Иэн Рэнкин – Заживо погребенные (страница 84)

Кафферти перевел взгляд на Дейви Хайндза, стоявшего у стены, прислонившись к ней спиной.

– Тебе так удобно, сынок? – Он, казалось, обрадовался, видя, что Хайндз растерялся и не знает, что ответить. – Как тебе нравится, детектив Хайндз, работать под началом женщины? Она, по всему видно, дает тебе прикурить?

– Послушайте, мистер Кафферти, – продолжала Шивон, не обращая внимания на его комментарии, – мы предъявили Донни Дау – вашему шоферу – обвинение в убийстве Лауры Стаффорд.

– Он не мой шофер.

– Но он числится в вашей платежной ведомости, – осадила его Шивон.

– Пусть так, но спросить с него по всей строгости не получится, – веско проговорил Кафферти. – Бедняга не понимал, что делает.

– Поверьте мне, все он отлично понимал. – Глядя на улыбающееся лицо Кафферти, Шивон мысленно выругала себя за то, что позволила ему втянуть себя в дурацкий спор. – Женщина, которую убил Дау, работала в сауне «Парадизо». Я уверена, что, если копнуть поглубже, наверняка выяснится, что хозяин этого заведения – вы.

– Когда соберетесь копать, запаситесь лопатой побольше.

– Вы хоть понимаете, что связаны с обоими – и с убийцей, и с жертвой?

– Он не убийца, пока обвинение против него не доказано, – напомнил ей Кафферти.

– Вы рассуждаете как настоящий знаток в подобных делах, в этом вам не откажешь.

Кафферти пожал плечами. Он все еще сидел со сложенными на груди руками; его расслабленный вид наводил на мысль, что он прямо-таки любуется собой.

– А теперь насчет Эдварда Марбера, – снова стала наседать Шивон. – В тот вечер, когда его убили, вы присутствовали на показе для избранных. Вы были одним из его клиентов. И по иронии судьбы, он был одним из ваших. Он встретил Лауру Стаффорд в сауне «Парадизо». Он снимал квартиру для нее и для ее сына…

– По-вашему, выходит…

– По-моему, выходит, что ваше имя фигурирует везде.

– Да, это вы уже говорили. Как мне помнится, вы произнесли: «всплывает в нескольких эпизодах». Вот это мы здесь и обсуждаем, сержант Кларк: эпизоды, случайные стечения обстоятельств, совпадения. Именно их и только их мы будет обсуждать, поскольку я не убивал Эдди Марбера.

– Он обманывал вас, мистер Кафферти?

– Нет никаких фактов, свидетельствующих, что он вообще обманывал кого-нибудь. Насколько я знаю, один человек не сошелся с ним во мнениях.

– И Марбер заплатил этому человеку пять тысяч фунтов за то, чтобы он молчал.

Лицо Кафферти стало задумчивым, а Шивон поняла, что в разговоре с ним надо быть внимательней и следить за тем, что она сообщает ему. У нее было такое чувство, что Кафферти испытывает непреодолимую тягу к информации, подобно той, какую некоторые люди испытывают к драгоценностям или к скоростным автомобилям. Однако уже сейчас определенный, хотя и небольшой, результат налицо: когда она вскользь упомянула о «Парадизо», Кафферти не стал отрицать, что является собственником этого заведения.

В дверь постучали. Когда она открылась, в комнату просунулась голова. Это была Джилл Темплер.

– Сержант Кларк? На пару слов.

Шивон поднялась со стула.

– Детектив Хайндз, побудьте с мистером Кафферти.

Темплер дожидалась ее за дверью, наблюдая за проходящими мимо офицерами, которые, завидев ее, ускоряли шаг.

– В мой кабинет, – коротко бросила она, обращаясь к Шивон.

Шивон напрягла все умственные силы, пытаясь угадать, что из совершенного ею могло вызвать гнев начальства. Но Темплер, войдя в свой кабинет, казалось, расслабилась. Она не предложила Шивон сесть и сама осталась стоять, оперевшись руками сзади о край стола.

– Я думаю, надо попытаться предъявить обвинение Малколму Нельсону, – объявила она. – Я обсуждала этот вопрос с налоговым ведомством. Ты довела дело до конца, Шивон.

Она имела в виду материал, который Шивон собрала на художника. Она заметила на ее столе знакомую папку.

– Благодарю вас, мэм, – ответила Шивон.

