Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Преодоление зависимого поведения: зависимым и их близким (родственникам, педагогам) (страница 9)

Отношение к ближнему, чтение, трудолюбие, рукоделие – это составляющие пути, на котором мы начинаем обогащаться новыми навыками и сведениями, благодаря которым формируется та самая разносторонность, которая, как пишут профессор Короленко и академик Дмитриева, является мощным иммунитетом на пути формирования аддикции[11]. Для такого человека уход в аддикцию воспринимается как ограничение себя, как деградация. Зависимый в качестве своего багажа имеет спутанность сознания, которую никак не разрушить психологическими методиками. Такое состояние возможно победить только через восполнение. Так, обвисший парус корабля можно разглаживать, а можно поставить по ветру.

Подробнее см. в части 4-й текста «Обращение к полноте. Становление личности как путь преодоления зависимого поведения». Отдельное название части 4-й – «Обращение к полноте и целостный взгляд на человека».

Почему мы делаем акцент именно на этих принципах? Срыв представляет собой совокупность нескольких аспектов. Человек, озабоченный только победой над алкоголем или наркотиками, не добивается ничего: проблемные ситуации остаются, нарастает скука, обостряется конфликтность, отсутствует контакт с ближними, никуда не уходит лень, время не структурировано, давит пустота и отсутствие смысла.

Существует понятие «аддиктивный континуум», тяга к измененному состоянию сознания может быть удовлетворена другой страстью. Человек, вроде бы, на время успокаивается, переключившись на что-то другое, например, на игры, но предпосылки, влекущие к аддикции, не уходят. Со временем игры перестают давать желаемый эмоциональный накал, и происходит возвращение к употреблению.

См. в той же 4-й части текста «Обращение к полноте…» главу «Аддиктивная личность / Аддиктивная система / Аддиктивный механизм».

Здесь помогает и личный опыт в Церкви, даже память детских лет. Если человек причащался в детстве, то искра остается. И, даже если человек упадет на дно, ему там некомфортно. Небесная искра будет сигналить, что дом твой не здесь. А если опыта Причащения в детстве не было, то, когда падаешь на дно, быстро привыкаешь к «бомжатскому» образу жизни.

Один молодой человек рассказывал, что как-то играл на Дворцовой Площади (СПб) с друзьями на гитаре (не собирал деньги, а просто играл). Рядом находились парни, которые докуривали окурки, добивали пиво из выброшенных бутылок. Он, глядя на них, подумал, что никогда до такого не опустится. И что же? Познакомились. Он даже не успел от-фиксировать, как произошло сползание. Поймал себя на том, что он уже без всякого смущения докуривает выброшенные окурки, из мусорных корзин достает бутылки и допивает. Уже вечером он обнаружил себя пришедшим к ребятам на ночлег в устроенное на чердаке дома помещение.

Концепция «достигнуть дна, чтобы оттолкнуться и поплыть наверх», – это иногда, как можно предположить, «разговоры в пользу бедных». Если ты выпал из процесса обучения, отчислен из института, то надо быть очень мотивированным, чтобы бороться. К сожалению, сползание, когда социальные крючки (в хорошем смысле этого слова) оборваны, происходит быстро. Начинается «пир во время чумы» (с использованием наркотических и алкогольных компонентов).

Не понятно, о чем думают родители, которые отрицают веру и запрещают бабушке водить ребенка в храм. Когда он упадет на дно, то привыкание произойдет очень быстро, и не будет никаких сигналов, способных вытянуть его наверх.

См., к примеру, главу «Навыки, противостоящие аддикции, религиозное воспитание» из части 4.1 текста «Родители и дети».

III

Зависимое поведение и что-то большее, чем борьба с зависимостью

Данная глава является логическим продолжением предыдущей – «Зависимость от психоактивных веществ и навыки, которые ей могут противостоять» – и появилась она на основе эфира, проведенного иеромонахом Прокопием (Пащенко) совместно с каналом «Доброта на завтрак» («Внутренняя раздробленность и зависимости», часть 3: https://youtu.be/-M5xeE75bCQ).

Чтобы преодолеть склонность к зависимому поведению и вхождению в измененное состояние сознания, человек стремится не столько к победе над конкретным веществом или формой само-разрушающего поведения, сколько стремится к созидательной жизни, к преодолению конфликтов и конструктивному взаимоотношению с ближними. Тогда внутри рождается то ощущение жизни, на фоне которого зависимость предстает как нечто усеченное и искусственное. Когда есть цель, когда «поднимаешься в гору», тогда есть мотив сбросить «кирпич» – зависимость, ведь зависимость мешает тебе прийти к полноте своего призвания (см. про призвание в P. S.). Когда же высшей цели нет, то освобождение от зависимости представляется проблематичной задачей, ведь зависимость и рождаемое ею измененное состояние сознания – это почти все, что у человека есть.

