Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 5 (страница 13)

— Хорошо вчера посидели, — улыбнулась она. — И полежали тоже хорошо.

— С этим не поспоришь, — усмехнулся я. — Слушай, а ты любишь животных?

— Решил узнать обо мне что-то личное? — она очень часто просто жить не могла без своих шуток. — Очень люблю. Только заводить побоялась, сам знаешь, с нашей работой дома мы бываем редко. Хотя периодически думаю о кошечке например, миленькой…

Миленькую кошечку не обещаю, но мой сюрприз ей тогда должен понравится.

— Сегодня в девять вечера жди у себя, — распорядился я.

— Хорошо, — подмигнула девушка.

После этого мы разошлись по пациентам.

Феликс Александрович посадил Шуклина за скучную бумажную работу, заполнять журналы, готовить заготовки протоколов, писать направления.

Медсестёр здесь не было, работали только патологоанатом и лаборант. Но сейчас лаборант был в отпуске, и всю эту работу делать было некому.

— Павел, вы точно не хотите посмотреть вскрытие? — в который раз обратился к нему патологоанатом.

— Точно, я же уже сказал, — поёжился тот. — Обойдусь.

— Тогда меня не трогайте, — и Феликс удалился в одну из комнат.

Ненормальный какой-то. Шуклин вздохнул, и вернулся к журналам. В такой жуткой обстановке даже спать не хотелось.

Придётся работать.

— Ну здравствуй, Павел, — вдруг раздался смутно знакомый голос.

В условиях морга это вообще-то очень страшно!

— Кто здесь⁈ — подскочил Шуклин.

— Совесть твоя. И привидение. Выбирай сам, — небрежно ответил голос.

— А, — Шуклин немного успокоился, это явление было всяко лучше местных трупов. — И что тебе надо?

В каком-то смысле Павел даже обрадовался. Лучше поговорить с этим голосом, тогда будет менее одиноко и жутко.

— А ты собираешься вообще расплачиваться с тем, сколько неприятностей ты принёс Боткину? — укоризненно спросил голос. — За это нужно ответить!

— Как именно? — растерянно спросил Павел.

— Не знаю, — отрезал голос. — Это тебе виднее. Но ты вообще думал, что делать после интернатуры? Или попытаешься за эту неделю снова Боткина подставить?

Ну нет, с этим Павел уже точно завязал. Хватит с него попыток подставить Боткина. Всё равно ни одна из них не сработала.

— Не знаю что, не придумал, — буркнул Павел. — А что?

— Думаю, ты хочешь в армию, — заявил голос. — Станешь военным врачом, будешь служить на горячих точках. Российская Империя сейчас ведёт пару войн. И тебе надо туда.

В горячую точку? В армию? Прозвучало вообще не как-то, чего хотел Шуклин.

— Я так не хочу, — буркнул он.

— А придётся, чтобы искупить своё поведение, — отрезал голос. — Искупить свои грехи. Или тебе напомнить, сколько ты всего сделал Боткину?

— Нет, не надо, — Павел закрыл уши руками. — Хорошо, пойду я. Только дай закончить интернатуру.

Даже быть военным врачом лучше, чем сидеть в этом морге.

И голос прав. Боткину он действительно успел насолить много раз. В то время как сам Константин ему наоборот, всячески помогал.

Это не исправишь простым извинением.

Да и военным вроде бы платят хорошие деньги… А кто-то говорил, что и квартиры дают. Хмм…

Рабочий день прошёл своим чередом. После работы я забежал домой, за Рыжиком.

Рассудил, что Настя станет отличной хозяйкой для ещё одного фамильяра. Во-первых, потому что я и её смогу научить правильному взаимодействию с котом. Во-вторых, потому что магия у неё довольно сильная. Имеются несколько лекарских аспектов, к тому же особый дар — видеть чужую магию. И в третьих я просто хотел сделать ей приятно.

Клочок вообще был вне себя от радости, что кот переезжает.

— Миски его не забудь, — суетился он по квартире. — Фу, он в лоток сходил!

— А куда мне ещё ходить было, я же кот, — возмутился Рыжик.

— Я вот в раковину хожу, — важно задрал морду Клочок. — Очень удобно.

Некоторые подробности я предпочёл бы никогда не знать.

— Когда ты станешь котом, то тоже будешь ходить в лоток, — усмехнулся я.

— Фу, — крыс высунул язык. — Это же негигиенично!

— Ты крыса, ты целиком не гигиеничен, — парировал Рыжик.

Пока они затеяли очередные разборки, я задумался, что именно придётся рассказать Насте. Думаю, раскрою ей про существование Клочка. И объясню, как именно мы с ним взаимодействуем.

— Хозяин, давай его вообще на улицу вышвырнем, — отвлёк меня от размышлений крыс. — Может он вообще бешенный?

— Бешенства нет, я проверял на подобные болезни своей магией, — отрезал я. — Клочок, ты едешь с нами. Собирайся.

— А что ему собирать, ходит в чём мать-крыса родила, — поспешил заметить Рыжик. — Всё на виду!

— Замолчи мистер пушистые штаны, — огрызнулся крыс.

Общий язык они так и не нашли. Но думаю подружатся, когда Рыжик закрепится за Настей.

— Знаешь что, крыса, — заявил тем временем кот. — Когда я уйду отсюда, ты будешь по мне скучать.

— Ага, как же, — фыркнул Клочок. — Да я буду праздновать твой отъезд неделю!

— Ты завидуешь просто, — кот вальяжно потянулся. — Что я красивее, пушистее, и вообще благороднее. А ты просто помойная крыса.

— Что ты сказал⁈ — снова кинулся на него Клочок.

С горем пополам все были собраны. Рыжик отправился в переноску, и с весёлой компанией я отправился к Насте. Заранее попросил кота не начинать говорить с первых же секунд, чтобы хоть как-то подготовить девушку.

Мы добрались до Настиной квартиры, и я позвонил в дверь. А как только девушка открыла — вручил ей переноску.

— Это мне? — ахнула она.

— Да, подарок, — я прошёл в квартиру. — Но кроме этого мне нужно кое-что объяснить.

Настя открыла переноску, и кот поспешил выбраться. Забрался на диван в одной из комнат и важно улёгся. Хоть не заговорил, помнит наш уговор.

— Как странно, — заметила девушка. — Обычно коты прячутся на новом месте. А этот ведёт себя так, словно уже чувствует хозяином. Но мне нравится. А имя у него есть?

— Рыжик, — ответил я. — И он необычный кот. Ты что-то знаешь про фамильяров?

— Легенды из детских сказок, — усмехнулась Настя, разбирая приданое кота. Сколько раз за эти двое суток его вещи складывали в пакет, а затем расставляли по квартире. — Якобы магические звери, которые умеют говорить, и связываются на всю жизнь с хозяином-магом.

По крайней мере, объяснения не займут много времени. Повезло, что Настя ещё и начитанная.

— Всё так, только это не легенда, — ответил я. — Хоть в современном мире их и осталось очень и очень мало. И лучше скрывать их наличие, чтобы больше никто не узнал. Иначе заберут на опыты. Или еще что похуже.

Настя как раз положила коту в кормушку свежей ветчины, и налила молока. И он поспешил приступить к трапезе с таким видом, будто я его вообще не кормил эти сутки.