Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Депрессия и травма: Как преодолеть? (страница 32)
Преподобному Силуану Афонскому Господь сказал подобные слова: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся». То есть важно понимать, что у святых аскетов всё-таки была надежда.
Вернемся еще раз к рассказу о брате Ноне. «Брат этот в начале своей жизни в обители приучил себя в уме своем уничижать и осуждать самого себя пред всеми другими, а других представлять святыми, подобно небесным Ангелам, а себя – грешнее всего мира. Но враг, подметивши это, по своему древнему лукавству этим случаем воспользовался и начал ему влагать помыслы, что и на самом деле он есть грешнее всего мира и что все здесь спасутся, а он один только погибнет».
Тогда применительно к теме данной статьи, можно сказать, что отец Нон оказался под колпаком «шизофренического озарения». Или можно мысль выразить на ином языке – это «колпак» прелести, вызванный демоническим воздействием.
«Спустя время, не вдруг, брат Нон помысел открыл, но уже допустил ему вкорениться и войти в силу души его, и, когда он уже стал угнетать его душу, тогда только он и открыл старцу этот помысел, сказав: "Отче, мне говорит помысл, что я здесь не спасусь, я здесь погибну". Услышав это, старец и говорит ему: "Не принимай этих помыслов: это диавол по зависти тебе их влагает, хочет этим от доброго целомудренно-постного начинания тебя отторгнуть и вовлечь в отчаяние" и "старайся всеми силами освободиться от сего душегубительного помысла, а иначе много пострадаешь чрез него".
И так как от излишне налагаемых им на себя подвигов и трудов (испросил благословение старца спать только четыре часа в сутки) брат Нон начал изнемогать и ослабевать телом, то через это враг и вложил ему в ум страх смертный, что он скоро помрет и не успеет никаких добродетелей достигнуть, и не только, как желал, соделаться подобно великим святым древним отцам не сможет, но даже и спасения своего не получит, а чрез это и вверг его в отчаяние.
И чрез несколько времени в уме его представил Бога несправедливым и грозным, немилостивым и нечеловеколюбивым, воздвизая при этом хулу на Бога, и при отчаянии навел на него страшную тоску и неизъяснимую печаль, так что брат этот стал не рад своей жизни и не знал, куда скрыться от нее.
Брат приходил к духовнику и вновь повторял: "Вижу себя слишком далеким от Бога и не имею даже надежды на свое спасение". Старец, сколько мог, старался утешить брата Нона и со многими слезами молился Богу за него».
Действительно, беседа со старцем давала немалое утешение брату Нону, но стоило пройти времени, как он забывал слова духовника и вновь оказывался в унынии и отчаянии.
В психиатрии этот феномен называется «парциальная амнезия». Когда люди уже захвачены демоническим воздействием, им можно долго объяснять правильные вещи, и они будут со всем этим соглашаться и понимать, но если спустя час затронуть эту же тему, то окажется, что человек из сказанного уже ничего не помнит. Это частое явление в духовной жизни и у духовников, которые пытаются помочь своим пасомым, порой руки опускаются, хотя надо, конечно же, надеяться на Бога.
Добавим, что у отца Нона это состояние сопровождалось сильной депрессией, полным отчаянием, не было у него сил ни молиться, ни держать пост. Он рассуждал, наверное, так: «Раз я все равно погибну, зачем поститься, зачем какие-то заповеди исполнять?..» Отец Иероним, предложив брату немало увещеваний, уже не видел никакого выхода, чтобы вразумить отца Нона.
«Тогда отцу Иерониму было Божественное откровение, и он, будучи исполнен дерзновения, в хорошем смысле этого слова, подняв руки к иконам, сказал отцу Нону: “Вот тебе от имени невидимого Бога, зде посреди нас Сущаго, даю тебе десять лет жизни в твое распоряжение и власть с настоящего часа и до скончания десяти лет. И ежели ты хотя бы даже и одним днем раньше назначенного мною от Бога тебе срока, то есть десяти лет, помрешь, то я за душу твою своею душою отвечу Богу, тогда от руки моея Он да взыщет душу твою. Вот моя порука, и присяга, и данный мною обет за тебя Богу… Хотя я сам и недостоин, но по любви Божией к тебе и, собственно, для спасения твоего, так как в настоящее время ты в сем имеешь необходимую нужду, то поэтому я сию власть себе испросил у Бога, которую и получил ради тебя. Итак, будь ты теперь покоен в этом и благонадежен. Теперь веришь ли ты всему этому, что я тебе сказал и обещал от лица Божия?” Брат ответил: “Вполне верю”».
Отец Иероним дал наставление отцу Нону заниматься Иисусовой молитвой. И однажды во время занятия Иисусовой молитвой к его сердцу прикоснулась благодать и всё это состояние его оставило.
