Иеромонах (Безкровный) – Практическое руководство к стяжанию Иисусовой молитвы (страница 21)
Пусть в сердце пребывает ум без грязи помышлений, чистый от образов и мечтаний. В этой молитве сердце всецело живет смирением и через него стяжает благодать. Смиришься до земли — окажешься на Небе. Осознаешь себя недостойным Бога — постигнешь Его, как Он есть. Бог любви и мудрости познается в тихости и святости. Потому что покой Божий, где нет никаких помышлений, есть сверхмысленное благо. Лукавые обольщения нападают на нас страстями и измышлениями. Любой помысл — это проявление несмирения. Отсеки в себе всякое противление смирению — и немедленно стяжешь благодать. В живой молитве мы открываем Богу наше безсилие, немощи, уныние и отчаяние. Так молитва становится сердечным искренним собеседованием с Богом. Заповеди Евангелия открывают нам тайну того, как живет Бог. Поэтому молящееся сердце нуждается в поддержке Божественной благодати, чтобы научиться жить жизнью Бога.
Сердце управляет умом, ум управляет дыханием, а дыхание управляет всем телом. Бог прост и пребывает в сердце человеческом, вместилище духа или сознания. Простота, подобная простоте детей, — великая добродетель для стяжания сердечной молитвы. В устной и умной молитве всегда может присутствовать некоторая доля актерства вследствие тщеславного молитвенного делания напоказ в присутствии других людей. Но в сердечной молитве, и тем более в непрестанной, такое просто невозможно. Благодать делает молитвенника естественным и простым без всякого притворства. Сердечная молитва обучает молящегося извлекать пользу из всяких обстоятельств. В неблагоприятных обстоятельствах он усиливает свое покаяние, а в благоприятных — изливает свою благодарность Богу, а Господь, ведя душу к спасению, поочередно прилагает к ней целительные пластыри смирения в виде обид и унижений.
Сердце теряется в безпрестанном кружении среди вещей, обстоятельств и безпорядочных помыслов. Это и есть мир суеты, создающий длительную и закоренелую привычку похоти плоти, очей и ума. Если их лишить привычной суеты, то эта застарелая дурная привычка кружить среди вещей мира внешнего и помыслов мира внутреннего еще долго продолжает терзать душу, не желая оставить ее. Когда ум с помощью благодати отрывается от безпорядочного парения в вещах и помышлениях, она начнет утверждаться в сердечных глубинах, становясь духовным сердцем, в котором сияет Христос. Преодолеть грех — значит преодолеть смерть. И это понимание должно сопровождать наше молитвенное устремление к свету. Чем горше скорби, тем слаще Возлюбленный Христос. Земля — место нашего изгнания из рая, Царство Божие — наша родина, куда нас приводит сердечная молитва.
Слепые мысли никогда не могут узреть сияние Божества, Его видит лишь чистое сердце, прозревшее в благодати. Чистое сердце зрит Бога сначала внутри, а затем и снаружи. Тогда Бог наполняет всего человека, а ум, сердце и душа начинают полностью жить только Богом. Мирное сердце — это благодатное сердце, живущее целиком по воле Господа. Уклонение от этой мирности есть разрыв с Богом и потеря благодати. Только став мирным, сердце может осуществлять внимательное наблюдение за каждым движением ума. Такое трезвение и бдительность сильно уменьшают количество помыслов, избавляя человека, в конце концов, от них полностью: «Сподоби, Господи, в день сей без греха сохранитися нам», — тщательное исполнение этого правила становится возможным лишь с овладением сердечной молитвой. Присутствие благодати помогает нам пребывать во внимании и трезвении внутри нашего сердца.
На вдохе тихо и очень мягко вводи ум с молитвой «Господи Иисусе Христе» в сердце, а при выдохе оставляй ум внутри со словами «помилуй мя!». Когда ум найдет сердце по его благодатному отклику, он горячо полюбит это спасительное делание так, что не захочет с ним никогда расставаться. Это указывает на то, что пришло время сердечной молитвы, молитвы любви, душевного радования и духовного веселия. Некоторые молитвенники иногда после вдоха задерживают дыхание, чтобы сердце внимало словам молитвы, а затем медленно и осторожно выдыхают, удерживая ум внутри. Тогда он перестает своевольничать и кружить в помыслах, но водворяется неисходно в молящемся сердце. Поначалу это трудно, но с практикой становится привычным и естественным, когда обретается сердечная молитва без малейших помышлении. Так приходит к молитвеннику Божественная благодать, дарующая непрестанную молитву.
