Игорь Афонский – Let's go в прошлое – 4. Греция (страница 3)
Яблоко раздора.
Период Брежнева. Сначала в академических кругах возникла некая конфликтная ситуация, которая переросла в кризис. Категоричный спор некоторых академиков вызвал волну реакции среди партийной "верхушки". Сторонники проекта яростно отстаивали свое "детище", но усиленная оппозиция оказалась намного сильней. Потом споры неожиданно стихли. Зато очнулись партийные органы. Те потребовали прекратить дискредитировать некоторые направления развития советской науки и медицины! Рекомендовали, пересмотреть свои "бывшие" взгляды, и обобщить высказывания до возможно нейтральных положений.
Заметили, как все это прозвучало?
Поверхностно, словно, ни о чем! Давление высших функционеров на элиту советской науки было пока не намеренным. В принципе, возникло сложное положение вещей, когда сами ученные смогли чего-то добиться, но испугались возникших новых возможностей! Возможно, что мгновенное, переосмысление позиций привело к такому производственному конфликту. Точнее, к этическому неприятию! А те, кто считался кандидатами, они терпеливо жаждали, чтобы получить возможность, и "вкусить" запретный плод! А тот, кто все это предложил и вывел все в своих научных разработках, неожиданно поостерегся в своих дальнейших начинаниях! Обещанный "второй шанс" был заманчивым даром, чуть ли не "данайцев"!
Конфликт локализовали, но чтобы избежать лишней утечки информации, сотрудники госбезопасности и других правоохранительных органов, под видом учения, провели ряд оперативных мероприятий, и задержали тех, кто имел к проекту хоть какое-то отношение! Конечно, никто из рядового состава не знал всей подоплеки. Официальная версия, это произошла попытка убийства члена правительства. Со всех задержанных взяли подписку о неразглашении. Они, кстати, итак дали не одну подписку, так что, не ясно, чего именно органы добивались, и кто за всем этим стоял. Зачем, требовалась строгая конфиденциальность дальнейшей деятельности по проекту? Если раньше, ученные сами широко использовали внутрипартийную рекламу, то сейчас многое изменилось. Возникла непонятная полоса молчания! Секции, ведущие разработку, больше не поддерживали связь друг с другом! Данная изоляция возникла не на пустом месте. Вероятно, бонзы все-таки поняли, что именно им пришло в руки. Да, данный медицинский комплекс в какой-то период ушел в "тень", сменил все точки сбора кандидатов, засекретил все свои архивы, и, возможно, что благополучно пережил первую фазу исследований. Теперь многие специалисты были уверены, что выбранная ими стезя, правильная и ведет, куда нужно. Вот только путей оказалось несколько! Поэтому, по первым результатам провели проверку, и неожиданно сократили число кандидатов. Уверив всех, что возникли некоторые чисто технические трудности, с которыми следует справиться. Мол, дайте только время. Но, среди кандидатов ходили слухи, что сокращение как раз и вызвано успешными результатами. Но так как никто ничего точно не знал, то разговоры быстро сошли, на нет. Потом последовала неожиданная смерть академика! Что стало новым рубежом, через который деятельность его института теперь просто не смогла перешагнуть. Потом официально, проект закрыли, штат сотрудников расформировали, отправив некоторых специалистов работать в глубинку. В "закрытые" институты, перекинув на новые целевые проекты! По сути, это был крах. Человек, под которого выстраивались все эти возможности, был неизлечимо болен, и вскоре, умер. Собственно говоря, товарищ Брежнев не верил во все эти радужные обещания, а усиленное медикаментозное влияние, возможно, сломало в нем внутренний стержень. Возможно, в какой-то момент наступила некая неотвратимость, и Генеральный Секретарь решил просто "закрыть" эту тему. Возможно, он и сам уже не понимал, что именно натворил, но раз такое решение было принято, то несведущие референты буквально мгновенно "утопили" данную возможность. Череда смен руководителей, внутренняя борьба за власть, приход новых людей, все это не прошло бесследно, но Юрий Андропов давно поставил слишком многое на кон, чтобы дать "обратный ход". Думаете, легко отказаться от своих идеалов, от личной жизни, от желаний, которые когда-либо были или могли возникнуть. Теперь ему рекомендовали просто начать новую жизнь! Не возвращаться в прошлое, оборвав все концы!
Он внешне согласился, но был уверен, что это «не его случай», наверное, понадеялся на русское «авось»! Доктор, который обещал ему невозможное, и сам потребовал слишком многое. Вылечить, без операционного влияния! Практически, дать "второй шанс", но отнять прошлое. Нет, можно было, сделать вид, что все что произойдет, это результат удачного научного эксперимента! Но еще раньше, было решено, что эксперимент секретный, то есть, информация не для каждого! Потом, самый рациональный ход, это действительно, перестать быть Андроповым.
