Игорь Ан – Фантом. Инженер системы 1 (страница 9)

Размышления дались мне неожиданно тяжело. Словно я не извилинами ворочал, а мешки с мукой таскал. Усталость долгого спуска и нервного напряжения навалились бетонной плитой на плечи. А еще я ведь смену на станции отработал. Я попытался вспомнить, когда спал в последний раз, и неожиданно для себя не смог. Словно это было в другой жизни. Впрочем, так оно и было.

Я решил, что прежде, чем идти обследовать станцию, стоит немного отдохнуть. Потеря концентрации внимании опасна. Новый «Шарик» меня раскатает по полу и выжрет внутренности, чего допустить я никак не мог.

Осмотревшись, я понял, что так и стою в коридоре, удалившись от места недавней схватки всего на несколько метров. Я присмотрелся, стараясь различить мертвую тушу пса. Холодок пробежал по спине, когда мне на миг показалось, что коридор пуст.

Сжав в кулаке верный лом, я сделал несколько шагов в обратном направлении и заметил, что труп на месте, просто от усталости начало сбоить зрение.

Это плохо. Нужно было срочно присесть, а заодно и подумать. Переть вперед сломя голову — не вариант. Я не палотанк или какой другой боевой персонаж с мечом наперевес, способный соло пройти тяжелый уровень. Я — инженер. Моя сила в голове.

Я перешагнул труп Шарика, решив, что оставлю его тут. Если кто попрется по коридору, есть шанс, что нежданный гость запнется об тушку. И ему проблема, и мне сигнал.

Сам же я снова вернулся в кабину «трамвая», сел прямо на пол, отдышался. Полчаса погоды не сделают. Зато немного отдохну, приведу мысли в порядок, восстановлю силы.

Убедившись, что вокруг царит тишина и никто не подкрадывается, я вытащил странный серый прямоугольник размером с визитную карточку, полученный от Системы. Для начала стоило разобраться с тем, что имею.

Лом и разводной ключ были простыми и максимально функциональными, как и положено инструментам. Разве что, материал был необычный: матовый серебристый металл.

В играх герои часто начинают свой путь с палки или ржавого меча — спасибо хоть, в жизни Система работает немного иначе.

Диссонируя с другими предметами, выданными в награду, чертёж выглядел как высокотехнологичный продукт из фантастических фильмов, явно сильно опережающий время. Тонкие голографические буквы, выглядящие, как мешанина из незнакомых символов, при детальном рассмотрении словно структурировались, отпечатываясь в голове.

Моя особенность, как инженера?

Система даже в первый раз расщедрилась на описание, которое накрепко засело в памяти и всплывало, как только я подумал о нём.

[Кадавр

Машина для спуска по тросу космического лифта, собранная из мусора и работающая на честном слове]

Да, это больше походило на шутку. Я получил класс за создание этого механизма, и Система увековечила разработанный на коленке кадавр. Я его и называл-то так исключительно с иронией, понимая, на какой риск иду.

Зато, полученный навык казался весьма интересным:

[Душа машины

Уровень: 1

Описание:

Когда вы контактируете с собранной вами конструкцией, её прочность значительно повышается]

Навык идеально сочетался с одной штукой, словно специально созданной для этого.

Интернациональный состав космического лифта и наземной станции породил уникальное сообщество, в котором личный состав занимался не только работой и обслуживанием, но и созданием новых образцов техники. Иногда, просто с целью развлечь себя или товарищей. Изобретение японской команды — подходило для моих целей как нельзя лучше.

Костюм-экзоскелет «Скелетоник» на механическом принципе работы, без малейшей примеси электроники — с одной стороны игрушка, в доработке которого принимали участие практически все мало-мальски грамотные инженеры, а с другой — подспорье при тяжелых работах в сложных условиях, в том числе потенциально и на других планетах, что соответственно ставило определенные требования к его надежности.

Выглядел он довольно необычно. Нечто, вроде робота высотой почти под три метра, только своеобразного, внутрь которого можно было залезть, пристегнувшись ремнями.

Его каркас состоял из полых трёхслойных трубок из углерод-титанового композита. Каждая секция состояла из трёх слоёв: внешний — углепластиковая оболочка для защиты от абразивного износа, средний — титановая сетка с ячейками в два миллиметра, поглощающая ударные волны, и внутренний — алюминиевая сердцевина с микропорами, заполненными силиконовым демпфером. Такая структура позволяла снизить вес до сорока килограмм при сохранении запредельной прочности. Стыки между сегментами соединялись трёхосевыми сферическими шарнирами из чрезвычайно твердого сплава, устойчивого к заклиниванию даже при деформациях самого экзоскелета.

