Игорь Богатырев – Гиперборея Юры Гагарина. Поехали! (страница 40)
— На дальнейших тестах фамильяру присутствовать не нужно, — продолжила Распутина. — Барон не будет против, если кто-нибудь из приёмной комиссии составит компанию вашему ворону?
— Если он захочет, — пожал я плечами, а Райден тут же взлетел и без зазрения совести перепрыгнул на колени Романовой. Лицо княжны даже потеплело. Дамский угодник, говорю же!
— Отлично! — хлопнула в ладоши ректор. — Тест на объём источника. Зелий не пили? Артефакты?
— Не пил, но ношу артефакт, влияющий на расход маны, — я попытался выбрать максимально обтекаемую формулировку, но видел, как у доброй половины магов, сидящих напротив, алчно блеснули глаза. Не в негативном смысле, просто мана в бою на вес золота и подобные артефакты крайне редки. А если бы они знали, как именно работает мой артефакт, боюсь, на меня бы открылась охота, а после неё ещё и аукцион. Такие вещи тут с руками отрывают…
— Попрошу вас его деактивировать или снять, — ответила Распутина.
Я отвернул рукав рубашки и пиджака, как можно быстрее снял кожаный браслет с манашарами и убрал его в карман.
— Через одежду он не работает, — пояснил я, — готов приступать.
Передо мной появился столбик с большой фиолетовой кнопкой посередине.
— Не вставая, нажмите кнопку до упора и держите, пока не почувствуете откат, — машинально проговорила девушка в красном медицинском халате с белым передником, подошедшая откуда-то сбоку, — я вас подстрахую. Нажимайте, когда будете готовы.
Я наклонился вперёд и с силой вдавил кнопку. По руке прошёлся небольшой разряд, следом за ним я почувствовал, как мана стремительно покидает моё тело, перетекая куда-то вглубь столбика. Сама кнопка непрерывно вибрировала и мерцала. По ощущениям, во мне было больше половины запаса, когда я решил, что вдавить кнопку посильнее будет хорошей идеей. Резкая слабость, тошнота и головокружение откинули меня на спинку кресла.
— Поспешили? — послышалось сбоку, а по телу пробежалась волна целительной энергии.
— Немного, — виновато улыбнулся я.
— Какой у вас ранг, господин Бронин? — лицо и тон медички были очень сосредоточенными.
— Утром был третий.
— А запаса столько, будто на пике пятого, ближе к шестому… — задумчиво проговорила она.
— Интересно… — протянула Распутина. — Ладно, не отвлекаемся. Пока восстанавливаетесь, будет тест на стихии. Помните, предупреждала вас по поводу новых сканеров? Если почувствуете головокружение, не советую смотреть по сторонам!
— Готов.
Из пола поднялись несколько десятков сияющих шариков, размером с теннисный мяч, распределились вокруг меня равномерной сеткой и начали вращаться в разные стороны — одни по часовой стрелке, другие против. Как только я пытался за ними уследить, в голове начинало зудеть, а зрение расплываться, терять фокус, так что оставалось лишь смотреть прямо, сквозь мелькающие шары, и желательно мимо коленок Ангелины.
Длилось это чуть больше минуты, и я успел трижды порадоваться тому, что космонавтом я стать даже не мечтал — чувство было ужасное. Замедлив свой ход, шарики сложились в один большой квадрат и прилетели прямиком в руки ректора.
Вероятно, на них были мои диагностические данные — на пару минут в помещении воцарилась тишина. Преподаватели переглядывались между собой, пытаясь понять, в чём заминка.
Закончив, Распутина поднялась на ноги и медленно подошла ко мне, неотрывно пытаясь что-то во мне разглядеть. Склонившись пониже, она, почти не двигая губами, спросила:
— Бездна, артефакторика, молния, какой-то неизвестный металл и с десяток спящих стихий. Я ничего не упустила?
— Вы увидели даже больше, чем знал я сам, — искренне удивился я. Металл? Ещё стихии? Вот так номер.
— Поздравим господина Бронина, — ректор выпрямилась и обратилась к остальным членам комиссии. — У нас здесь начинающий маг бездны!
Зал взорвался аплодисментами, некоторые встали, кто-то так и остался сидеть неподвижно, в общем, примерно этого и ожидаешь, когда сообщают о том, что найден новый маг с редчайшей стихией. Забавно, что о «куче стихий» и артефакторике она решила не сообщать.
Впрочем, заметив одобрительный взгляд Романовой, поглаживающей Райдена, я понял всё без слов. Скорее всего, оглашение подобных вещей со стороны ректора было бы ошибкой — слишком ценная для государства информация, чтобы просто так её разбазаривать.
Дальше был тест на проводимость магических каналов, а после него я как следует влепил копьём бездны по тренировочному манекену, показав средний для пятого ранга результат. Впрочем, я и сам понимал, что мои кустарные техники далеки от идеала — бездна игнорировала бóльшую часть магического сопротивления цели, так что я должен был бить гораздо сильнее.
