Игорь Атаманенко – Про100шпионы (страница 6)
5. Подготовила потопление 17 британских войсковых транспортов.
6. Скрываясь под личиной сестры милосердия и выхаживая раненого штабс-капитана русской армии Вадима Маслова, выведала с его помощью французские секретные оперативные планы.
7. Выдала немцам британский морской план, что привело к гибели крейсера «Гэмпшир» с фельдмаршалом лордом Китченером на борту.
8. Передала немцам планы оперативных полетов французской авиации.
9. Раздобыла секретные чертежи английского танка.
10. Передала немцам план обороны Вердена.
Сегодня установлено, что так называемые
Более того, современные исследователи, проведшие анализ деятельности разведок Франции и Германии начала 1900-х, констатируют:
«…в архивах отсутствуют материалы, которые можно было бы считать уликами против Маты Хари. По нашему твердому убеждению, она стала идеальной фигурой «и для битья, и для бритья». Для французов – чтобы списать все просчеты своего Генштаба и принизить заслуги германского командования. Для немцев – чтобы прикрыть плеяду особо ценных агентов, инфильтрованных в правительственные органы Франции».
Почему же в ходе судебного разбирательства Мата Хари была признана виновной? Ответ прост: ко времени заседания суда свой вердикт: «виновна» уже вынесла французская пресса. Захлебываясь от душераздирающих и щекочущих воображение обывателя подробностей, газеты обвиняли Мату Хари во всех провалах французского военного министерства. Ее положение усугублялось тем, что все предъявленные ей обвинения легли в благодатную почву общественного мнения, взбудораженного огромными людскими потерями в 1914–1917 годах. В сложившейся ситуации нужно было найти фигуру для жертвоприношения. Народ Франции жаждал крови в отместку за пролитую на полях сражений, и правительство бросило Мату Хари на растерзание…
У каждого поколения своя легенда. Иногда одна легенда может очаровать несколько поколений. Именно так случилось с Матой Хари, которую легенда сделала шпионкой высочайшей – «четыре девятки» – пробы. То, что она была великой куртизанкой, игравшей в шпионов, – вне сомнений. Но за это не расстреливают! Тогда что еще? Увы, сегодня истину установить невозможно, ибо в легенде о нашей героине неразрывно сплелись:
– ее собственная ложь;
– мифы о похождениях плеяды немецких шпионов;
– горстка реальных фактов;
– заказные статьи журналистов;
– сочинения голливудских сценаристов и импровизация киноактрис.
Сегодня, спустя 99 лет после казни блудливой дивы, мировая общественность демонстративно игнорирует однозначно отрицательные ответы на вопрос о ее принадлежности к спецслужбам Германии и Франции. Впрочем, окончательной разгадки ждать недолго. В 2017 году с документов «процесса века» должны снять гриф секретности.
После того как фашисты были отброшены от Москвы и больше о парадах на Красной площади не помышляли, 4-е диверсионно-разведывательное Управление НКВД СССР по указанию Сталина стало разрабатывать план уничтожения Гитлера.
Начальник Управления Судоплатов и его заместитель Эйтингон решили, что смертельный удар Гитлеру следует нанести именно в Германии. Но для этого надо было найти человека, который смог бы, не вызывая подозрений у гестапо, организовать покушение. И такой человек был найден.
В результате многоходовой оперативной комбинации в Берлине оказался агент НКВД Игорь Миклашевский, где стал одним из руководителей антисоветского «Русского комитета», занимавшегося вербовкой плененных советских солдат и офицеров для немецкого воинского формирования «Восточный легион».
Чтобы проникнуть в ближайшее окружение фюрера, Миклашевский установил контакт со знаменитой немецкой актрисой Ольгой Чеховой, которая, пользуясь безусловным доверием Гитлера и его жены Евы Браун, общалась с ними в неформальной обстановке.
В 1922 году, выехав из России в Германию для получения театрального образования, Ольга, женщина неземной красоты и яркого таланта, добилась ошеломляющего успеха. Снялась в десятках кинофильмов в Германии, Франции, Австрии, Чехословакии и в Голливуде. В 1936 году ей по инициативе Гитлера было присвоено высшее театральное звание – государственная актриса Германии.
Насколько было известно генералу Судоплатову от закордонной агентуры, Чехова, покорив западный театральный Олимп, осталась патриоткой своей исторической родины. Поэтому Судоплатов рассчитывал, что она и польский князь Радзивилл (секретный агент НКВД) могли (гипотетично!) обеспечить Миклашевскому доступ к Гитлеру.
