Игорь Андреев – Исповедь кочегара (страница 33)

— Только не говори, что не было такого или ты ничего не помнишь!

Твой дословный ответ был: «Валяй! Мне всё равно». Я его навсегда запомню, потому что для меня он был как удар розгами по глазам. А после того, как ты закрыла перед моим лицом дверь, я вихрем бросился бежать, сбивая по дороге прохожих, чтобы сделать только одно. Когда я добрался домой, то вспомнил, что дома меня ждёт мать и мысль о суициде существенно ослабла, но когда я увидел её остывающее тело, то воспринял это как окончательный толчок к задуманному.

Кай задумался и усмехнулся. По его лицу побежали слёзы.

— Какой же я был дурак! Вместо того, чтобы вернуться к тебе и сразу восстановить баланс путем умерщвления твоего жалкого организма, я принял самое опрометчивое решение в своей прошлой жизни. — Кай снимает шарф и задирает подбородок, чтобы фиолетовая полоска на шее была хорошо видна. — Я решаю удавиться.

Ольга была очень напугана таким развитием событий, она закрыла лицо руками и принялась реветь. Лицо Кая осталось непроницаемым, лишь новая порция слез покатилась по щекам.

— Ты знаешь, — Кай заговорил раньше, чем Ольга успокоилась, — наверное, всё это к лучшему. Если бы я в тот же день принял путь возмездия, то меня поймали бы и посадили. А так, все ниточки твоей смерти будут вести к моему лучшему другу, он же твоя личная шестерка.

— Что ты сказал? Моей смерти? — в глазах девушки вспыхнул страх.

— А у тебя что, после совокупления с этим неудачником появились проблемы со слухом? Или ты думала, что я ничего не узнаю?

Только не вздумай убегать или голосить, потому что мой новый друг перережет тебе горло, и этим самым ты сломаешь весь мой план, который я так скрупулёзно для тебя готовил.

Девушка не успела озвучить вопрос: «Какой ещё друг?», как возле её горла оказался нож.

— А теперь советую тебе не делать никаких резких движений, которые будут расценены как оказание сопротивления человеку с ножом. Уверяю тебя, у него уверенности больше, чем у меня, так что он может выполнить казнь, даже не дожидаясь окончательного приговора.

— Кай, что происходит? — девушка рыдала, но не решалась шевелиться. — Мне страшно.

— Есть одна хорошая мудрость: такое блюдо, как месть, следует подавать холодным. Вот и я решил, что моя месть уже достаточно остыла. Остыла и превратилась в холодный расчет. Пока ты гуляла и развлекалась, я строил свой план мести. Изначально я планировал сделать всё сам, но в итоге понял, что без помощника мне не обойтись. Да, я говорю про своего нового товарища. Кстати, во время нашего первого знакомства я был на твоём месте, в прямом смысле этого слова. Не буду вдаваться в подробности и не буду вас знакомить, потому что это бессмысленно.

Лучше перейду к главному. — Кай достал из кармана шнурок. — Поговорим о моей попытке суицида. Тебе будет интересно знать, что я хотел повеситься на своём собственном шнурке из своего собственного кроссовка. К счастью, он не выдержал моего веса и порвался, но на память об этом событии мне досталась клиническая смерть, которую я чудом пережил.

В моей руке второй шнурок из той же самой пары кроссовок, — Кай показательно продемонстрировал его перед бледным лицом Ольги, — он и послужит орудием моего возмездия. Я хочу, чтобы ты почувствовала то, что чувствовал тогда я.

— Ты не сделаешь этого, Сашка не станет прикрывать тебя собой. — Внезапная волна смелости нахлынула на Ольгу. — Ты сядешь, чертов ублюдок!

Нож впился в горло Ольги, и она почувствовала, как холодная

сталь обжигает её кожу.

Кай немного подумал, улыбнулся и дружелюбно заговорил, не обращая внимания на оскорбление из уст девушки.

— Друг мой, не горячись, ослабь хватку. — После чего Кай подошел ближе и стал смотреть вплотную на Ольгу. — Давай поспорим на твою жизнь, что Сашка не придет к тебе на помощь.

Повисло неловкое для Ольги молчание.

— Даю тебе возможность на один телефонный звонок.

Ольга не решалась пошевелиться. Тогда Кай сам залез к девушке в карман и достал её телефон.

— Смелее, — Кай вложил телефон девушке в руку и отошёл на пару шагов. — Решайся. Второго шанса не будет.

Ольга несколько секунд помедлила, после чего судорожно начала набирать номер Сашки. Ожидание зуммера показалось для девушки вечностью. Но когда пошли гудки, в кармане Кая заиграла старая, всем известная песня «Шалава». Кай с улыбкой достал телефон из кармана.

— М-да, — сказал Кай, — судя по мелодии, ты не была у Сашки в авторитете. Ой, совсем забыл сказать. Сашка ничего об этом всём не знает, и мы с ним не мирились. Я по-прежнему его ненавижу, потому что он тоже частично виноват в смерти моей матери.