Реабилитация.
Отец Иннокентий принимал какой-то горький настой, рецепт которого был известен только его помощнице. Мастер Линь ухаживала за ним уже несколько недель. Официально, монах немного «приболел», и теперь, пользуясь секретами восточной медицины, за ним присматривает приглашенная медицинская сестра. Остальная ее лихая команда обитала недалеко, кто-то устроился водителем, кому-то пришлось, как и прежде быть санитаром. Все были вооружены, и готовы к любым неожиданностям. К каким именно? К экстренной эвакуации, к погоням, к перестрелке. Что именно послужило тому, что их статус вдруг изменился? В окрестностях появились немецкие журналисты, которые стали задавать ненужные вопросы, и собирать какой-то материал. До этого момента, место пребывания бывшего генерального секретаря было неизменным и практически, не засвеченным. А тут, вдруг, представители немецкой прессы. Следуя бывшей договоренности, старший игумен монастыря, бывший агент КГБ, позвонил по условной линии, и доложил об изменениях. Немцы были слишком настойчивы, и почти договорились об интервью.
Лазутчики очевидных конкурентов, тех, кто выжил в результате тотального уничтожения. Ведь, это Юрий Владимирович инициировал то самое «купирование» других вариантов. Петровичу стоило многих усилий, чтобы организовать слежку, потом подготовить группы, оплатить переезд, чтобы, убрать всех западных кандидатов руками «Литовца».
Это уже потом выяснится, что с основной задачей он не справился, но результат был очевиден. Конкурентов стало намного меньше. Теперь эта ранее «законспирированная группа прикрытия» заняла свое «штатное место». Пока Петрович разбирался с журналистами, они были готовы на любые провокации.
Немцы. Что он с ними сделает, заслуженного монаха страны не касается, он про них узнает чуть позже, когда ему станет легче. Процесс выздоровления на лицо, отец Иннокентий уже давно передвигается сам, ухаживать за ним не нужно. Любая физическая нагрузка в определенной мере ему просто необходима. Движение, работа в огороде, колка дров, все, что снимает лишние калории, сжигает старые клетки. Так вышло, что даже монашеский пост стал неким стимулом к дальнейшей жизни.
Проблему с журналистами решили просто. Сначала на них надавали местные силовики, вынудив покинуть данный регион, а на обратном пути они попали в автомобильную аварию. Видеокамеры и все материалы удалось перехватить, дело ушло на расследование к следователю, которого заранее предупредили, ничего особого в этом случае не искать! Так что тревога, можно сказать, была напрасной. Впрочем, раз уже Линь добилась своего, то никуда она теперь от своего бывшего патрона не денется. Она сама сделала многое, чтобы ее покровитель не испытывал болей. Теперь наступал новый этап жизни некого Столетова. А бывшему отцу Иннокентию следовало исчезнуть. Группа подготовила все, чтобы отъезд монаха в другой монастырь выглядел привычным делом. В какой-то момент произойдет чудесное преображение, но в детали данной операции посвящены лишь эти четыре человека.
Так как Петровичу не нашлось рядом место, он попытал счастье в Москве, и соответственно своему статусу и заслугам, смог устроиться в конторе. Для него это был поражение. Он терпеливо ждал, когда его высокий покровитель сам вспомнит о нем, и воздаст по заслугам. Так или иначе, все поручения своего Хозяина он выполнял исправно. Тот в результате рискованного эксперимента все-таки выжил, и теперь шел на поправку. Петрович надеялся на более высокую должность, чем, то место, которое ему удалось занять. Многие уже забыли, что именно он возглавлял один из оперативных отделов госбезопасности, который подчинился лично товарищу Андропову. Он понимал, что так было нужно. В нужный момент отдел расформировали, все отправились, так сказать, в "самостоятельное плавание". Капитан …получил направление в Литву, где отслеживал деятельность некого «Литовца». Кореянка Линь и ее группа долгое время находились на полулегальном положении, выполняя те поручения, по которым их лично проинструктировал Хозяин. Они почти не общались, так как с некоторых пор были конкурентами. Да, кореянка Линь формально должна была ему подчиняться, но для полноты власти у капитана госбезопасности теперь просто не хватало этой самой власти. Хозяин, как специально, сделал их двумя равнозначными, независимыми друг от друга группами, чтобы они за его спиной не смогли договориться.