Однако в 1943 году Сталин отказался от своего первоначального намерения физического устранения Гитлера, потому что был уверен: как только фюрер будет уничтожен, нацистские круги и германский генералитет заключат сепаратный мир с Англией и США без участия Советского Союза.
В середине 1990-х на московских книжных развалах появилась книга Серго Берия, в которой он утверждал, что Ольга Чехова входила в состав
Со слов С.Б., все руководители советских спецслужб по примеру Сталина имели свою
К сожалению, этот ложный посыл подхватили некоторые московские литераторы, принявшись муссировать заведомо негодную тему.
Все огульные утверждения о причастности Ольги Чеховой к агентуре НКВД, как и о ее помощи органам госбезопасности СССР, экс-начальник кабинета истории Службы внешней разведки полковник В. С. Антонов отметает категорично: «Досужие домыслы дилетантов!»
Глава третья. Великий мастер разведки
В январе 1992 года меня и троих студентов из северокавказских республик руководство Литературного института делегировало для участия в похоронах знаменитого детского писателя Воскресенской Зои Ивановны.
Смеркалось, когда мы отыскали место на Новодевичьем кладбище, где проходила панихида. В темноте мы столкнулись с группой пожилых мужчин в генеральских шинелях, которые молча прижимали к груди вишневые подушечки с орденами и медалями. Рядом – шеренга солдат почетного караула с карабинами наизготовку.
«Ты куда нас привел, Сусанин?! – зашипели кавказцы. – Здесь хоронят какого-то полководца!»
Я уже было хотел отшутиться, что у нас в Москве так хоронят полководцев от литературы, как мертвую тишину разорвал мегафон: «Слово предоставляется генерал-лейтенанту КГБ Судоплатову Павлу Анатольевичу – боевому товарищу Зои Ивановны Воскресенской-Рыбкиной!»
Генерал огорошил толпу в шубах и дубленках: «Лишь вторую половину жизни Зоя Ивановна была мастером пера, а вообще-то она – мастер разведки, полковник, воспитанница ОГПУ. Положа руку на сердце могу сказать, что она рождена для разведки, как птица для полета… Настал момент истины, пора рассекретить и саму Зою Ивановну, и снять гриф секретности с ее подвигов!..»
Львицы столичного бомонда в роскошных норковых манто зашлись в истерике: «Это что ж такое творится?! Нашу любимицу Зоиньку, кумира детей и родителей пяти континентов, какой-то густопсовый кагэбист хочет опорочить связью с кровавым ОГПУ?! Не бывать тому!» Ну, и так далее, и тому подобное. Вмешался мегафон, и хвалебные речи московских литераторов, в коих не было и намека на героическое военное прошлое усопшей, заполнили кладбищенский эфир. Завершилась панихида согласно воинскому ритуальному уставу – троекратным залпом…
С речи генерала Судоплатова началось и в Зале истории внешней разведки РФ продолжилось мое знакомство с великим мастером разведки полковником Зоей Ивановной Воскресенской-Рыбкиной. Жаль, заочное…
Зоя Ивановна Воскресенская родилась 28 апреля 1907 года на станции Узловая Бочаровского уезда Тульской губернии в семье помощника начальника железнодорожной станции. Детство провела в городе Алексин. В 1920 году ее отец Иван Павлович умер от туберкулеза, и его вдова Александра Дмитриевна перевезла Зою и двух ее младших братьев в Смоленск. Вскоре она слегла от тяжелой болезни, и Зоя была вынуждена в одиночку содержать семью.
В четырнадцать лет Зоя – библиотекарь 42-го батальона войск ВЧК, в семнадцать – политрук в колонии малолетних преступников, в девятнадцать – делопроизводитель в штабе Частей особого назначения (ЧОН) Смоленской губернии. Затем она трудилась на заводе имени М. И. Калинина и занималась комсомольской работой. В двадцать лет Зоя вышла замуж за комсомольского активиста В. Казутина и родила сына.
В начале 1928 года Воскресенская, став кандидатом в члены ВКП(б), принята на работу в Заднепровский райком партии Смоленска заведующей учетно-распределительным подотделом орготдела. А в конце того же года по партийной путевке уехала в столицу на работу в Академии коммунистического воспитания имени Н. К. Крупской. Перед отъездом Зоя развелась с Казутиным и сына поднимала вместе с матерью, которая тоже перебралась в столицу.