– Ты, похоже, не проявляешь энтузиазма.

– Просто я подумала, что есть кое-какие невыясненные моменты…

– Можно насчитать не один десяток, но посмотри, что мы уже имеем. Он рассорился с Марбером, причем на глазах у всех и при этом не стеснялся в выражениях. Он получил деньги – получил или вынудил дать их ему. Он слонялся возле галереи в тот вечер, когда произошло убийство – свидетели его опознали. – Перечисляя, Темплер загибала пальцы. – Вот тебе и мотив, и возможность.

Шивон вспомнила, как сам Нельсон говорил нечто подобное.

– На самый крайний случай мы можем получить ордер на обыск, – продолжала Темплер, – посмотрим, не выплывут ли еще какие-нибудь любопытные факты. Я хочу поручить это тебе, Шивон. То самое украденное полотно, возможно, висит у Нельсона в спальне, я почти в этом уверена.

– По-моему, это на него не похоже, – попробовала возразить Шивон, понимая, что возражение прозвучало неубедительно.

Темплер пристально посмотрела на нее:

– Почему всякий раз, когда я пытаюсь развернуть тебя в правильном направлении, ты сопротивляешься и создаешь мне новые проблемы?

– Простите, мэм.

Темплер, не сводя с нее глаз, вздохнула:

– Ну а что с Кафферти?

– Он по крайней мере явился без адвоката.

– Возможно, он не воспринимает этот вызов серьезно.

Шивон закусила губу:

– Если это все, мэм…

– Нет, не все. Я хочу, чтобы ты добилась ордера на арест Нельсона. И делать это надо быстро. А мистер Кафферти пусть немного попотеет…

– Я никогда не смог бы работать под началом женщины, – доверительно сказал Кафферти Хайндзу. – Рядом со мной всегда должен быть мой человек, понимаешь, о чем я?

Хайндз сел на стул Шивон. Оперся локтями о стол и сцепил ладони, а Кафферти, сидевший напротив, склонился над столом, положив на него ладони. Их лица сблизились настолько, что Хайндз мог уловить запах зубной пасты, которой пользуется этот бандит.

– Хотя и у тебя работа неплохая, верно? – продолжал Кафферти. – Быть копом, я это имею в виду. Правда, уважают их уже не так сильно, как раньше… может быть, и страху тоже поменьше. Ведь иногда они, страх и уважение, сливаются как бы в единое чувство, согласен?

– Полагаю, уважение – это то, что человек заслужил, – подытожил Хайндз рассуждения Кафферти.

– То же самое и со страхом, разве не так? – Для большей убедительности Кафферти поднял вверх указательный палец.

– Вам лучше знать.

– Вот тут ты прав, сынок. По тебе сразу видно, что ты не можешь навести страху на многих, но я, заметь, не говорю, что это плохо. Просто это результат моих наблюдений. Мне думается, сержант Кларк может нагнать больше страху, чем ты, если ее завести.

Хайндз мысленно вернулся на несколько минут назад, вспомнив, как Шивон проявила резкость разговоре с ним, как внезапно она изменилась. Он понимал, что винить в этом он должен только себя: надо было подумать, прежде чем готовить капкан…

– Она поставила тебя на место, верно?

Продолжая расспросы, Кафферти говорил так, словно между ними уже установились доверительные отношения. Он перегнулся через стол, приглашая собеседника к откровенности, а может быть, и к чему-то еще.

– А вы ведь говорите совсем не так, как должен говорить человек, практически приговоренный к смерти.

Лицо Кафферти искривила печальная усмешка.

– Ты имеешь в виду рак? Тогда, Дейви, позволь мне спросить тебя кое о чем: если жить тебе осталось совсем немного, стал бы ты делать все для того, чтобы как можно лучше прожить каждый оставшийся миг? В моем случае… возможно, ты и прав… возможно, я слишком разговорился.

– Я ведь не об этом…

Речь Хайндза была прервана звуком громко распахнувшейся двери. Он встал, уверенный, что это вернулась Шивон.

Но нет.

– Ну что, – спросил Джон Ребус, – неплохой сюрприз, а? – Он посмотрел на Хайндза. – Где сержант Кларк?

Хайндз нахмурился и, немного подумав, ответил:

– Разве ее нет в коридоре? Ее вызвала замначальника Темплер. Возможно, они в ее кабинете.