Игорь Алмазов – Бывает и хуже? Том 5 (страница 7)

Щенок жалобно гавкнул, словно понимал, что тут решается его судьба.

— Не пошогут ваши глафки, — отрезал тот. — Нет, и шочка.

Так, значит, надо менять тактику. Простые просьбы тут не помогают.

— А если я вам помогу? — спросил я. — Ответная услуга за эту услугу?

— Шем помошете? — настороженно спросил ремонтник.

— Со здоровьем, — использовал я безотказную тактику. — Я врач, вы же знаете. Уверен, у вас из-за работы нет времени, чтобы заняться своим здоровьем. Если есть жалобы, вопросы — я помогу. Проведу осмотр, назначу лечение. Без очереди и записей.

Тут он уже задумался. Почесал лысину рукой. Видно было, что предложение его заинтересовало.

— Ефть кое-што, — признал он. — Рука шевая. Болит и не прошодит. Ношью вообще шпать не могу. Дёргает, шволочь. Мазями машал — нифего.

— Покажите руку, — сразу же кивнул я.

Он протянул мне левую руку. Так, кисть немного припухшая, кожа обычного цвета, без покраснений. Я пощупал запястье, проверил на температуру и отёчность, подвигал пальцы вверх-вниз.

— Так больно? — осторожно надавив на область запястья в месте, где проходит срединный нерв, спросил я.

— Ай! — поморщился он. — Да. Больно, штреляет!

Классический случай. Тут даже прана не нужна, чтобы диагноз поставить. Конечно, она пригодилась бы для лечения, но можно обойтись и без неё.

— У вас синдром запястного канала, — сказал я. — Или туннельный синдром запястья, как его иногда называют.

— А фто фэто? — озадаченно спросил ремонтник.

— Сейчас объясню, — кивнул я. — В вашем запястью есть такой канал — узкий проход, образованный костями и связками. Называется он карпальный канал. Через него проходит срединный нерв, который отвечает за чувствительность и движения большого, указательного и среднего пальцев.

Строго говоря, там половина среднего пальца, но сильно в дебри углубляться не буду.

— Когда вы много работаете руками, делаете монотонные движения, этот канал отекает, — продолжил я. — И нерв, который там проходит, начинает сдавливаться. Защемляться. Отсюда и боль, онемение, покалывание.

— Шначит, это от шаботы? — уточнил ремонтник.

— Именно, — подтвердил я. — Это профессиональное заболевание людей, которые работают руками. Маляры, плотники, слесари, программисты, которые много печатают. Любая работа с монотонными движениями кисти. Вот и из-за вашей работы такое произошло. Рука перегрузилась, нерв воспалился.

— И фто шелать? — обеспокоенно спросил ремонтник. — Фэто вылешивается?

— Вылечивается, — заверил я. — Нужно меньше нагружать руку, хотя бы две-три недели. С вашей работой это трудно, но постарайтесь тяжёлые вещи таскать другой рукой. Далее, нужен будет специальный ортез — фиксатор на запястье. Он будет держать руку в правильном положении, не даст сгибаться слишком сильно. Носить его нужно постоянно, особенно ночью. Это очень важно. И третье, я выпишу вам противовоспалительные препараты и покажу специальные упражнения для кисти. Они помогут растянуть связки, улучшить кровообращение. Делать их нужно каждый день, по пять-десять минут.

Ремонтник внимательно слушал и кивал.

— И вы мена вылешите? — уточнил он.

— Да, — твёрдо кивнул я. — Только все рекомендации надо выполнять чётко, иначе толку не будет.

— Буду, — пообещал он. — Шлово даю.

— Тогда у нас сделка? — улыбнулся я. — Я лечу вашу руку, а вы приютите щенка на день?

Ремонтник посмотрел на меня, на Лену, на щенка, на руку.

— Ладно, — буркнул он. — Один шень! И штобы не мефал, не шадил, не шкулил!

— Конечно! Обрадовалась Лена. — Спасибо, вы такой добрый!

Она подошла и чмокнула ремонтника в щёку, от чего тот покраснел. И осторожно опустила щенка на пол. Тот тут же принялся с любопытством обнюхивать подсобку, виляя хвостом. Подошёл к ведру с краской, понюхал его, чихнул и отпрыгнул в сторону.

— Кстати, а как вас зовут? — спросил я. — Столько раз уже общались, но так и не познакомились.

— Пётр Ильишь, — представился он. — Мошно прошто Ильишь.

— Очень приятно, — кивнул я. — А я Александр Александрович.

— Знаю я вась, — хмыкнул Пётр Ильич. — Про вась вше говорят. Хороший врашь, говорят.

Это до него уже новые слухи дошли, старые обо мне так-то были совсем не очень.

— Так, я сейчас отойду, ждите меня тут, — распорядился я. — Вернусь и покажу упражнения.

— Спасибо ещё раз, — улыбнулась ему Лена.

Мы вышли из подсобки, и она кинулась мне на шею.

— Ты самый лучший! — восторженно заявила она. — Спасибо тебе!

Разумеется, именно в этот момент из столовой выплыла курносая Кристина.

— Фу, что вы тут устроили? — поморщила она свой курносый нос. — Снимите себе номер!

Лена покраснела и поспешно выпустила меня из объятий.

— Присоединишься? — хмыкнул я Кристине. — Или у тебя плотный график?

Та злобно зыркнула на меня и пошла дальше. Лена прыснула со смеху.

— Ну какая змея всё-таки! — хмыкнула она. — Никак она не успокоится.

— Да и ладно, — отмахнулся я. — Так, ты давай-ка сбегай до аптеки, купишь фиксатор Петру Ильичу. В качестве подарка. Заодно миски какие-нибудь для щенка найди и принеси ему. А я в столовой еды раздобуду.

— Принято, — козырнула мне Лена и умчалась выполнять распоряжения.

Я зашёл в столовую и сразу прошёл на кухню, к Ане Ковалёвой.

— Доброе утро, — бодро поздоровалась она. — Снова хотите устроить мастер-класс?

— Пока что нет, — улыбнулся я. — Мне нужна еда для щенка. Найдётся что-нибудь?

Ковалёва удивлённо подняла брови.

— Для щенка? — переспросила она.

— Даже не спрашивай, — вздохнул я. — Будет что-нибудь?

— Думаю, да, — протянула она.

Нашла пустой одноразовый контейнер, сложила туда гречневую кашу и несколько кусочков курицы. Царский обед, я сам так же питаюсь.

Отдала мне.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Увидимся!

Вернулся в подсобку к Петру Ильичу. Щенок там уже явно освоился, радостно бегал по кругу.

— Давайте упражнения покажу, — сказал я ремонтнику. — Слушайте внимательно.

Следующие двадцать минут я подробно показывал Петру Ильичу упражнения для кисти и запястья. Объяснял, как правильно растягивать мышцы и связки, как улучшить кровообращение, как снять напряжение. Он внимательно слушал, повторял движения, морщась, когда было больно, но стараясь запомнить всё.

Затем я достал блокнот и написал подробный рецепт.

— Так, выписал вам Диклофенак в таблетках, — сказал я. — По одной таблетке два раза в день, утром и вечером. После еды. До еды за полчаса Омепразол, чтобы защищать желудок. И ортез…

Как раз пришла Лена и принесла купленный ортез.

— Вот, — протянула она. — Правильный?