Игорь Алмазов – Мечников. Том 5. Избранник бога (страница 35)

Если, конечно, кто-то из лекарей не будет трястись недели над слабым ребёнком.

— Давайте, Игорь, — сказал я. — Сделайте то, что задумали. Это — ваш выпускной экзамен.

Я понимал, что Игорь хочет сделать. Стеной он назвал иммунитет к пиромантии, который имелся у него самого. И уровень владения магией Игоря позволял ему поделиться частичкой своих сил с неодарённым ребёнком хотя бы на время. Этого должно хватить до родов.

— А вы уверены… — прошептала Наталья.

— Не беспокойтесь, — ответил я. — Он — очень способный маг. И даже если бы он не был таковым, я бы смог восстановить любые повреждения. Но их не будет.

Я в Лебедева верю. Он давно к этому шёл. С тех пор, как я его узнал, он хотел помочь кому-то, лишь бы поскорее избавиться от своего прошлого. Стать не убийцей, а лекарем.

И я ему эту возможность дал.

Игорь положил руку на живот Натальи Сазоновой. Я вновь почувствовал вспышку пиромантии. Не прошло и минуты, а процесс уже был завершён. Игорь улыбнулся.

— Получилось, — сказал он. — Теперь каким бы сильным ни оказался этот маленький сук… — он осёкся. — Я лишь хочу сказать, что до брата он не доберётся.

— До брата? — удивилась Наталья. — Так это — мальчики?

— Да, несомненно, — ответил Игорь. — Такая огненная магия бывает только у мужчин. Она немного отличается от женской.

Хоть как УЗИ его используй! Жаль, что он только у пиромантов пол умеет определять. Иначе бы мы разбогатели.

Наталья Сазонова нас очень долго благодарила за помощь. Ведь эффект от лечения девушке удалось почувствовать уже под самый конец приёма.

Лихорадка спала. Успокоился, малец. Перестал пытаться навредить своему брату.

Сумму она нам заплатила немаленькую. Вернее, попыталась заплатить. Я отказался принимать от Сазоновой больше, чем за стандартный приём, однако вскоре оказалось, что она прошла к Ивану Сергеевичу Кораблёву и вывалила ему на стол ещё тройную норму оплаты.

Но не в оплате дело. Главное, что мы смогли сохранить целых три жизни.

Правда, уже в середине приёма в мой кабинет вошёл сам главный лекарь.

— Господин Мечников, заканчивайте приём. Появилась работа посерьёзнее, — заявил Кораблёв.

— Что? — удивился я. — Так у меня же целая очередь стоит! Там ещё человек десять — не меньше.

— Их примут ваши коллеги. У нас есть вызов в село Сапожок. Только что заехали родственники пациента, — сказал он. — Заплатили заранее. Очень ждут, что сегодня их посетит лекарь. У меня есть подозрение, что… — Кораблёв замолчал, взглянул на молодого крестьянина с ОРВИ, который сидел передо мной, а затем терпеливо добавил:

— Может, оставите нас с коллегами наедине? Хотя бы минут на пять? Вас скоро примут.

— Ой, простите, — закивал парень, который всё это время с большим интересом слушал наш разговор. — Не подумал.

Как только дверь за ним закрылась, главный лекарь продолжил:

— Боюсь, это может быть некротика, Алексей Александрович.

М-да… А ведь День Грифона только наступил. Неужели предсказания Гигеи оказались настолько точны?

— Почему вы решили, что дело в некротике? Как родственники описали заболевание? — решил уточнить я.

— Они очень суетились, толком ничего объяснить не смогли. Только кинули мне деньги и сказали, что у их дочери выросла… Новая конечность.

О-о-о… Ну тут точно гадать не стоит. Это наверняка некротика. Бывает такое, что люди рождаются с мутациями, но чтобы конечности вырастали уже после — об этом слышу впервые.

Ну, Сухоруков, ублюдок… Царство ему некромантское, чёрт бы там его подрал! Всё-таки не солгал. Посадил в Хопёрском районе семена некротики. Видимо, у него были на них планы. Но теперь вся эта гадость осталась без хозяина и начала развиваться так, как ей вздумается.

— Я готов выезжать, — вскочив со стула, произнёс я. — Только возьму с собой Игоря. Он — моя правая рука. Если некротика окажется сильнее, чем мы думаем… А она может такой оказаться, учитывая, что случилось в селе Владыкино! Тогда мне точно понадобится помощник.

— Это уже на ваше усмотрение. Извозчик скоро будет готов. Я буду ждать вас допоздна, — сказал Кораблёв. — Во сколько бы вы не вернулись, буду в своём кабинете. Сами понимаете, вопрос некротики очень важен. Если её окажется много, нам придётся вызывать подмогу.

А её окажется куда больше, чем он думает. Не знаю, как в селе Сапожок, но в остальных лесах Хопёрска точно зреет зло. Моя интуиция звенит, когда я думаю об этом.

Через полчаса мы с Игорем покатили на север района. Там, прямо под холмом — ближе к дороге, которая ведёт на Пензу, располагается Сапожок. Мне в нём ещё бывать не приходилось. Но если учесть, что бедные сельские жители вывалили целое состояние перед главным лекарем…

Значит, работа нам предстоит непростая.

