Игорь Белоусов – Страж (страница 2)

Они остановились у дверей президентского люкса. Ни замка, ни сканера — только древний символ, выгравированный в металле: три пересекающихся круга, источник которых никто не мог объяснить. После короткого стука массивные двери распахнулись. Портье, обычно встречающий гостей с лучезарной улыбкой, сейчас выглядел как безэмоциональный манекен. Его взгляд был пустым, движения механическими.

— Ты свободен, — произнёс Марк ледяным тоном. Портье исчез за дверью с поразительной скоростью, будто его никогда и не было. Только лёгкое мерцание воздуха, как от перегрева голографического проектора.

— Теперь, Стивен, слушай меня очень внимательно. Делай только то, что я скажу, если всё ещё хочешь жить, — продолжил Воин Хаоса. Его голос оставался спокойным, но в нём чувствовалась сталь, способная разрезать любой металл.

Адмирал молча кивнул. Его лицо выдавало напряжение, но он сохранял самообладание.

— Ты останешься в гостиной. Я войду первым. Человеческий организм не выдержит прямого контакта с чистой энергией Хаоса. Даже один взгляд — и ты ослепнешь. Один вдох — и твои лёгкие сгорят изнутри. Когда придет время, я позову.

— Я буду ждать, — прошептал Кларк. Голос дрожал, но он держался.

— Не совершай необдуманных поступков, — предупредил Марк, когда его фигура уже направлялась к кабинету.

С этими словами он исчез за дверью, оставив адмирала наедине с его страхами и сомнениями в роскошной тишине гостиничного номера.

Тяжёлая дверь с глухим стуком закрылась за его спиной, погружая помещение в приглушённую тишину. Воин замер на мгновение, впитывая атмосферу просторного кабинета. Его взгляд скользнул по величественному дубовому столу, окружённому ореолом древности, и остановился на массивном кресле, словно созданном для правителей.

Стены хранили тайны веков в обрамлении бесценных полотен мастеров минувших эпох. Мягкий ковёр из отборной шерсти, казалось, шептал истории о былом величии. Но всё это было лишь ширмой, декорацией для истинной сути происходящего.

Быстрым движением он опустил жалюзи, погружая комнату в таинственный полумрак. Маска человека слетела с его лица, обнажая истинную природу. С яростным рыком Марк отшвырнул в сторону ковёр, обнажая голый пол.

Когти, удлинившиеся в одно мгновение, начали вычерчивать древние руны призыва. Каждая линия, каждый изгиб требовали точности и концентрации. Пот стекал по лбу, когда последние символы легли на своё место, завершая сложный узор портала.

Проверка. Каждая линия должна быть безупречна, каждый иероглиф — на своём месте. Только тогда ритуал сработает. Опустившись на колени, Марк направил мысленный зов к своему повелителю, пробираясь сквозь слои реальности.

Темнота начала сгущаться, становясь почти осязаемой. Портал пробуждался, выпуская Тени, что жадно лизали пространство вокруг. В том месте, где прежде стоял стол, начал формироваться иссиня-чёрный сгусток первозданной Тьмы. Воздух потрескивал от напряжения, а волоски на коже встали дыбом от концентрированной энергии.

Азгорот – Повелитель Хаоса – явился своему верному воину, воплощая собой суть хаоса и разрушения.

Из Тьмы, пульсирующей в центре кабинета, не вышел, а вытек образ — не тело, а искажение реальности. Там, где он стоял, воздух трещал, как стекло под давлением. Пространство гнулось. Свет умирал. Это был не человек. Не существо. Это была абсолютная антиматерия воли, облачённая в форму, которую разум мог попытаться воспринять.

— Мой господин… — прошептал Марк — или то, что теперь звалось Кхарнусом, — склоняясь на одно колено. Его голос дрожал не от страха, а от перегрузки. — Ксфрен пал. Уничтожен… потомком Древних. Он вернулся. Я не почувствовал его прихода. Не удержал баланс.

Беззвучный голос, казалось, исходил отовсюду одновременно, пронзая сознание насквозь:

— Значит, он выжил! Скрылся! И теперь — снова здесь!

Воин сжал кулаки. Когти впились в ладони. Кровь, чёрная, как смола, стекала по пальцам, но он не чувствовал боли. Только стыд. Только страх.

— Я ещё слишком слаб, чтобы сразиться с Древним. План меняется. Мир дрожит на грани. И если один из Хранителей падёт — я вернусь полностью. Не тенью. Не эхом. А во плоти Хаоса.

В дальнем углу зала тьма начала сгущаться, обретая очертания человекоподобной фигуры. Кхарнус бросил быстрый взгляд в ту сторону, пытаясь распознать, кто из слуг Хаоса пытается прорваться в материальный мир.

— Где он? — голос Азгорота врезался в сознание, как клинок.

— Его приютили Стражи. Хейд, если быть точным. Но с ним мы разобрались.

— Хейд… Хейд погиб — это прекрасно. Орден значительно ослаб без такого могущественного воина. Но мне нужно больше. Мне нужна смерть Хранителя. Не просто смерть. Жертва. Открытая дыра в барьере между мирами. Только тогда я смогу вырваться.

— Я жду ваших указаний, мой повелитель.