Вдобавок, у него был очень простой принцип работы, так, что костюм можно обслуживать в условиях апокалипсиса и чинить с помощью молотка и чёртовой матери: кинетическая энергия создавалась с использованием принципа трёхмерной замкнутой структуры звеньев, обеспечивающих высокую степень свободы движений. Каждый узел представлял собой тетраэдр из трёх рычагов, соединённых через шарниры. При сгибании руки оператора высокопрочные тросы из сверхвысокомолекулярного полиэтилена, идущие вдоль «костей», натягивались, передавая усилие через систему блоков с передаточным отношением один к десяти. Обратную связь обеспечивали пружинные противовесы из закалённой стали, встроенные в рёбра каркаса, они же возвращали звенья в нейтральное положение, предотвращая перегрузку суставов.

Ну а в качестве сюрприза для мутантов можно было использовать систему запасания энергии в грудном отсеке. За усиленной бронепластиной располагался небольшой маховик диаметром в тридцать сантиметров. Его обод из монокристаллического вольфрама вращался на магнитных подвесах в вакуумной камере, сводя трение к нулю. Энергия накапливалась через шестерёнчатый привод, связанный с тазобедренным шарниром: каждый шаг оператора раскручивал маховик до пятнадцати тысяч оборотов в минуту. Запасённые тридцать пять килоджоулей можно было мгновенно сбросить через храповой механизм, усиливая удар кулака экзоскелета до силы гидравлического пресса. Его, конечно, использовали не для драк, а для моментов, в которых нужна была резкая взрывная сила. Убрать обломок скалы с дороги, сдвинуть контейнер. Но голь на выдумку хитра — можно использовать и для ударов.

Правда, для каждого удара на максимальной мощности придется проходить полтысячи шагов, но никто не запрещает при необходимости ударить, пусть и слабее. Всё равно выйдет чрезвычайно эффективно. Особенно, если в руке будет системный лом. Мы уже пробовали с обычным, и у нас получалось перфорировать бетонные стены — выбранные как стенд для тестов. Что произойдет с живым организмом, если в него на скорости вонзится увесистый металлический штырь — довольно легко представить.

Ну и на закуску, система балансировки из механического стабилизатора в виде конического маятника, подвешенного за спиной и «Умная» кольчуга — как её прозвали несколько человек, увлекающихся историческим реконструированием. Она оказалась гениальной в своей простоте. Созданная из микропластин, соединенных по принципу средневековых доспехов, при резком воздействии меняла геометрию. Удар заставлял пластины сдвигаться, блокируясь клиновидными выступами. При необходимости жёсткость регулировалась вручную — тросовый привод стягивал кольчугу, превращая её в монолитную скорлупу.

Ноль электроники: сплошные рычаги, физика материалов и механика. С душой машины экзоскелет мгновенно превратит меня из добычи в охотника. Я даже довольно заулыбался, представив на что буду способен с такой техникой. В голове нарисовалась картинка блестящего экзоскелета, вращающегося вокруг своей оси. Дали о себе знать часы, в детстве проведенные в играх.

Только вот загвоздка, до него, расположенного на складе, надо было ещё как-то добраться. Станция имеет просто титанические размеры, она — небольшой закрытый город в городе. Многоярусный, местами запутанный. Двенадцать этажей, километры коридоров, лаборатории, мастерские, жилые зоны. И даже огромный пафосный музей, открытый для туристов.

Обходить станцию снаружи — слишком опасно, на открытом месте я буду виден всем желающим. Монстры мгновенно срисуют меня, так что риск слишком велик.

Пробираться сквозь тёмные коридоры станции тоже опасно, но врагов должно быть меньше, а отбиваться в коридоре удобнее, чем на открытой площадке. Хотя бы не смогут напасть скопом. Так что первое решение, теперь обоснованное, оказалось верным. Пойду через станцию.

А ещё, по-хорошему, надо бы отдохнуть. И не так, как сейчас, сидя лицом к коридору, где валяется труп собаки, и в любой момент могут напасть монстры, а по нормальному. Слишком много сил было потрачено на спуск вниз. Слишком мало времени на восстановление после длительного пребывания в невесомости. Да и без сна я находился уже почти сутки, держась только на адреналине. Если не выспаться — снизится концентрация, и я стану лёгкой добычей. Я не говорю о кровати и душе с горячей водой. Но хотя бы найти более-менее безопасное место стоило. «Трамвай» неплох, но кто-то мог увидеть его прибытие на станцию и сейчас уже, наверняка, пробирается сюда. Так что надолго задерживаться тут не стоило.

Приняв решение искать безопасное место, я поднялся, собрал всё, что выбрал до этого из «посылки». Не так много, но в руках не унесешь. Я поискал и нашел сумку-шопер. Откуда она взялась в лифте я не представлял. С полотняного бока сумки на меня таращился неизвестный науке зверь, не то фэнтезийный, не то мультяшный — черно-белая мордочка, чем-то похожая на куницу, довольно оскалившаяся, демонстрирующая клыки и улыбку одновременно, с высунутым языком и смеющимися глазками. Снизу шла надпись: «мне на всё на…» Что ж, вполне подходящий атрибут.