реклама
Бургер менюБургер меню

Игорь Алмазов – Бывает и хуже? Том 5 (страница 20)

18

— А в чём вообще ваши соревнования будут заключаться? — поинтересовался я.

Арсений Романович гордо расправил плечи.

— Бег на сто метров, отжимания и подтягивания, — заявил он.

Я поспешно отвёл своего друга в сторону.

— Гриш, ты подтягиваться-то умеешь? — тихо спросил я.

— Умею, конечно, — тряхнул тот головой. — На физкультуре в школе сдавал же как-то норматив!

— Это было восемь лет назад, — заметил я. — Многое могло измениться.

— Ну и что? — упрямо ответил тот. — Справлюсь.

Не справится. Но спорить с ним я не стал. А то скажет ещё, что я в него не верю.

— Ладно, — вздохнул я. — Начинайте. Бег на сто метров. Становитесь на старт.

Гриша и Арсений Романович встали на беговую дорожку, на стартовую линию. Гриша выглядел напряжённым, серьёзным. Арсений Романович, напротив, расслабленным и уверенным, слегка пружинил на носках, разминаясь.

Толпа школьников оживилась, стала подбадривать участников. Многие достали мобильные телефоны. Ох, куда ж меня угораздило вляпаться!

— На старт, внимание, — скомандовал я. — Марш!

Они сорвались с места. Арсений Романович рванул вперёд с такой скоростью, что Гриша остался позади уже через десять метров. К середине дистанции разрыв составлял метров двадцать. К финишу метров тридцать.

А бежали они всего сто метров!

Арсений Романович финишировал первым, легко, без одышки, даже не вспотев. Гриша прибежал следом, красный, задыхающийся, согнувшись пополам и хватая ртом воздух.

— Один-ноль в пользу Арсения Романовича, — объявил я.

В двух других дисциплинах Грише повезло ещё меньше.

Семь отжиманий против тридцати, и ноль подтягиваний против двадцати. М-да уж… Чистая победа.

Толпа школьников зашумела, захлопала. Гриша опустил лохматую голову вниз.

— Станислава, — Арсений Романович сразу же пошёл за «призом». — Так что насчёт свидания?

— А ты правда думаешь, что я приз, который можно выиграть, пробежав сто метров? — серьёзно ответила она. — Ну уж нет.

Она гордо развернулась и пошла прочь.

Арсений Романович стоял, открыв рот, не зная, что сказать.

Гриша смотрел ей вслед с таким выражением лица, будто только что увидел богиню.

А я смотрел на них и сдерживал смех. Да уж, и стоило устраивать такие соревнования…

— Удачи, господа, — бросил через плечо физрук. И тоже ушёл со стадиона.

Школьники тоже разошлись, остались только я да Гриша.

— Я унижен и растоптан, — вздохнул он. — Это конец.

— Ничего не случилось, ты просто проиграл учителю физкультуры в спортивных соревнованиях, — подбодрил его я. — И это изначально была глупая затея. Если тебе нравится Стася…

— Да не нравится она мне! — буркнул он. — Я просто не люблю выскочек. Хотел показать ему, кто тут главный! Пошли домой уже…

Мы молча пошли в сторону дома. Ну и денёк!

Дома я наскоро приготовил куриную грудку в листах для жарки и салат из овощей. Поели, Гриша всё ещё сидел надутый, размазывая помидор по тарелке. Явно не в настроении.

— Не хочу завтра на работу, — заявил он.

Ох, начинается!

— Гриша, — вздохнул я.

— Не хочу! — повторил он. — Как я туда пойду после такого позора? Все тыкать будут в меня пальцем, что охранник такой слабый у них! Меня засмеют, авторитет потерян, мне конец!

— Слушай, да все забудут об этом через пару дней, в школе постоянно появляются свежие новости, — заявил я. — Так что перестань. Только извинись перед Стасей, ты правда накосячил только перед ней.

— Я подумаю, — он всё-таки доел и ушёл в комнату.

Как ребёнок! Я помыл посуду и сразу же отправился спать. Устал, слишком много всего.

Нужно ещё и прану восстанавливать. Выпил травяной сбор, думаю, за ночь накоплю хоть немного магии.

И я тут же провалился в сон.

Утро вторника началось с того, что Гриша категорически отказывался вставать с кровати.

— Не пойду, — заявил он, зарывшись лицом в подушку. Подушки он всё-таки купил, как и постельное бельё. Дом вообще постепенно начал обрастать вещами. — Не пойду на работу. Не могу. Не хочу.

— Пойдёшь, — толкнул его я. — Никуда не денешься. Тебе работать надо.

— Ну не хочу, — протянул он.

Я молча пихнул его ногой. Он бросил на меня гневный взгляд, но всё-таки поднялся.

Мы поели на завтрак яичницу, выпили чай и вышли из дома. Гриша решил поговорить со Стасей уже в школе, так что мы вдвоём вышли из дома и разошлись в разные стороны.

По пути на работу я думал о главной проблеме. Где взять денег? Кредит?

Ну нет, прошлый опыт Сани очень хорошо показал, что кредит — это не самая лучшая идея. В итоге прошлый Саня оказался должен всем, и я до сих пор это разгребаю.

Что-то другое… Занять? А у кого? Идей пока не было.

Дошёл до поликлиники и меня тут же поймала Виолетта.

— Александр Александрович, свежие новости! — выпалила она. — Алиева увольняется!

Ух ты! Ангелина Романовна, самая противная регистраторша за всю историю клиники. Ещё и заведующая. Ещё и бывшая любовница Власова.

— За что? — спросил я.

— Да неизвестно, — пожала плечами Вита. — Её к себе Савчук вызывала, та вернулась вся хмурая. Мол, заявление по собственному написала. Явно же не просто так всё это! Но подробности пока неизвестны. Ей отработать две недели даже не надо, она сегодня доработает, и всё.

Ну, за сегодня она явно успеет меня поймать и высказать всё, что у неё на душе. Так что узнаю и причину такого поспешного увольнения.

— Понятно, — кивнул я. — Что ж, не знаю, хорошие ли это новости для регистратуры.

— Ещё как хорошие! — горячо воскликнула Вита. — Она нам проходу не давала! Дурацкие распоряжения, ужасное отношение. Мы все рады!

— Тогда я тоже рад за вас, — улыбнулся я.

Поспешил в свой кабинет. Сегодня приём у меня был с утра.

Я открыл дверь, рассчитывая, как обычно, увидеть Лену. Но на её месте сидела совершенно незнакомая женщина лет сорока, с короткими чёрными волосами, полная, в белом халате.

— Здравствуйте, — удивлённо поздоровался я. — А вы кто?

— Доброе утро, доктор, — кивнула та. — Лариса Васильевна Гудзова. Я теперь буду медсестрой на вашем участке вместо Елены Алексеевны.

А это ещё что за новости?