спасти их обоих и корабль!
«Лев» терял управление. Пилот и команда же в это время испытывает куда больший шок, чем водитель автомобиля при отказе тормозов на автостраде в час пик. Хорст с превеликим трудом пытался что-то сделать, чтобы совершить хоть жёсткую посадку.
Планета стремительно набегала на них. Какие-то озёра, деревья — астронавты падали на незнакомую, неизведанную часть Планеты N. Да и что в этом удивительного, ведь за три года они освоили лишь малую её часть - не до того было, да и задачи не предполагали столь спешного изучения Планеты Аданицкого. Да и были ли время и возможность сделать больше, когда шла самая настоящая борьба за выживание! Они были заняты поисками хлеба насущного, а отнюдь не наукой. Похоже, именно сейчас они пожалели о том, что недостаточно хорошо изучили этот аспект..
— Что я могу сделать, чтобы помочь тебе, Хорст!? — крикнул Белов.
— Молись! Долго и с чувством, с пристрастием! Ровно на то время, что нам понадобится для осадки… Если это у меня получится.
- Я в тебя верю, Хост Хаммер. Ты – мастер своего дела!