Даже если такой человек и выйдет в «трезвость», она будет восприниматься им как нечто пугающее и исполненное тревоги. Если человек не придет к любви (хотя бы на своем каком-то уровне), то конфликты с ближними так и будут будоражить его душу, рождая состояние тревожности. А от проживания тревожности ему будет хотеться «отключиться» с помощью психоактивных веществ и плотно забитого графика (процессные аддикции).

См. цикл «Мужская тема», беседа 1.1. «Призвание и миссия. Нужные и пустые идеи. Наркотики и цель. Вырезать из души зло или обогатить».

Помимо прочего, в эфире кратко пересказываются следующие тексты о. Прокопия:

– «Тирания мысли и алкоголь: о выходе из состояния "тирании мысли" и преодолении того, что толкает человека к алкоголю».

– «Обращение к полноте. Становление личности как путь преодоления зависимого поведения». Часть 3. «Обращение к полноте и доминанта на лицо другого».

– «Акценты к беседам о преодолении зависимого поведения (алкоголь, иные ПАВ, игра и пр.)».

Хотелось бы озвучить некоторые возможные причины зависимого поведения, не понимая которые мы вряд ли к чему-то придем. Жан-Клод Ларше в книге «Духовное бессознательное» писал, что начало терапии состоит в описании духовных болезней, наличие которых человеку необходимо признать в себе, чтобы дистанцироваться от зла, которое он в себе еще не осознает, но которое уязвляет, мучает и заставляет страдать. Расширяя зону поиска на тему зависимости, мы достаточно быстро приходим к пониманию несостоятельности обычно используемых гипотез, таких как нарушение нейромедиаторного обмена, травмы детства и так далее.

Подробнее о том, что нарушение нейромедиаторного обмена трудно считать главной причиной зависимости см.:

– Главу «Справедливо ли полагать, что главной причиной наркомании является генетическая обусловленность и физиология?» из части 5-й текста «Мировоззренческий сдвиг – детонатор наркотического «бума» и распада общества».

– Текст «Программа АА/АН. Какие к ней возникают вопросы». Часть 1.1. «Является ли зависимость болезнью? Достаточно ли для выздоровления одной борьбы с зависимостью?».

– «Преодоление травматического опыта: христианские и психологические аспекты» – тексты и беседы иеромонаха Прокопия (Пащенко)».

Почему аддикты идут на рисковое поведение? Почему готовы к головокружительным прыжкам? Профессор Ц. П. Короленко и академик Н. В. Дмитриева считают, что для аддиктов это единственный гарантированный способ получить хоть какое-то психическое возбуждение[12]. В силу своей душевной организации они не способны получать эмоции иначе. Основа аддиктивного (зависимого) поведения – инструментальное отношение к людям, что, по сути, является банальным эгоизмом, когда все – только для себя. Такой человек обогащаться не может, вступать во взаимодействие с ближними не умеет, радости бытия ощутить не способен. На определенном этапе наступает духовная мертвость, на фоне которой человеку необходимо почувствовать себя живым. Этот путь хорошо описан священником Александром Ельчаниновым в статье «Демонская твердыня (О гордости)». Познание, выстраивание картины мира тесно связаны с нашей эмоциональной сферой. Ухтомский говорил, что доминанта является маховым колесом, позволяющим нам организовать разрозненные факты в картину мира[13]. Соответственно, при отсутствии эмоций мы не можем запустить познавательный процесс. Нам просто неинтересно.

Важно понять, что социально приемлемых зависимостей не существует[14]. Некоторые мамы считают допустимой интернет-зависимость сына, ведь, как говорят мамы, «он же (сын, играя, проводя сутки в интернете) никого не убивает». Термин «аддиктивный континуум» означает склонность человека к вхождению в измененное состояние сознания (сначала человек формирует эту склонность на основе одной зависимости, когда же вовлеченность в круг этой зависимости перестает приносить ему желаемый уровень психического возбуждения, он переходит к иной зависимости, так геймер может со временем перейти к употреблению наркотиков).

См. подробнее про «аддиктивный континуум»:

– Главу «Аддиктивная личность / Аддиктивная система / Аддиктивный механизм» из 4-й части текста «Обращение к полноте: становление личности как путь преодоления зависимого поведения».

– Ответ «Курение. Девушке, желающей бросить курить о том, как ей молиться».

Зависимого человека призывают к трезвости, но в состоянии «трезвости» он чувствует себя отвратительно. Распад личности усугубляется поступками против совести. Эти трещины можно было бы зашить, обогащаясь в познании и любви, но этого не происходит, поэтому разлом все более и более обнажается. Идея состоит в том, что для удовлетворения потребности входить в измененное состояние сознания пока еще достаточно интернета, но ведь существует закон толерантности. Данный термин иногда используется применительно к обществу, но на самом деле он означает устойчивость к ядам.