Игорь Атаманенко – Их судьба – шпионаж (страница 23)
Летом 1929‐го руководство ОГПУ вошло в ЦК с предложением «убрать с дистанции» — похитить в Париже и доставить в Москву — генерала Кутепова для предания суду. Сталин инициативу одобрил.
1 марта 1930‐го Серебрянский (опять пригодились знания французского языка) выехал в Париж для подготовки и проведения операции.
…Кутепова похитили 26 января 1930 года. Бойцы «группы Яши» в форме французских полицейских на углу улиц Удино и Русселе остановили генерала, идущего в церковь. Под предлогом выяснения личности предложили проехать в полицейский участок. Он уселся в патрульную машину, но, услышав русскую речь, попытался сбежать. Применили наркоз. Больное сердце Кутепова не выдержало избыточной дозы хлороформа, и он умер.
…30 марта 1930 года в Москве Серебрянскому за ликвидацию генерала Кутепова вручили орден Красного Знамени.
К слову, до середины 1960‐х причастность органов госбезопасности СССР к похищению Кутепова категорически отрицалась. Лишь в 1965‐м в «Красной звезде» — официальном органе Министерства обороны — появилась заметка об операции.
Покончив с Кутеповым, Серебрянский приступил к созданию автономной агентурной сети в различных регионах мира.
К 1935‐му он руководил 16 нелегальными группами, укомплектованными сорви-головами, готовыми, невзирая на сложности, выполнить любое его задание. Дислоцировались они в Германии, Франции, в США, а также на оккупированной японцами территории Северо-Восточного Китая.
Достаточно двух примеров, чтобы иметь представление об универсальной способности этих групп к исполнению любого приказа «дяди Яши».
По плану, разработанному Серебрянским, вожак одной из таких групп, назовем его «Генри», изъял и передал инициатору архив Троцкого.
Другая группа под водительством «Эрнста» потопила 7 германских судов с оружием, предназначавшихся генералу Франко, который готовил переворот в Испании.
13 июня 1934 года, вслед за образованием НКВД, ОГ переименовали в Специальную группу особого назначения (СГОН), но чекисты называли ее по-прежнему «группой Яши».
С тех пор Серебрянский, которому присвоили звание старший майор госбезопасности (соответствовало общевойсковому званию «генерал-майор»), подчинялся исключительно наркому внутренних дел.
…В ходе гражданской войны в Испании Серебрянский поставлял оружие республиканцам. В сентябре 1936‐го состоявший у него на личной связи агент «Бернадет», используя бланки нейтральных стран, приобрел у французской фирмы «Девуатин» 12 современных боевых самолетов, которые затем были переданы республиканскому правительству.
Разгорелся международный скандал. В помощи республиканцам средства массовой информации Западной Европы обвинили премьер-министра Франции Блюма и его военного министра Даладье. А 31 декабря 1936 года «Известия» опубликовали Постановление ЦИК Союза ССР о «вручении ордена Ленина товарищу Серебрянскому Я.И. за особые заслуги в борьбе с контрреволюцией».
Публикация появилась неслучайно: ее инициировали «лубянские мудрецы» с целью ускорить уход Блюма и Даладье с политической арены Франции.
В 1937 году сын Троцкого Лев Седов (объект дела оперативной разработки НКВД «Сынок») по воле отца затеял в Париже подготовку первого съезда IV Интернационала.
Генеральный комиссар НКВД СССР Ежов, докладывая об этом Сталину, предложил похитить Седова, чтобы сорвать открытие съезда. Будто невзначай, заметил, что «с этой грязной работой могут справиться лишь золотые руки “дяди Яши”…».
Вскоре находившийся в Париже Серебрянский получил задание похитить «Сынка» и доставить в Москву.
Были разработаны два варианта транспортировки объекта.
Первый — по морю. В середине 1937‐го купили рыболовецкое судно. На окраине северного города-порта сняли домик — место временного укрытия, куда поселили сотрудников СГОН. Подобрали экипаж. Запаслись объемом питьевой воды, еды, угля.
Второй — по воздуху. Группа Серебрянского располагала собственным самолетом на одном из аэродромов под Парижем. Через прикормленную прессу распространили легенду о готовящемся спортивном перелете Париж — Токио.
Похищение «Сынка» не состоялось. 16 февраля 1938 года он умер под ножом хирурга на операционном столе русской клиники в Париже.
Другие ножи и по другому поводу точились за спиной Серебрянского. Под предлогом нового назначения его вызвали в Москву, а 10 ноября 1938 года Якова и Полину арестовали по выходе из самолета. Ордер на их арест подписал начальник Главного управления госбезопасности (ГУГБ) НКВД Берия. Он же 13 ноября провел первый допрос «дяди Яши».
