Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 4 (страница 9)

Такое откровение может быть связано и с тем, что я всё-таки влил немного магии психиатрическим аспектом. И мысли барона ненадолго прояснились. Но полностью вылечить его я всё равно не мог.

Эффект будет кратковременным. Его хватит на пару часов, максимум — на день.

— Я сейчас вызову вам специальную скорую, и отправлю в больницу, — заявил я. — Сделаю это незаметно для остальных участников бала. Но если вы всё-таки уверены, что вас отравил хозяин бала — подумайте, точно ли не хотите с этим разобраться.

— Я разберусь с ним по-другому, — ответил Михаил Игнатьевич. — Я отдам вам на хранение своё кольцо. Склады можно открыть только с помощью этого кольца. Рано или поздно он узнает об этом благодаря разведке. Но где моё кольцо — знать не будет. И допуска ему не видать.

Это решение было ещё более странным. По сути, Жуков отдавал ключ ко всем своим накопленным драгоценностям человеку, которого считал до этого главным врагом.

И если Филимонов об этом узнает, то проблемы могут быть уже у меня. Однако в таком случае я верну кольцо Жукову в больницу. Ещё один враг мне совсем не нужен.

— Вы уверены? — переспросил я.

— Знаете, всю жизнь гонялся за вами, — задумчиво ответил Жуков. — У меня нет семьи. Я оттолкнул от себя помощника, который был мне как сын. Как выяснилось, у меня нет и друзей. Так что мне просто некому доверить это кольцо. А вы единственный человек, который проявил доброту несмотря на все мои поступки.

Звучит с одной стороны логично, а с другой стороны — ужасно глупо. Из-за этого резко начать доверять своему врагу? Все-таки с мыслями Жукова отнюдь не все прояснилось, как мне показалось на первый взгляд.

Однако спорить я не стал — сейчас это бесполезно. Забрал кольцо и спрятал себе в карман.

Ещё раз проверил барона Жукова всеми аспектами. Затем оформил ему осмотр, используя найденную в кабинете ручку и бумагу. Вызвал специальную скорую, и, через другую дверь в комнате, окольными путями, вывел Жукова на улицу.

Мы даже отошли от особняка, чтобы точно никто не видел происходящего. Контакты специальной скорой у меня были, так как я работал врачом. Приехавшим фельдшеру и санитарам всё объяснил, что пациент неопасен, отправляется на лечение добровольно. Документы у него оказались с собой, а вещи не думаю, что вообще были.

И барона Жукова увезли, теперь уже в психиатрическую клинику. Интересно, увижу ли я его снова когда-нибудь?

Ну а я отправился назад на бал-маскарад. Как и подозревал, приглашение было неспроста.

— Стас, ну перестань, кто-нибудь может нас увидеть! — услышал я смутно знакомый голос, когда вошёл в фойе особняка Филимоновых.

Кто-то ворковал за колонной. Стоп, это же госпожа Филимонова!

— Никто не увидит, все веселятся на празднике, — а это, судя по голосу и торчащим перьям — тот самый мужчина-павлин.

— Всё равно надо соблюдать осторожность, — последняя фраза была произнесена Аллой Борисовной уж очень неуверенно.

А вскоре разговоры прекратились, и начались уже другие звуки. Маленький пунктик, по которому я тоже оказался прав — у госпожи Филимоновой интрижка с павлином.

«Только пойдём отсюда скорее, не хочу слушать это» — жалобно мысленно произнёс Клочок.

Полностью с ним согласен. Я вернулся на бал, и меня почти сразу же разыскал Никита.

— Дружище, что случилось? — взволнованно спросил он. — Я видел, как ты говорил с каким-то мужчиной, а потом он упал, а потом ты пропал!

Значит, стал свидетелем той сцены с Жуковым.

— Просто один знакомый перебрал с коктейлями, и ему стало плохо, — пожал я плечами. — Я оказывал ему первую помощь.

— Понял, — выдохнул Никита. — А я вот скучаю. Маргарита постоянно отскакивает здороваться с какими-то знакомыми. Она меня всем представляет, но в разговорах мне быстро становится скучно.

— Госпожа Фетисова — очень известная и уважаемая аристократка, так что привыкай, — усмехнулся я. — Подобное будет на всех вечерах. И лучше бы тебе не оставлять её одну.

— Но эти разговоры — это правда скучно, — поморщился он. — Я ничего не понимаю, просто стою рядом и киваю.

— Всё равно сопровождай её, ты же её кавалер, — укоризненно объяснил я. — По-другому никак!

— Ладно, — вздохнул Никита, и отправился на поиски госпожи Фетисовой.

«Всему-то его учить нужно» — заявил Клочок. — «Даже я знаю, как это правильно делается».