Тьма в углу вздрогнула — и шагнула вперёд. Перед ним стояла девушка. Или то, что выглядело как девушка. Иссиня-чёрные волосы, будто сотканные из теней, падали до пояса. Глаза — не карие, не зелёные. Оранжевые, как пламя в вакууме. Они не моргали. Они жгли.

— Это — Лилит, — прозвучало из пустоты. — Моя гончая. Мой клинок в ночи. Она займётся Потомком. А ты… ты получишь шанс.

Кхарнус не дышал. Он знал, кто такие гончие. Существа, рождённые в промежутках между измерениями. Они не убивали. Они выжигали память о цели из реальности. Год. Десять лет. Они ждали. И всегда находили.

— Подойди.

Он поднялся. Подошёл к сгустку Тьмы, где пульсировал Азгорот.

Неожиданно и стремительно вырвалось щупальце — не плоти, не энергии, а чистой аннигиляции. Оно обвило Воина. Крик вырвался из его груди — не от боли, а от перестройки. Кости хрустели. Кровь кипела. Нервы переписывались. Он падал… и вставал.

Когда тьма отступила, он стоял уже иначе. Выше. Темнее. В глазах — не страх, а жажда.

— Отныне твоё имя — Моргот. Я дарую тебе шанс на искупление. Твоя задача — Хранитель. Мне нужна смерть одного из них. Не подведи меня, Каратель!

Мрак, окутывавший зал, растаял в одно мгновение, словно его и не было. В свете холодных ламп стали отчётливо видны трое.

Во главе стола, в массивном кресле с бронированными подлокотниками, восседал седовласый мужчина. Суровое, будто высеченное из камня лицо, пронзительный взгляд и безупречный деловой костюм создавали образ человека, привыкшего командовать.

Слева от него, с грацией хищницы, стояла молодая девушка. Темные волосы струились по плечам, а огромные карие глаза, казалось, видели насквозь. Она не шевелилась, но в ней угадывалась готовность к действию.

Марк, третий в этой компании, выглядел на их фоне чужаком. Его одежда не изменилась с момента прибытия — всё тот же потёртый бронекостюм. Он перевёл взгляд с мужчины на девушку и обратно, ожидая следующего шага.

— А теперь зови своего адмирала, — произнёс мужчина, не меняя позы. Его голос, низкий и властный, разрезал тишину, как лезвие. — Пора нам с ним познакомиться.

Глава 1. Даркхейм.

Полумрак технического отсека базы Даркхейм окутывал одинокую фигуру. Максим стоял перед терминалом, будто прирос к полу. Плечи его были сведены, словно под грузом невидимой плиты. В руках он сжимал клинки Хейда — единственное, что осталось от друга, ушедшего в битве без следа.

Воздух пах озоном и палёным металлом — запах, оставшийся после энергетических разрядов и разрушений. Аварийные лампы мигали, отбрасывая рваные тени, которые скользили по стенам, как живые, искажая очертания обломков в силуэты павших.

Дверь скрипнула — тихо, но достаточно, чтобы разбить тишину. Ингрид вошла, будто материализовалась из тьмы. Её силуэт на мгновение замер в проёме.

— Макс… — голос был тёплым, но в нём чувствовалась настороженность. — Как ты?

Он не ответил. Взгляд его был прикован к клинкам — к древним лезвиям, покрытым микроскопическими трещинами, как будто и металл скорбел.

— Не вини себя, — сказала она, подходя ближе. — Хейд пал как воин. Он знал цену каждому удару.

— Пал? — в голосе Максима всплыла горечь. — Я оставил его. Бросился вперёд, как дурак, и дал им шанс атаковать с флангов.

Ингрид остановилась рядом. Ладонь её легла на его плечо — лёгкое, но твёрдое прикосновение.

— Ты не мог предвидеть. Я должна была рассказать тебе раньше.

Воспоминания хлынули, как прорвавшаяся плотина.

…Туман в сознании постепенно рассеивался. Максим с трудом открыл глаза, чувствуя, как пульсирует боль в висках. Вокруг царил хаос — разрушенные консоли, искрящиеся обломки оборудования и… пустота там, где лежал раненный Хейд.

На полу была лишь древняя броня Стража, да два клинка, слабо поблескивающих в тусклом свете аварийных ламп. Сердце сжалось от острой боли утраты. Где-то вдалеке раздавался пронзительный вой сирен, возвещающий о полном отключении энергосистемы.

Внезапно небо над планетоидом раскололось от ослепительных вспышек. Флот повстанцев, дождавшийся момента отключения защитных систем, вышел на расчётные позиции. И вот теперь, точно хищники, учуявшие запах крови, боевые корабли вырвались из гиперпространственных тоннелей, заняв расчётные позиции с точностью хирургических инструментов. Их орудийные системы, заряженные до предела, извергли потоки концентрированной энергии — смертоносные лучи, способные расщеплять материю на атомарном уровне.

Узлы противокосмической обороны, гордые и неприступные, теперь напоминали обречённых гладиаторов на арене. Защитные платформы, лишённые питания, замерли безжизненными громадами, их бронированные корпуса казались лишь декорацией былого величия. Системы наведения, ослеплённые мощными электромагнитными импульсами, беспомощно метались, пытаясь поймать цели, которые уже давно их вычислили.