Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 4 (страница 15)

— Снова наша клиника будет на базе нашего отделения показывать диагностику? — вздохнул Никита.

— В точку, — щёлкнул пальцами Михаил Анатольевич. — А это значит что…

— Сегодня будет калибровка оборудования, и плановые анализы назначать нельзя, — договорил за него Никита. — А экстренных направлять в другие отделения.

Не думал, что из-за конкурса возникнут такие сложности. Видимо калибровка оборудования — это сложный и долгий процесс.

— Всё верно, — снова щёлкнул пальцами Зубов. Сегодня он был необычайно бодрым. — А теперь все разлетелись по местам, а Валерий Павлович пусть задержится.

Выговора ему не избежать. И это вполне логично.

Мы оставили их в ординаторской, и разошлись работать. После планового обхода своих пациентов, я проходил мимо лаборатории. Не удержался, и заглянул внутрь.

Нечасто выдавалась возможность увидеть лабораторию вне работы. Обычно здесь кипела жизнь, работали центрифуги, биохимические анализаторы, сновали туда-сюда лаборанты.

Сегодня же здесь, наоборот, было очень тихо. Вся аппаратура выключена, только один биохимический анализатор светился.

Возле него копошился Матвей и незнакомый мне мужчина постарше, в синем рабочем комбинезоне. А рядом с ними стояла невысокая седовласая женщина, Анна Григорьевна Ломова, заведующая лабораторией.

— Подскажите пожалуйста, какие параметры вы сейчас проверяете? — вежливо спросила она, с журналом в руках наготове.

— Женщина, не мешайте мне, — огрызнулся на неё мужчина в комбинезоне. — А лучше — погуляйте где-нибудь сегодня. Эту работу поручили нам, а вы мешаете!

— Позвольте, — Анна Григорьевна даже раскраснелась от обиды. — Я выполняю свои прямые обязанности. Согласно инструкции, при калибровке оборудования…

— У нас свои инструкции, — прервал её он. — Заместитель главного врача приказал нам провести калибровку самостоятельно, без постороннего присутствия. Это связано с точностью процедуры.

— Но как я-то влияю на точность? — совсем растерялась Анна Григорьевна.

Смотреть на то, как этот неизвестный в синем комбинезоне оскорбляет заведующую, я больше не мог. Поэтому решительно подошёл к ним.

— Можно узнать, вы кто? — спросил я у синего комбинезона.

— Ещё один пришёл отвлекать, — закатил глаза тот. — Ваш Семён Михайлович не предупреждал, что я буду работать в проходном дворе!

Так, он явно не сотрудник нашей клиники.

— Повторяю свой вопрос, — более жёстко произнёс я. — Вы кто?

— Артём, сертифицированный мастер по калибровке анализаторов, — он раздражённо поклонился. — Меня наняли, чтобы провести калибровку. Дали вон в помощники вашего айтишника немого. А теперь ещё и вопросами донимают!

Матвея покоробило от его слов, но он молча продолжил возиться в ноутбуке.

— И по какому же праву вы хамите заведующей лаборатории? — уточнил я. — Она здесь главная, и она имеет право присутствовать при калибровке.

— Я ещё раз повторяю, по новым правилам это должны делать специалисты, без посторонней помощи! — воскликнул Артём. — Не нравится — разговаривайте с вашим заместителем сами!

— Но я работаю в этой лаборатории уже много лет. Я знаю каждую кнопку. Я пережила несколько смен оборудования. Я должна присутствовать, — заупрямилась Анна Григорьевна.

Я хорошо её понимал. Она очень ответственно подходила к своей работе, и не готова была пускать всё на самотёк.

— Разговаривайте со своим заместителем сами, — снова грубо ответил Артём.

— Сейчас поговорю, — пожал я плечами. — И пока я не вернусь, вы и пальцем не тронете ни оборудование, ни заведующую. Вам понятно?

— Сами же себе время сокращаете, — фыркнул рабочий. — Матвей, идём, покажешь пока где столовая.

Идти на конфликт со мной он не захотел. Меня во всей этой ситуации смущало сразу несколько вещей.

Виноватый вид Матвея. Настойчивость, с которой этот Артём выгонял заведующую. Странная тайна вокруг этой калибровки. Всё это было очень странно.