— Поздравляю, Бронин, — когда пыль вокруг манекена рассеялась, ко мне подошла Распутина. Наша академия готова принять вас в свои ряды. Вопрос лишь в том, готовы ли вы?
— Абсолютно, — я ответил не раздумывая. Было бы странно, если бы я прошёл вступительный отбор и внезапно отказался.
— Значит, нужно определиться с потоком, — одобрительно кивнула ректор. После этого тут же наперебой посыпались предложения от двух молодых людей.
— Поток «Абсолют» славится упором на боевую магию, а также рукопашный бой! Мы готовы вас пригласить! — коротко прорекламировала себя невысокая девушка чуть за тридцать.
— А мы приглашаем! Поток «Баланс» охватывает всего понемногу, сохраняя баланс! — подхватил парень помоложе, сидящий на противоположной стороне.
Я уже успел почувствовать себя последней скумбрией на рынке, за которую в словесной перепалке сошлись два ревностных любителя рыбы, когда со своего кресла поднялась Романова. Райден снова перелетел на моё плечо.
— Хочу напомнить, коллеги, — холодно произнесла она, — что с этого года мы ввели особый поток для юных дарований. Сжатая теоретическая программа с повышенным количеством практики, в которую мы приглашаем только достойнейших кандидатов.
Окинув холодным взглядом притихших зазывал, Ангелина продолжила:
— Не думаю, что с таким потенциалом господину Бронину будет комфортно учиться среди… посредственности.
На этом моменте треть присутствующих синхронно закашлялись, повисла неловкая пауза.
— Вы согласны, барон? — Романова проверяла меня на прочность.
— Буду рад принять это приглашение, ваше высочество, — я старательно игнорировал посыл о неполноценных магах.
Винить её не было смысла: детей императорской семьи с пелёнок пичкают эликсирами и зельями, стремясь вырастить из них лабораторных суперсолдат. Когда ты с юных лет орудие государства, в мире, где всё решают сила и власть, трудно оставаться тактичным в вопросах магического роста.
— Что ж, — произнесла Венера Викторовна. — Полагаю, за дверью вас ждёт Андрей Мельник?
— Он самый, — ответил я.
— Пусть отведёт вас в башню Искры. Так называется ваш поток. Вы пока единственный, кто прошёл в него отбор, но до выходных список будет пополняться, вплоть до тридцати человек. Дальнейшие инструкции получите от волонтёра.
— Отлично, а документы?
— Ох, конечно, что-то я… — ректор замешкалась, отошла к небольшому столику, стоявшему перед её креслом и вернулась уже с моими бумагами. — Удачи в учёбе, студент!
— Благодарю вас, ректор!
Уходя, я чувствовал спиной напряжение, повисшее в зале после высказывания Романовой. Я понимал, что сделано это нарочно, но зачем? Вероятнее всего, для того, чтобы сразу определить — лучшие кадры этого года достанутся ей.
— Сколько предлагали за чемодан? — шутливо спросил я, толкая дверь и споткнулся от неожиданности: передо мной стояла Лиза… та самая, с которой мы жили по соседству в Озёрном.
— На торги пока не выставляла, — девушка едва заметно покраснела и сделала полшага назад, — у меня с ним ой какая крепкая связь, Ян Борисович.
— И тебе привет, — я смахнул с лица эту дурацкую улыбку, против моей воли появляющуюся рядом с Лизой. — Не думал, что ты поступаешь в столичный филиал.
— И бросить вас здесь без присмотра, Ян Борисович? — в глазах магички блеснул игривый огонёк. — На самом деле, я очень заинтересована новой программой для одарённых студентов…
— Следующий! — из-за двери раздался голос Распутиной.
— Слыхал о такой, — я отошёл в сторону, пропуская юную абитуриентку ко входу, — удачи вам, Елизавета! Увидимся!
— Обязательно увидимся, Ян Борисович! — задорно хихикнула Лиза и скрылась за дверью, оставив своего провожатого в растерянности.
Мельник, всё это время стоявший напротив, у окна, проводил её взглядом.
— За твою рухлядь, — кивнул он на чемодан, наигранно скривившись, — предлагали максимум шестнадцать рублей. И это с учётом розовых трусиков с сердечками.
— Плачу семнадцать рублей, если пообещаешь никому о них не рассказывать, — прошептал я ему, поддерживая шутку. — Отведёшь меня в башню Искры?
— Ого! — Андрей удивлённо присвистнул. — А ты непростой кадр, барон! Ну, пойдём. Только чемодан сам потащишь, я теперь в печали!
Мы вышли из корпуса приёмной комиссии. По словам Андрея, обычно это был малый актовый зал. Внутри ещё слышались голоса новоприбывших абитуриентов, с волнением ждущих своей очереди, но стоило шагнуть наружу — всё стихло.
Перед нами раскинулся внутренний двор Академии: аккуратные дорожки из брусчатки, весенние деревья в цвету, прозрачные струи фонтанов. Воздух был тёплым, пахло свежей листвой и чем-то едва ощутимо волшебным — будто само место дышало энергией.