Игорь Алмазов – Бывает и хуже? Том 4 (страница 6)

Шарфиков нашёл в себе силы только на кивок.

Лаврова сурово сдвинула брови, её подбородки затряслись в гневе.

— Эту жалобу я направлю на комиссию по этике, — заявила она. — Это очень серьёзно, и я пока не приняла решение, что с этим делать.

И это она ещё не знает, что жалобы были отправлены в несколько мест. Не только в министерство здравоохранения Саратовской области. Просто те отреагировали первыми.

— Я просто не подумал, — тихо выдавил из себя Шарфиков.

Даже жалко его на долю секунды стало. Хотя нет, всё же не жалко. Головой своей надо было думать. Пусть теперь отвечает за свои поступки.

Планёрка тем временем продолжалась.

— Восьмого и девятого марта снова надо брать дежурства, — объявила Лаврова. — Седьмое марта взяла себе Юлия Сергеевна. Праздничные дни я предлагаю взять мужчинам.

— Я возьму восьмое марта, — легко кивнул я.

В моём мире на восьмое марта тоже был женский день, так что я был в курсе этого праздника. Мы всегда старались в этот день максимально разгрузить женщин.

— Мне опять брать дежурство? — Шарфиков решил, что он в той ситуации, чтобы возмущаться.

Лаврова послала ему такой взгляд, что любой бы почувствовал себя неуютно. Шарфиков поёжился.

— Просто спросил, — торопливо заявил он. — Конечно, я возьму!

Ну ещё бы. Тамара Павловна хмыкнула и отметила себе это в блокноте.

— Тамара Павловна, а вы как-то отметите статью в газете про нашего коллегу? — вдруг подмигнув мне, спросила Юлия Сергеевна.

Лаврова заметно смутилась и сделала глоток кофе.

— Я собиралась, — пробубнила она. — Конечно, мы очень гордимся нашим коллегой Агаповым. Он молодец.

— Спасибо, — усмехнулся я. — Приятно услышать искренние слова.

Лаврова попыталась и меня убить взглядом, но у неё не вышло. Мы ещё обсудили некоторые текущие проблемы, и планёрка была закончена.

Вернулся к себе в кабинет, начался приём. Первым зашёл мужчина лет сорока.

— Здравствуйте, доктор, — прохрипел он. — Я что-то заболел.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Что беспокоит?

— Горло сильно болит, — поморщившись, ответил он. — Температура высокая. Думал, за выходные всё пройдёт, но только хуже стало.

— Насморк, кашель? — спросил я.

— Нет, ничего такого, — покачал он головой.

Лена выдала ему градусник, который она сама купила взамен разбитого моего, а я пока что продолжал задавать вопросы. Потом проверил температуру — тридцать восемь и пять.

Приступил к осмотру. Горло было воспалено, и были явно видны гнойные налёты. Послушал лёгкие, прощупал пульс.

— У вас гнойная ангина, — подытожил я. — Сейчас выпишу вам больничный и распишу лечение. Нужно будет семь дней принимать антибиотик.

Мужчина резко поменялся в лице.

— Я не буду пить эту гадость! — воскликнул он.

Лена от неожиданности чуть ещё один термометр не выронила.

— В смысле? — повернулся я к мужчине.

— В прямом, — он скрестил руки перед грудью. — Я читал в интернете, что антибиотики плохо влияют на мужское здоровье! Так что я, доктор, их пить не буду.

Гениально. Просто железный аргумент.

— Антибиотик никак не повлияет на ваше мужское здоровье, — вздохнул я. — Зато если вы не будете его пить, он повлияет на вашу собственно жизнь. Так что не советую отказываться от лечения.

Пациент нахмурился.

— Но в статье на Яндекс.Дзене чётко было написано, что антибиотики создали наши враги, чтобы мы не размножались, — уверенно заявил он.

Ёлки-иголки! Вот сколько бы ни работал в медицине — каждый день способен удивить чем-то новым.

— Я выпишу вам безопасный антибиотик, — решил подойти я с другой стороны. — Который ничем таким точно вам не грозит. Идёт?

Тот задумался.

— Если так — то можно, — наконец, согласился он. — Только я ещё в аптеке спрошу, правда ли он безопасный!

Надеюсь, продавщица в аптеке тоже попадётся адекватная. Я выписал Амоксиклав по тысяче миллиграмм в день, затем расписал симптоматическое лечение и больничный, и пациент ушёл.

— Первый раз такое услышала, — покачала головой Лена. — Надо же.

— Переубеждать его было бы слишком долго, и не факт, что прошло бы успешно, — ответил я. — Поэтому иногда приходится идти на такие своеобразные уступки пациентам.

Лена кивнула, мы продолжили приём. Примерно через час от начала приёма её вызвала на планёрку Татьяна Александровна, и она ушла.

И ко мне тут же заглянул Шарфиков.

— Саня, у нас проблема, — с порога заявил он. — Женщины.

С каких пор женщины для него стали проблемой?

Глава 3

Итак, Шарфиков пришёл ко мне в кабинет, чтобы сообщить о проблеме. И новой проблемой в его жизни стала не угроза увольнения и не необходимость заполнить ЕФАРМ за один день, а женщины.

— Стас, — в тон ему ответил я. — Ты так заколебал меня своим существованием, что я готов заплатить тебе, только бы ты никогда больше не попадался мне на глаза.

Шарфиков нервно усмехнулся и уселся на стул.

— Давай по чесноку, Саня, — заявил он. — У нас с тобой было много недопониманий, я согласен. Но так-то сейчас всё в прошлом. Ты способствовал написанию на меня жалобы, и мы зарыли наш топор войны. Давай снова будем друзьями?

Интересно, он серьёзно?

— Стас, дружище, да я лучше съем какашку собственного котёнка, приправив её васаби, запивая водой из самой грязной реки в мире, будучи при этом абсолютно голым, чем снова буду с тобой дружить, — отозвался я. — Что ты ко мне пришёл, говори уже?

Стас даже не смутился и облокотился на мой стол.

— Восьмое марта, — заявил он. — Надо поздравлять наших женщин. Что-то им дарить.

Необычно, что Шарфиков вообще об этом подумал. Хотя есть вероятность, что он просто хочет использовать праздник как дополнительную манипуляцию.

— И у меня есть идея, — тут же добавил он. — Давай устроим им вечеринку.

И эта вероятность растёт прямо на глазах.

— Вечеринку? — скептически переспросил я.

— Ну да, — кивнул Шарфиков. — Закупим еды и алкоголя. Устроим им тусу-джусу. А если алкоголя качественного возьмём, эта вечеринка нам заместо поездки в Саратов сойдёт!

Я поморщился. Правильный посыл и хорошее предложение от Стаса превратилось во что-то неприятное. И он этого даже не понимал.

— Мы не будем просто спаивать женщин на Восьмое марта, — отрезал я. — Надо подарить им подарки, а празднуют пусть они как хотят.

— Подарки? — поморщился Шарфиков. — Вообще-то женщин-терапевтов у нас четверо, а нас с тобой только двое. Дорого выйдет! Давай лучше вечеринку, чисто по-семейному!