Нам следует помнить, что до прихода в сердце Божественной благодати, предстоят великие труды с потом и усердием, поскольку внимательная молитва дается потом, а любовь — кровью самоотречения. В сердечной молитве душа впервые ощущает не мимолетную и душевную, но подлинную духовную радость и ликование, но затем снова возвращаются скорби и борения с приражениями страстей и помыслов, не оставляющих молитвенника. Пока у человека нет глубокого и всецелого покаяния, он деятельно служит людям, оставаясь мирянином. Но когда благодать коснется его сердца и зажжет в нем пламя покаяния, такой верующий оставляет мир и уединяется в монастыре, углубляя покаянное чувство в сердечной молитве. В миру невозможно жить с сердечной молитвой и сохранить ее там, поскольку она влечет сердце не отвлекаться ни на что другое. Поскольку не существует ничего более важного, чем молитва, следует оставить все и следовать за ней, чтобы она привела нас ко Христу и соединила с Ним навеки. Самая, казалось бы, полезная мирская деятельность — ничто, по сравнению со стяжанием непрестанной молитвы, так как эта молитва есть подлинное чудо Божие на земле нашего сердца. Слезы в сердечной молитве чрезвычайно ценны, но еще важнее живое чувство устремленности, верности и любви к Богу, наполненные глубоким покаянием.
Никогда не отступай вниманием от Бога, ибо, по словам свт. Григория Паламы, «ум, отступивший от Бога, становится или скотоподобным, или демоническим». Всегда следи умом за сердцем, чтобы в нем не прерывалась молитва ни днем, ни ночью. Стоит лишь малейшему греху проникнуть в сердце подобно ложке дегтя в бочку меда, вся духовная жизнь летит насмарку и, чтобы вернуть ее, нужно приложить немало трудов и душевных усилий в уединении. Если нет места для духовной жизни, живи умом во Христе. Если нет места для уединения, уединяйся в собственном сердце. Кто соединяет в себе все это, тот и есть молитвенник. То сердце приходит к духовной свободе, к совершенной свободе от помыслов, которое во Христе делает себя свободным от всяких мечтаний о вещах мира сего. Ум, совершенно не имеющий никаких мыслей, и сердце, полностью не имеющее никаких привязанностей, сливаются воедино и обретают Христа с помощью Святого Духа.
Суть заповедей Христовых — совершенная чистота сердца и полное внимание к нему. Плод сердечной чистоты — вечное спасение, а плод внимания к сердцу — Божественная благодать. Согласно наставлениям подвижников, вся жизнь человеческая — это путь ко все большему возрастанию в смирении. Тогда душа постоянно находится под Божественным покровом. Венцом смирения является смерть во всяком благочестии и чистоте, как завершение жизненного пути. Всякая иная жизнь — это мука и отчаяние. Святые молитвенники занимались сердечной молитвой не потому, что считали себя великими святыми, а потому, что видели себя великими грешниками. Так приходили они в смиренно и обретали благодать.
Однако почему множество ревнителей умной молитвы, которые постятся и совершают многочасовые ночные бдения, пребывают в различных телесных страданиях и сурово подвизаются, остаются ущербными и озлобленными? Потому что подобает прежде всего с помощью благодати обрести послушное и доброе сердце, любящее Бога и ближних, а затем сделать его кротким, недерзким, милующим и сострадательным. Они не поспешили вначале избавиться от земных привязанностей к чревоугодию, сребролюбию, к почету и уважению, к пристрастию к родным и близким, отсекая эти привязанности через душевную боль и скорби. Как же им обрести помощь Божию и в чем, если они, оставив постройку духовного фундамента, начали сразу возводить кровлю — поиски благодати в нерассеяной молитве?
В молитвенной жизни не те люди являются благодетелями, кто дают деньги, а те, кто возводят на нас клевету, поносят и унижают. Сердечная молитва в таких наиболее суровых искушениях, как клевета и презрение, укрепляется и обретает крылья благодати. Без глубокого и осознанного сердечного смирения аскетические подвиги часто становятся обычным телесным истязанием. Сокрушение эгоизма важнее ношения цепей, а уничтожение самолюбия важнее погружения зимой в ледяную воду. Смирившаяся душа, взявшая на себя подвиг духовного и телесного покаяния, скоро поставляет себя пред Самим Господом. Именно сердце отверзается молитвой к Божественной любви, так как само имя Иисуса несет в себе духовную радость и любовь, и этой любовью сердце начинает любить и само имя Божие, стараясь неустанно повторять Его и чувствовать в Нем нескончаемую сладость.
Любое дело следует начинать и заканчивать смирением. Это знак Божия благоволения и смысл всякой нашей богоугодной деятельности. Удостоверением этому служит сердечная молитва: она укрепляется, если наши поступки основаны на смирении, и угасает, если в нее проникает тщеславие от похвал и одобрений. Эта молитва может совсем прекратиться и нескоро вернуться, поскольку ей чуждо всякое прегрешение: дерзкое слово ослабляет ее, пустословие лишает молитву силы, а от тщеславия она уходит из сердца. Чтобы вернуть сердечную молитву, необходимо приложить много трудов, в самоукорении и слезах припадая к стопам Иисусовым. Скорби и искушения предназначаются гордым и тщеславным, а ленящимся и не соблюдающим посты и воздержный образ жизни — телесные болезни и недомогания.