А мой план охватывает сразу двоих виновных. Ты заплатишь жизнью, а он — свободой.

Кай сбросил вызов, а человек с ножом вырвал телефон из рук девушки.

— А ведь я крепко рисковал, когда позволил тебе воспользоваться телефоном, — Кай снова улыбнулся. — Ведь если бы ты позвонила не Сашке, а кому-нибудь другому, то весь бы план мог рухнуть.

Я очень надеялся на твою глупость, и ты меня не подвела, спасибо тебе за это.

Кай подошёл ближе и начал рассматривать ветви старой груши.

А Ольга в это время с ужасом рассматривала шею Кая.

— Ну а теперь, собственно, приступим к самой экзекуции. Обвинение ты уже услышала, самое время приступить к наказанию.

Кай сделал мини-петельку с одного края шнурка и продел в неё второй край. Большую петлю он медленно начал надевать на голову девушки.

— Нет-нет-нет, — шептала Ольга, — пожалуйста, не делай этого…

— Ш-ш-ш, не сопротивляйся, не унижайся, будь такой же сильной, как и прежде.

Кай очень боялся этого момента, боялся, что не сможет, или что слёзы и мольбы девушки могут всё испортить и он сдастся. Но ничего этого не происходило. Он надевал петлю на шею живого человека и не чувствовал ни капли сострадания. Возможно, это из-за того, что этот человек виновен в смерти другого человека и тем самым цели-

ком и полностью заслуживает наказания.

Петля была плотно затянута на шее Ольги. Девушка продолжала тихо всхлипывать и шептать о пощаде, но Кай был глух, он был полностью сосредоточен на процессе. Когда шнурок был переброшен через сук над головой Ольги, Кай завязал двойной узел. Девушка с петлей на шее стояла и не понимала, что происходит. Шнурок был туго на-

тянут между шеей девушки и суком старой груши, но дышать было возможно.

Кай подал знак рукой и нож у горла девушки исчез. Исчез также и тот, кто стоял за её спиной. У Ольги появилась надежда, что Кай всё же решил её помиловать.

— Прощай, Ольга, — устало выдохнул Кай, — очень надеюсь, что ты попадешь в ад.

Ольга ничего не успела ответить, потому что её колено взорвалось нестерпимой болью. Тот, кто стоял позади Ольги, нанес сокрушительный удар по коленному суставу. Девушка вскрикнула, её ноги подкосились, и она тут же захрипела, потому что на её шее затянулась петля. Прижимая ладонь к колену в надежде унять боль, Ольга почувствовала, что между пальцев сочится горячая кровь. Воздуха не хватало, и она решает немного приподняться на здоровой ноге, чтобы сделать вдох. Но это была плохая идея. Как только Ольга привстала, чтобы вдохнуть воздух, второе колено постигла та же участь. Девушка рухнула бы оземь, но шнурок выдержал вес её тела. Ветвь, к которой была привязана приговорённая к смерти, качнулась, и девушка повисла с маской нестерпимой боли на лице. Кай смотрел на всё это как на что-то естественное, внутри никакой жалости не было. Он почему-то был уверен, что если бы ему вложили в руку орудие для телесных увечий и сказали бить, то он бы, не задумываясь, ударил снова.

Лицо девушки постепенно краснело, она продолжала хрипеть. Её окровавленные руки пытались нащупать тонкую полоску удушающего её шнурка, но всё тщетно, он уверенно впился в кожу и не давался в руки. Раздробленные колени не позволяли подняться на ноги, чтобы вдохнуть такой необходимый в данный момент воздух. Ещё несколько конвульсий и тело Ольги окончательно обмякло. Всё было кончено.

Кай застыл в раздумии, что делать дальше. Из-за спины умершей выплыла тень с битой и направилась к заказчику.

— Самое время сваливать отсюда, — сказал наркоман, — забери бутылку с вином, а я положу её телефон на место. Надевай свои перчатки и хорошенько всё протри.

— Милая у тебя бита, — Кай сам удивлялся своему спокойствию, — когда ты её успел модернизировать? Только не говори, что ты это сделал, пока ждал своего часа лежа в багажнике.

Кай улыбнулся. В данный момент его настроение было на удивление задорным, хотелось улыбаться и отпускать глупые шуточки.

Состояние истерики было совсем близко, поэтому Кай решил отшучиваться, чтобы хоть немного взять себя в руки.

— Нет, этот инструмент я изъял у местного школьника, шедшего домой с какой-то костюмированной вечеринки. Сначала я подумал, что это бутафория, жалкий аксессуар к дополнению костюма, но нет.

Бита оказалась настоящей. Тот, кто её делал, явно потихоньку готовился к зомби апокалипсису. А теперь поторопись, сейчас не время для разговоров.

Наркоман демонстративно взмахнул битой ещё раз. Обдолбаный помощник, давно лишенный нормального сна, стал очень серьёзным и проворно выполнял все необходимые действия. А Кай продолжил любоваться инженерным шедевром. В верхней части биты зияло сквозное отверстие и большим болтом привинчено два полотна для ручной электропилы. То, что вышло, выглядело по-современному