— Вы пока оставайтесь тут, а я попробую решить этот вопрос, — сказал я Анне Григорьевне.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Этот молодой человек очень уж невоспитанный.

Я кивнул и направился к Кобылину. Сама Анна Григорьевна на такой шаг, видимо, не решалась.

Постучавшись, я решительно зашёл в его кабинет.

— Боткин? — вскинул он брови. — Чем обязан? Если вы передумали по поводу стажировки, то…

— Не передумал, — отрезал я. — Я по поводу предстоящего конкурса и калибровки оборудования, для которой вы наняли специалиста Артёма, и привлекли Матвея.

— Вы решили и в это дело влезть? — недовольно спросил Семён Михайлович. — И что вам не нравится?

— Нанятый вами специалист хамит заведующей лабораторией, и выгоняет её, — ответил я. — А она должна присутствовать при процедуре калибровки.

Хотя у меня есть огромные подозрения, что это всё происходит по приказу Кобылина. И не просто так. Он явно хочет, чтобы специалист сделал что-то.

И логично предположить, что это «что-то» — нарушение работы оборудования. А значит, Кобылин хочет добиться проигрыша на конкурсе. Остаётся только вопрос зачем.

Но с этим чуть попозже. Для начала надо заступиться за Анну Григорьевну.

— Артём — профессионал своего дела. Он знает, как правильно проводить калибровку. А заведующей он представит полный отчёт, — недовольно произнёс Кобылин. — Тем более, там присутствует и специалист из нашей клиники. Вообще не вижу проблемы.

— По инструкции заведующая лабораторией должна присутствовать при калибровке. Это её ответственность, — спокойно ответил я. — Калибровка может оказаться неправильной, или оборудование может выйти из строя.

— Ничего не выйдет из строя, — отмахнулся Кобылин. — Я же вам сказал, Артём — профессионал.

А вот тут-то он и попался.

— Раз он профессионал, то какая разница, будет ли присутствовать заведующая? — спокойно спросил я. — Тогда она не сможет ему помешать. Просто будет стоять рядом и заполнять журналы.

Кобылин поджал губы. Я ощущал, как лихорадочно он пытается найти аргументы «против».

— Я не обязан вам объяснять свои решения, — буркнул он.

Отлично, аргументы у него закончились.

— Калибровка оборудования необходима перед конкурсом, — заявил я. — К нам приедет комиссия, и будет проверять всё. Если выяснится, что калибровка проходила с нарушением инструкций, без присутствия заведующей, без должного оформления в журналах — то возникнут проблемы. А мы же хотим победы нашей клиники?

Семён Михайлович побледнел и забарабанил пальцами по столу. Я поймал его в ловушку. Теперь у него не было шанса избежать присутствия Сомовой.

— Я позвоню Артёму и распоряжусь, что Анна Григорьевна может присутствовать, — сквозь зубы процедил он. — Это всё?

Он очень неохотно пошел на уступку. Но только ради того, чтобы не выдать своих истинных намерений насчёт конкурса.

— Всё, — улыбнулся я. — Тогда всего доброго.

Он разве что зубами не скрипнул в ответ. Ещё бы, его план по саботажу провалился.

Интересно, зачем ему вообще нужен проигрыш клиники?

Я вернулся в лабораторию, передал Анне Григорьевне, что она сможет присутствовать при калибровке, и направился по своим делам. Артём и Матвей ещё не вернулись со своего обеденного перерыва, придётся заглянуть попозже, убедиться, что на Ломову никто не кричит.

По пути в ординаторскую меня остановил оклик Чехова, который снова ждал меня на диване в холле.

— Что случилось? — подошёл я к нему.

Только утром осматривал, и разговаривал с ним — всё было в порядке.

— Я не хотел говорить при всех, но это важно, — Антон Николаевич был бледным. — Моя лекарская магия… С ней что-то не так. Она вредит людям!

Внутри всё похолодело. Не самые хорошие новости…

Глава 7

Я запрещал Антону Николаевичу пользоваться своей лекарской магией, пока он не пройдет обучение. Она только-только пробудилась, и у нас ещё не было ни одного занятия.