Иэн Рэнкин – Музыка под занавес (страница 39)

— Едем в морг? — спросила Шивон, но Ребус покачал головой.

— Возьми с собой юного Тодда, — предложил он. — Нельзя стать настоящим детективом, пока не побываешь на вскрытии.

Хейс позвонила в «Риордан студиоз» и сообщила сотрудникам новости, а заодно убедилась, что Чарльз Риордан сегодня на работе не появлялся. Тиббет получил задание позвонить в «Каледониан» и проверить показания Ричарда Браунинга. Для этого ему предстояло просмотреть барные счета за целый вечер, причем никто не знал, сколько времени это может занять. В глубине души Ребус был уверен: Браунинг понадеялся, что полиция не примет его слова всерьез, но говорить об этом вслух не стал. Когда в рабочий зал заглянул дежурный сержант, Тиббет уже вовсю названивал в отель, и Ребус оказался единственным, кто ничем не был занят.

— Там внизу пришли, — сказал сержант. — Какой-то тип спрашивает, кому передать список русских… Я так и не понял — это первый состав «Сердец» на субботнюю игру или что-то другое?

Но Ребус сразу догадался, кем мог быть упомянутый «тип» и что за список он принес. По-видимому, Николай Стахов из русского консульства все же составил перечень проживающих в Эдинбурге соотечественников. Он, однако, не слишком торопился исполнить просьбу полицейских, и теперь Ребус сомневался, что они сумеют как-то этот список использовать. С тех пор как он просил русского об этом одолжении, ситуация коренным образом переменилась. С другой стороны, никакого другого занятия у него в данный момент не было, поэтому он кивнул и пообещал, что сейчас спустится.

Но когда Ребус появился в комнате ожидания перед дежуркой, он увидел, что мужчина, изучающий развешанные по стенам листовки с портретами разыскиваемых преступников, вовсе не Стахов.

Это был Стюарт Джени.

— Здравствуйте, мистер Джени.

Протягивая банкиру руку, Ребус постарался никак не показать своего удивления.

— Здравствуйте, инспектор, э-э…

— Ребус, — напомнил Ребус.

Джени кивнул, словно извиняясь за свою забывчивость.

— Меня просили кое-что вам передать, — сказал он, доставая из кармана конверт. — Честно говоря, я не знал, что в полиции приемом документов занимается сам инспектор…

— Я тоже не ожидал, что вы будете работать посыльным у русских.

Джени выдавил улыбку.

— Я столкнулся с Николаем в «Глениглзе». У него случайно оказался с собой этот конверт. Он упомянул, что должен завезти его к вам и…

— И вы сказали, что сделаете это вместо него?

Джени пожал плечами.

— Мне это совсем не трудно.

— Понятно. Ну а в гольф-то вы сыграть успели?

— Нет, я не играл. Наш банк устраивал презентацию, которая совпала с приездом наших русских друзей.

— Вот уж совпадение так совпадение. — Ребус ухмыльнулся. — Можно подумать, вы просто охотитесь на этих несчастных русских миллионеров.

На этот раз Джени расхохотался от души, даже голову запрокинул.

— Бизнес есть бизнес, инспектор. К тому же не стоит забывать — наш бизнес приносит пользу Шотландии.

— С этим я, пожалуй, соглашусь. — Ребус покачал головой. — Должно быть, именно поэтому вы и поддерживаете Национальную партию. Думаете, в будущем мае она опередит остальные?

— Я уже говорил вам при нашей первой встрече, что банк должен оставаться нейтральным. С другой стороны, Национальная партия набирает очки. Быть может, до полной независимости нам еще далеко, но она, скорее всего, неизбежна…

— К тому же независимость полезна для бизнеса?

— Национальная партия обещала снизить корпоративный налог.

Ребус повертел в руках конверт.

— А товарищ Стахов не сказал, что это за документы?

— Список русских, которые проживают сейчас в Эдинбурге. По его словам, это имеет какое-то отношение к смерти Федорова. Сам я не понимаю, какая тут может быть связь…

Джени вопросительно посмотрел на Ребуса, словно ожидая разъяснений, но тот ограничился тем, что сунул конверт в карман.

— Вы тоже кое-что мне обещали, — сказал он. — Как насчет информации по счетам Федорова? Вы что-нибудь узнали?

— Как я уже говорил, инспектор, существует определенный порядок. При отсутствии заинтересованного душеприказчика колеса вращаются довольно медленно…

— Ну а вы?.. Вы уже заключили какие-нибудь сделки?

— Сделки? — удивленно переспросил Джени.

— С русскими. С теми самыми русскими, вокруг которых мне полагается ходить на задних лапках.

— Вы неправильно поняли — никто не заставляет вас ходить, как вы выразились, «на задних лапках». Просто нам не хочется, чтобы у русских сложилось превратное представление о…

— О Шотландии? Но ведь человек был убит, мистер Джени, и с этим ни вы, ни я уже ничего не сможем поделать.

Дверь рядом со стойкой дежурного сержанта отворилась, и в вестибюль вышел Макрей. Он был в пальто и на ходу заматывал шарф.

— Есть какие-то новости по пожару? — спросил он у Ребуса.

— Нет, сэр.

— А со вскрытия?

— Тоже пока ничего.

— Но ты все еще думаешь, что это как-то связано с русским поэтом?

— Это мистер Джени, сэр. Он работает в Первом шотландском банке.

Старший детектив и банкир обменялись рукопожатиями. Ребус надеялся, что босс поймет намек, но — просто на всякий случай — добавил, что Джени обещал предоставить полиции сведения о банковском счете Федорова.

— Судя по вашим словам, — сказал Джени, — погиб кто-то еще. Кто?

— Один знакомый Федорова, — коротко ответил Макрей. — У него дома случился пожар.

— Боже мой!..

Ребус тоже протянул банкиру руку.

— К сожалению, мне пора, — сказал он. — Спасибо, что зашли.

— Да-а, — протянул Джени. — У вас, похоже, действительно хватает дел.

— Полным-полна коробочка, — улыбнулся Ребус.

Двое мужчин пожали друг другу руки, и Ребус повернулся, чтобы подняться к себе, но ему показалось, что Макрей и банкир намерены выйти вместе. Ребусу вовсе не хотелось, чтобы босс поделился с Джени еще какими-то подробностями дел из «полной коробочки», поэтому он попросил начальника задержаться на пару слов.

В результате этого маневра Джени ушел один, но, когда дверь за ним затворилась, Макрей заговорил первым.

— Как тебе Гудир? — спросил он.

— По-моему, парень толковый.

Макрей, похоже, ждал чего-то еще, но Ребус только сопроводил свои слова неопределенным пожатием плеч.

— Шивон, мне кажется, думает так же. — Макрей немного помолчал. — Когда ты уйдешь, состав группы изменится.

— Да, сэр.

— Я считаю, что Шивон почти созрела для повышения.

— Она давно созрела, сэр.

Макрей кивнул каким-то собственным мыслям.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — вспомнил он.