Иэн Рэнкин – Перекличка мертвых (страница 95)

Ребус оглянулся по сторонам в поисках возможного собеседника.

— О чем?

— О том, что мы причиняли Тенчу некоторые неудобства. Ведь это все равно выплывет рано или…

Она схватила его за руку и потащила к серой бетонной стене спортивного центра.

— В чем дело?

Но она не отвечала, пока не убедилась, что они отошли достаточно далеко. Но даже сейчас она придвинулась к нему почти вплотную, будто собираясь вальсировать. На лицо ее падала тень.

— Шивон, в чем дело? — настойчиво переспросил Ребус.

— Ты должен знать, кто виновник, — ответила она.

— Кто же?

— Кейт Карберри, — свистящим шепотом проговорила она.

Ребус молчал. Шивон подняла лицо вверх, к небу, и закрыла глаза. Ребус заметил, что ее пальцы сжались в кулаки, а тело буквально окаменело.

— Что произошло? — спросил он негромко. — Шивон, что ты, черт возьми, натворила?

Она открыла глаза, справилась со слезами, дыхание стало ровным.

— Сегодня утром я виделась с Карберри. Мы сказали ему… — Она помолчала. — Я сказала ему, что мне нужен Гарет Тенч. — Она посмотрела в ту сторону, где на земле лежал труп. — Возможно, он понял это вот так…

Ребус настойчиво пытался встретиться с ней взглядом.

— А ведь я видел его сегодня, — сказал он. — Он следил за Тенчем, когда тот вышел из Городского собрания. — Он сунул руки в карманы. — Шивон, ты сказала «мы»…

— Разве?

— Где вы с ним говорили?

— В зале для игры в пул.

— В том самом, о котором говорил Кафферти? — Дождавшись ее кивка, Ребус продолжал: — Кафферти был при этом? Говори! — Он прочел ответ в ее взгляде и изо всех сил врезал рукой по стене. — Господи! — закричал он. — Ты — и Кафферти?

Она снова кивнула.

— Уж если он вцепится в тебя, Шив, никакая сила не разожмет его клыки. За все эти годы, что мы с тобой знакомы, ты должна была это понять.

— Что мне теперь делать?

Он на миг задумался.

— Если ты будешь молчать, Кафферти поймет, что ты у него в руках.

— А если я во всем сознаюсь…

— Не знаю, — ответил он. — Возможно, снова переведут в отдел охраны порядка.

— А может, сразу подать рапорт об отставке…

— Что Кафферти сказал Карберри?

— Только то, что он должен сдать нам советника.

— Кому это «нам», Кафферти или закону?

Она пожала плечами.

— И как он должен был это сделать?

— Джон, ну откуда мне, черт возьми, знать. Ты же сам говорил, что он следил за Тенчем.

— От слежки до убийства большая дистанция.

— Для Карберри, может, и близкая.

Ребус опять задумался.

— Пока никому ни слова, — решительно сказал он. — Кто еще видел тебя с Кафферти?

— Только Карберри. В игровом зале были еще люди, но наверху были только мы втроем.

— А ты знала, что Кафферти там будет? — спросил он и, дождавшись ее кивка, добавил: — Так вы с ним обо всем условились?

Она снова кивнула.

— А мне сказать даже не подумала. — Он с трудом удерживался, чтобы не повысить голос.

— Вчера вечером Кафферти приходил ко мне домой, — созналась Шивон.

— Господи…

— Он владелец зала для игры в пул… поэтому он и знал, что Карберри там бывает.

— Тебе надо держаться от него как можно дальше, Шив.

— Знаю.

— Что сделано, то сделано, но нам надо что-то придумать.

— А что мы можем?

Он пристально посмотрел на нее:

— Я сказал «нам», но имел в виду себя.

— Потому что Джон Ребус может уладить любое дело? — Выражение ее лица стало чуть менее растерянным. — Ну уж нет, буду отвечать за все сама, Джон. Нельзя же все время рассчитывать на то, что ты придешь и спасешь.

— Может, прекратим изъясняться возвышенным стилем? — оборвал он ее, хлопнув себя ладонями по бедрам.

— А знаешь, почему я поддалась на уговоры Кафферти? Почему пошла в зал для пула, зная, что он будет там? — Ее голос дрожал от волнения. — Потому что он предлагал мне то, чего я уж наверняка никогда не добилась бы от закона. Ты же сам убедился на прошлой неделе, как действуют толстосумы и власть имущие… для них не существует преград. Кейт Карберри оказался в тот день на Принсез-стрит, потому что думал, что этого хочет его босс. Он считал, что заслужит расположение Тенча, если учинит как можно больше безобразий.

Ребус молчал, давая ей возможность высказать все до конца, а потом положил ей руки на плечи.

— Кафферти, — вполголоса начал он, — хотел убрать с дороги Гарета Тенча и с удовольствием использовал тебя как средство достижения этой цели.

— Но он уверял меня, что не хочет его смерти.

— А мне он говорил, что жаждет именно этого. Причем выразился красочно и без обиняков.

— Мы не просили Кейта Карберри его убивать, — упрямо повторила она.

— Шивон, — Ребус старался говорить как можно убедительнее, — вспомни, ведь минуту назад ты сама сказала: Кейт делает то, что, по его мнению, от него хотят — хотят те, в чьих руках власть, кто имеет возможность им управлять. А это такие люди, как Тенч… Кафферти… ну и ты. — Сказав это, он ткнул в нее пальцем.

— Выходит, я виновата? — спросила она, прищурившись.

— Все когда-нибудь ошибаются, Шивон.

— Ну, спасибо.

Повернувшись на каблуках, она быстро пошла назад по полю. Ребус опустил голову, посмотрел под ноги, вздохнул и полез в карман за сигаретами и зажигалкой.

Зажигалка оказалась пустой. Он тряс ее, дул в нее, яростно крутил колесико… но та лишь искрила. Он побрел обратно и, дойдя до полицейских автомобилей, попросил прикурить у одного из стоявших рядом полицейских. Коллега его выручил, и Ребус счел, что может попросить еще об одном одолжении.