Спустя 4 дня Берия в компании своего заместителя Кобулова и будущего министра госбезопасности СССР Абакумова опробовали на Серебрянском «интенсивный метод допроса» — избиение под аккомпанемент вербальных унижений и оскорблений.
Допросы с пытками, прерываемые разными по длительности интервалами, шли (!) 2 года. Всё то время — невероятно! — Серебрянский не только выстоял и не потерял присутствия духа — продолжал работать над «Наставлением для резидента по диверсиям», которое начал составлять еще в Париже.
Вот строки, написанные им 15.10.1939‐го, — через 11 месяцев пребывания в условиях тюремного ада:
…4 октября 1940 года лейтенант госбезопасности Перепелица заверил своей подписью обвинительное заключение, которое гласило:
«Серебрянский Я.И. с 1924 года состоял агентом английской контрразведки, а с 1933 года по день ареста являлся активным участником антисоветского заговора в НКВД и проводил шпионскую работу в пользу Франции».
Аналогичное обвинительное заключение предъявили Полине Натановне.
7 июля 1941года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Серебрянского к расстрелу с конфискацией наград и «другого имущества». Его жена получила 10 лет лагерей «за недоносительство о враждебной деятельности мужа».
На суде Серебрянский вину не признал, заявив, что на предварительном следствии оговорил себя в результате физического и морального воздействия. Суд проигнорировал заявление.
…Из-за вторжения гитлеровских войск на территорию Советского Союза Верховная власть приостановила поиски внутренних врагов и сосредоточилась на отпоре врагу внешнему. Генерал Судоплатов, используя момент, обратился к Берии с просьбой освободить ожидавшего расстрела Серебрянского и его группу.
«Вы уверены, что они нам нужны?» — спросил Берия, одарив собеседника доброй улыбкой инквизитора.
«Абсолютно уверен!»
«Тогда свяжитесь с Кобуловым — пусть освободит».
Решением Президиума Верховного Совета СССР от 9 августа 1941 года Серебрянский и его жена были амнистированы, восстановлены в партии, им вернули награды.
За успехи в организации диверсионно-разведывательной работы в тылу врага в период ВОВ Серебрянского наградили вторым орденом Ленина, вторым орденом Красного Знамени, медалью «Партизану Отечественной войны» 1‐й степени.
В 1946 году министром госбезопасности СССР стал генерал-полковник В.И. Абакумов, который в предвоенные годы участвовал в допросах разведчика и лично избивал его. Опасаясь вновь оказаться в лапах сановного держиморды, Серебрянский подал рапорт об отставке по «состоянию здоровья».
Яков Исаакович окунулся в спокойную жизнь отставника, однако, подобно старому коню пожарной службы, откликнулся на сигнальный колокол — на призыв генерала Судоплатова послужить еще органам госбезопасности. И в мае 1953‐го вернулся к работе в 9‐м отделе МВД СССР в должности оперативного сотрудника 1‐й категории.
…В июле 1953 года, после ареста Берии, хрущёвский театр абсурда открыл новый сезон трагикомичных постановок.
8 октября решением Генерального прокурора СССР «за тяжкие преступления против КПСС и государства» Якова Исааковича арестовали и заключили в Бутырскую тюрьму.
Доказательств его причастности к «заговору Берии» следствие не нашло. Тогда было реанимировано фальшивое дело 1938 года, а решение Президиума ВС СССР от 9 августа 1941года отменено. Допросы Серебрянского, хотя и без рукоприкладства, возобновились.
30 марта 1956 года, после почти (!) трех лет моральных истязаний в Бутырской тюрьме, без вины виноватый Яков Исаакович Серебрянский на очередном допросе у следователя Военной прокуратуры СССР генерал-майора Цареградского скончался от сердечного приступа.
…В 1971 году по указанию Ю.В. Андропова проведено дополнительное расследование дела Серебрянского.
Военной коллегией Верховного суда СССР приговор от 7 июля 1941 года отменен за отсутствием состава преступления, а еще через неделю прекращено дело 1953 года.
Четверть века спустя, 22 апреля 1996 года, Указом президента РФ Серебрянский посмертно реабилитирован и восстановлен в правах на изъятые при аресте награды.
Глава вторая
Вербовка «дуплетом»
Послушница девичьего монастыря в пятнадцать лет сбежала в балаган, в шестнадцать — в кафешантан, пела купцам в трактирах, а Государю — в Царском Селе.
До Первой мировой войны газеты трех империй — России, Германии, Австро-Венгрии — взахлёб писали о ней, называя «розой в молоке». В 1920–1930‐е годы ей рукоплескали в Западной и Восточной Европе, в Соединенных Штатах.