— Мне готовиться к атаке? — уточнил Игорь.

— Нет. Держись за мной. Огонь не пробуждай без моей команды. Я попробую разобраться своими силами. Если вдруг почувствую, что нам что-то угрожает — ты об этом узнаешь первым, — объяснил я.

Мы проехали по узкой улочке к зданию, где обитала местная знахарка. Именно там мы договорились встретиться с пациенткой, которая по предположениям Кораблёва заразилась некротикой.

Повозка ехала с большим трудом. Утопала в грязи, смешавшейся со снегом. Чувствую, в этом мире День Грифона станет моим самым нелюбимым праздником. Во-первых, он навсегда станет ассоциироваться с некротикой, а во-вторых, ранняя весна мне никогда не нравилась.

Мокрый снег, грязь, слякоть. Фу! То ли дело — конец апреля и начало мая, когда вся жизнь начинает просыпаться! Видимо, глубоко внутри я всегда был лекарем. Ведь в этом мире любые проявления жизни ассоциируются с нашей магией.

— Здравствуйте, господа лекари! — протараторила худощавая пожилая знахарка, выскочившая из своего дома, который здесь служил чем-то вроде фельдшерско-акушерского пункта. — Может, сначала самогоночки?

— Какой самогоночки? — усмехнулся я. — К больной пойдёмте. У нас времени мало.

— Так с больной всё… Сложнее, чем нам казалось, — произнесла старушка.

— В каком это смысле? — не понял я.

— Да я вам потому и говорю, может, сначала самогоночки бахнем, а уже потом к ней пойдём? Просто… Она там в комнате перестала помещаться, — заявила знахарка.

— Она настолько полная? — поинтересовался я.

— Нет, стройненькая! Первая красавица в селе у нас! Была… А теперь у неё такое выросло! Она, чувствую, мне скоро весь…

Не успела знахарка договорить, и крыша у её дома обвалилась.

— … весь дом разнесёт, — шёпотом договорила она.

Глава 18

А вот это уже совсем нехорошо. Знахарка чуть на мокрый снег не упала. Благо за спиной оказался Игорь, который смог её поймать. Дом и вправду наполовину рухнул… Я лишь успел заметить, как над его крышей промелькнуло что-то покрытое кожей. Нечто телесного цвета.

Но самое главное — перед этим я услышал женский крик. Похоже, обладательница этой новой «конечности» сильно страдала. Либо испытывала мощный болевой синдром, либо попросту испугалась того, что случилось с её телом.

А быть может — и то, и другое сразу.

Знакомиться было уже поздно, но я понял, что не знаю, как обращаться к знахарке.

— Как вас зовут? — быстро произнёс я.

— Авдотья… — не отрывая взгляда от разрушающегося дома, сказала она.

— Авдотья, подождите немного, проблему мы решим. И пациентку вылечим, и насчёт вашего дома подумаем, когда со всем разберёмся. Лучше подождите здесь, мы сами разберёмся, — я перевёл взгляд на Игоря. — Пойдём. Вот теперь — наш выход.

— А может, всё-таки сначала самогоночки? — продолжая смотреть на трещащий по швам дом, произнесла знахарка.

— Да что вы заладили со своей самогонкой! — воскликнул я. — Сначала — дело. Потом всё остальное.

Хотя вряд ли у нас будет время и желание для всего остального. Тут, скорее всего, работы — непочатый край.

— Ох и не нравится мне всё это, — нахмурился Игорь. — Я всё больше и больше сомневаюсь в том, что нам предстоит иметь дело именно с пациенткой. Мне Синицын уже все уши прожужжал о том, как вы с ним прошлой осенью с некротикой в селе Владыкино боролись. Кажется, с лешим каким-то?

— Думаешь, что здесь нас ждёт нечто подобное? — решил узнать его мнение я.

— Я делаю выводы из того, что только что собственными глазами видел. Там ведь конечность какого-то существа крышу сломала! — воскликнул он. — Поэтому буду держать свою магию наготове.

— Нет-нет, подожди! — я схватил Игоря за плечо. — Послушай меня. Возможно, это не первый раз, когда мы с тобой выезжаем на случай с некротикой. А точнее — я уверен в этом. Думаю, в ближайшие несколько месяцев мы ещё вдоволь наедимся проблем от этой скверной магии. И твоя помощь обязательно пригодится в этом деле. Но! Учти, что далеко не всегда имеет смысл пользоваться твоей разрушительной магией.

— Почему? Я ведь научился более-менее сдерживать своё пламя! — не согласился Игорь.

— Тебе нужно понять кое-что. Если перед нами громадное могущественное существо, которое может снести с лица земли целое село или даже половину Хопёрска — в таком случае твоя сила имеет место быть. Если же есть хотя бы минимальный риск того, что пациент сохранил разум и его можно излечить от некротики — ты не можешь использовать свою магию. Пламя опасно в любом виде. Будь то обычная искра или целая огненная буря. Понимаешь, о чём я?