Как распознать приближение депрессии и что с этим делать?
Депрессия, если она возникла, она призывает задуматься человека, признаться себе: «Где я упустил? Где я проиграл?». Если бы у человека депрессия не возникла, то может быть он бы и не понял, что где-то, когда-то он близкого человека обругал. Списал на то, что он, человек, мол, вспыльчивый, с кем не бывает? А депрессия призывает подумать, набрать номер телефона, сказать: «Прости, брат, погорячился».
Депрессивные состояния нередко начинаются после того, как пришла в движение какая-то страсть (переели, нахохотались, ещё что-то; не говорим, что не надо собираться на день рождения, но одно дело – поговорить, а другое дело – когда отмечание выходит за рамки приличий). Тогда – или тем же вечером, когда в человеке появилась «пробоина», или на следующий день, у него издалека появляется какой-то непонятный помысел. Как будто появляется точка на горизонте. Вглядывается человек, а там – КамАЗ с бородатыми боевиками. И когда уже человек видит его вблизи, дело плохо.
Так же и помысел, он всё приближается, приближается и приближается, а потом начинается «артобстрел мозгов». И, соответственно, после того, как было утрачено равновесие, может быть, если человек не будет впадать в апатию, лежать на диване, глушить виски и т. д., а начнет молиться, «шевелиться» духовно, может быть, с помощью Божией дня через два-три тяжелое состояние отступит.
В момент самой атаки, находясь в здравом уме, человеку, может быть, и удастся понять, из-за чего было утрачено равновесие, и тогда постараться это исправить.
Бывает, что в момент атаки человек ничего здраво рассудить не может, потому что ум его парализован и ничего не видит. Но когда это состояние отойдет, тогда надо в состоянии смирения постараться понять, с чего всё началось, и опустить «находку» в копилку своего опыта, чтобы на будущее понимать, что за определенными состояниями чаще всего следуют такие-то последствия. Для того чтобы в будущем себя от этого хранить.
Запомнить, как это состояние появляется, просто. Вначале несется поток ваших мыслей, потом поток ваших мыслей ослабевает из-за какой-то страсти. Или ваши мысли становятся неблагообразными, особенно после просмотра большого количества каких-либо фильмов, новостей, не имеющих к вам лично никакого отношения. Они внимание человека расслабляют.
Профессор Ц. П. Короленко и академик Н. В. Дмитриева в статье «Психодинамика сект» говорят о том, что это – именно сектантский прием – погружение человека в область абстрактных понятий, то есть когда понятия не связаны с личностью самого человека, абстрактны для него, когда человек среди этих понятий вращается, себя перестает контролировать, его сознание открывается, и уже лидер секты через оккультные технологии может на него воздействовать.
Состояние, которое грозит вскоре перерасти в полноценную депрессию, начинается с «приглашения». То есть демонское искушение вначале приходит как некий вопрос: «Ну посмотри, но ведь они же гады?!» И если человек ушком к этому помыслу прислушается, он тут же «утаскивается». Человеку сначала предлагается какой-то вопрос, и когда человек соглашается на этот вопрос, тут же происходит подключение, захват.
Следующий пункт – это надежда. Если захват произошел, кажется, что нормальная жизнь уже никогда не возобновится. Кажется, что это состояние отныне будет всегда и вы в этом состоянии и умрете. Но здесь, как писал схиархимандрит Гавриил (Бунге), нужно проявить надежду, терпение. Там, где разум ваш уже не работает, нужно, несмотря ни на что, с надеждой это состояние стараться нести.
Но нести не с самоуверенным пафосом, что «я никогда не сдамся». Есть, конечно, оптимистичные демотиваторы, например, когда цапля проглатывает лягушку, а лягушка не сдается и держит цаплю за горло. И внизу подпись: «Никогда не сдавайся». Но когда сильные искушения начинаются, все бодрые картинки тут же забываются.
Потом, при углублении опыта, эти состояния, если Господь повспомоществует, могут начать запоминаться уже не на уровне анализа, а на уровне вкусовых ощущений. У апостола Павла есть слова в послании к евреям про людей, «у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла» (Евр. 5:14). То есть, когда у нас какая-то информация усваивается, появляется интуиция. Интуиция не в мистическом аспекте (озарения, инсайты), что очень опасно, а берем интуицию в привычном понимании – как накопленный опыт. Когда у человека есть опыт падений («и опыт, сын ошибок трудных, и гений, парадоксов друг»), то человек уже, как только попадает в ситуацию (гости, хохотушки), на которой он прежде ожегся и знает, чем это заканчивается и к чему приводит (духовное падение), – будет стараться этой ситуации избежать (откланяется, например, своевременно перед гостями и покинет мероприятие).