«Ты-то вообще крысиный ловелас» — мысленно усмехнулся я.

Алексей Боткин изо всех сил пытался завязать новые полезные знакомства, пристраиваясь ко всем группам аристократов. Но получалось плохо.

— Дорогой, — осторожно тронула его за локоть жена после очередной неудачной попытки. — Может быть, просто насладимся вечером?

— Если мы хотим, чтобы нас и дальше приглашали на подобные вечера, то надо немного поработать, — раздражённо ответил он. — Наше имя абсолютно никто не знает!

— Здесь собрались люди чуть более высших сословий, чем мы, — ласково ответила женщина. — И ничего. Мне нравится и наше положение.

— Разваливающийся особняк и сын, который отказывается помогать семье, — Алексей Боткин гневно схватил бокал с магическим коктейлем и осушил его. — Тоже мне, достижения.

Вообще-то он слышал несколько разговоров, где о его сыне говорили как о талантливом враче. Но когда он пытался вклинится в эти разговоры, и развернуть их в нужное ему русло — разговоры стихали.

И это раздражало ещё больше! Костя же может вовсю пользоваться своим положением! Оказывать радушный приём нужным людям, которые попадают к нему в клинику. Невзначай упоминать их род. Напрашиваться на приёмы.

Но нет, он отказывается! И когда он вообще успел стать таким самодостаточным? Раньше его сын был размазнёй, и легко вёлся на любые манипуляции.

— Может, всё-таки потанцуем? — снова осторожно спросила жена. — Как раньше…

— Ладно, один танец, — чуть смягчился Алексей. — А затем я подойду вон к тому аристократу. Может, удастся хотя бы с ним найти общий язык.

Заиграла медленная музыка, и гости принялись разбиваться на пары для танца. Я огляделся по сторонам в поисках свободных дам. Одна нашлась довольно быстро, в ярком разноцветном платье, и маске с причудливыми узорами. Она стояла рядом с мужчиной лет пятидесяти, на котором была маска ворона, из-под которой торчали усы. Вряд ли это кавалер. Скорее всего, отец.

На всякий случай я немного послушал их разговоры. Убедился, что это отец и дочь, и что девушку никто не пригласил.

После этого направился к ним.

— Можно ли пригласить на медленный танец вашу дочь? — чуть поклонившись, спросил я у усатого ворона. Выглядел он чудно.

— Можно, — величественно кивнул он. — Иди, Дарья.

Девушка вложила свою руку в мою, и мы вышли на площадку для танцев.

— Меня зовут Дарья, — улыбнулась она. — Я очень благодарна вам за приглашение. А то возникло ощущение, что отец спугнул всех кавалеров.

— Константин, — представился я в ответ. — Проблема в том, что большинство людей не знают, что это ваш отец.

Это же общество аристократов. Здесь вполне может быть такое, что заключён брак с разницей в возрасте лет в тридцать. Именно поэтому, думаю, девушку и не звали на танцы. От греха подальше.

Если бы с ними была ещё мать Дарьи — тогда картина была бы совсем другой.

— Надо же, я об этом даже не подумала, — рассмеялась девушка. — А вы правы, это всё объясняет. В таком случае, я отсеяла всех нерешительных и робких кавалеров, и мне достался самый смелый.

Она кокетливо посмотрела мне в глаза и улыбнулась очаровательной улыбкой. А Дарья за словом в карман не полезет.

— Чем вы занимаетесь? — поинтересовался я. — Помимо посещения балов?

— О, это моё основное занятие, — шутливо ответила она. — А если серьёзно — я геолог. Мне досталась магия земли, а именно — камней. И я занимаюсь их изучением, пишу научные работы.

Девушка — учёная, довольно необычная комбинация для высшего общества.

— Магия досталась от отца? — полюбопытствовал я.

— Нет, от матери, — Дарья на минуту погрустнела. — Она умерла. А отец владеет магией разума. Точнее, он обладает памятью, в несколько раз превосходящую обычную. Так что он руководит учёным советом Санкт-Петербурга.

Учёный совет Санкт-Петербурга — это была главная организация учёных. Они занимались своими исследованиями, давали добро на исследования в других областях, выделяли финансирование. В общем, любой научный проект должен был быть сначала одобрен этим советом.

Даже моя статья, которую я написал после телеконференции, прошла модерацию в учёном совете.

— А вы чем занимаетесь? — спросила девушка.

— Врач-терапевт в «Империи здоровья», — ответил я. — Точнее, пока что прохожу интернатуру.

— Ох, вы случайно не Константин Боткин? — вдруг спросила Дарья.

Имя своё я ей уже назвал, так что вывод вполне логичный. Если предположить, что она меня откуда-то знает.

— Да, Боткин, — кивнул я. — Откуда вы знаете?