Иэн Бэнкс – Несущественная деталь (страница 127)

— И все же, — сказал Джаскен, когда они пролетали над игровыми площадками, лужайками и уголком большого лабиринта (почти все это было погружено в темноту и освещалось лишь тлеющими углями, занесенными сюда ветром из горящих лесов), — они, вероятно, ждали чего-то большего. — Еще один взгляд украдкой. — Я говорю о людях. О ваших людях. Они отдали…

— Да, мои люди, Джаскен, — сказал Вепперс, глядя, как верхолет выпускает шасси; аппарат сквозь темноту, огонь и неразбериху устремился к освещенному пламенем тору Эсперсиума. — Которым, как и тебе, всегда хорошо платили, о которых заботились, которые знали, что я за человек.

— Да, господин Вепперс.

Он посмотрел на Джаскена, когда они пролетали над крышами особняка. На черепице лежали горящие маленькие и побольше ветки, их пытались гасить немногие остававшиеся еще в имении служащие. «Бессмысленное занятие», — подумал Вепперс — крыша огнеупорная. Но с другой стороны, ведь люди должны же что-то делать.

Верхолет замер, готовясь опуститься в центральный двор.

— Тут есть кто-нибудь особенный для тебя, о ком я бы не знал, Джаскен? — спросил Вепперс. — Я имею в виду — в имении. Если кто и есть, ты это хорошо скрывал.

— Нет, господин Вепперс, — сказал Джаскен. Верхолет спустился в пустое сердце торообразного здания. — Никого особенного.

— Ну, это к лучшему. — Когда шасси коснулось плиток двора и верхолет замер, Вепперс посмотрел на свои старинные часы. — Нам необходимо вернуться через двадцать пять минут. — Он отстегнул ремни безопасности и встал. — Идем.

— Если хотите, я останусь с вами, — сказал Демейзен.

— Не хочу, — ответила Ледедже. — Уходите.

— Хорошо. Пожалуй, мне и правда лучше поторопиться. Там еще осталось, во что пострелять.

Посол Хьюэн подняла руку.

— Постойте. Вы не считаете, что нам понадобится дополнительная защита, когда прорвется вторая волна? — сказала она, смерив его скептическим взглядом.

— Я — другая моя часть, — возможно, уничтожит их, прежде чем они сюда долетят, — сказал Демейзен. — Сильно подозреваю, что запишу несколько на свой счет по пути к основному театру в Цунге. А кроме того, ребята с Внутренней системы и Планетарной обороны на сей раз будут иметь больше времени, чтобы лучше подготовиться. Похоже, эта волна готовится к краш-стопу. А это подразумевает более высокую степень точности стрельбы. Должно быть довольно безопасно. Он кивнул в сторону города, где от верхушек некоторых башен и небоскребов плыл рассеивающийся дымок. — Последняя надежда — вот для чего ваши всполохи. — Он загадочно посмотрел на посла, поклонился. — Прошу меня простить, мадам.

Хьюэн кивнула.

— Спасибо.

— Не за что. — Демейзен повернулся к Ледедже, подмигнул ей. — Ничего, вы это переживете.

Потом он превратился в серебряный овоид, стоящий на остром конце, и исчез с негромким хлопком.

У Ледедже перехватило дыхание.

Хьюэн посмотрела на автономник Олфес-Хреш, потом словно от усталости закрыла глаза.

— Ага, — сказала она. — Наконец-то мы получаем официальную версию. — Она посмотрела на Ледедже. — Мне сказали, что вы и в самом деле госпожа И'брек. В таком случае я рада видеть вас снова, Ледедже, тем более с учетом обстоятельств вашей смерти…

— Убийства, — сказала Ледедже. Она встала и подошла к окну, выходящему на городской парк. Она стояла спиной к женщине и автономнику, который парил у плеча посла. За пределами города сумеречный вечерний свет озарялся новыми всполохами в далеких темных тучах, которых не было там раньше.

— Значит, вашего убийства, — сказала Хьюэн. — Остальное, о чем говорил Демейзен…

— Все это правда.

Хьюэн помолчала несколько секунд.

— Тогда примите мое сочувствие. Искреннее сочувствие, Ледедже. Я надеюсь, вы понимаете, что у нас не было выбора. Мы должны были выпустить Вепперса. И иметь с ним дело.

Ледедже разглядывала далекие здания, видела, как рассеиваются маленькие облачка дыма. Глаза ее были полны слез. Она пожала плечами, сделала жест рукой, мол, ладно, бог с ним. Голосу своему она не доверяла.

В стекле она увидела, как Хьюэн чуть наклонила голову к автономнику.

— Олфес-Хреш, — сказала посол, — говорит мне, что в вашем распоряжении имеются крупные деньги на карточке в одном из ваших карманов. Я хотела спросить, что вы собираетесь делать сейчас, но…

В этот момент появился еще один серебристый овоид — точно в том месте, где прежде был овоид, унесший Демейзена. Овоид исчез за те доли секунды, что поворачивалась Ледедже, и когда она посмотрела в ту сторону, перед ней снова стоял Демейзен. Ледедже чуть не вскрикнула.

— Неожиданно нашлось дело тут, — сказал Демейзен, обращаясь к Хьюэн, потом коротким кивком поприветствовал Ледедже. — К вам опять гости. Я, пожалуй, останусь еще на несколько минут.

Хьюэн посмотрела на автономника.

— Бывший НКОД «Не тронь меня, я считаю» из Отдаления, — сообщил Олфес-Хреш. — Только что прибыл.

Появились и исчезли еще два серебристых эллипсоида, и они увидели двух высоких пангуманоидов, но определенно не сичультианцев: мужчину и андрогинную фигуру, которая больше была похожа на женщину, чем на мужчину. Мужчина был лыс и одет в простую темную одежду. Ледедже узнала его, хотя вид у него теперь более иноземный, чем во время их прошлого свидания. На его спутнице было нечто вроде серого костюма, еще более строгого.

— Пребейн-Фрултеза Йайм Люйтце Нсокий дам Волш, — проговорил автономник. — И Ав Химеранс бывшего НКОДа «Не тронь меня, я считаю».

— Госпожа И'брек, — вполголоса Сказал Химеранс, поклонившись. — Рад снова вас видеть. Вы меня помните?

Ледедже проглотила слюну, пожалела, что у нее не было времени вытереть глаза, и постаралась изобразить улыбку.

— Помню. Я тоже рада вас видеть.

Химеранс и Демейзен обменялись взглядами и кивками.

Демейзен уставился на Йайм Нсокий, обвел ее взглядом от ботинок до высокого воротника.

— Знаете, — сказал он, — я уверен, что видел кого-то еще из Покойни, одетого точно, как вы.

— Это называется униформа, Ав Демейзен, — терпеливо сказала Йайм. — Мы в Покойне одеваемся так.

— Нет!

— Мы думаем, что тем самым показываем уважение к тем, ради кого работаем.

— Правда? — У Демейзена был ошарашенный вид. — Черт меня подери, я и представить себе не мог, что покойники такие требовательные.

Йайм Нсокий улыбнулась терпеливой улыбкой человека, давно привыкшего к таким замечаниям, и приветственно кивнула, глядя на Ледедже.

— Госпожа И'брек, я проделала большой путь, чтобы увидеть вас. Как вы себя чувствуете?

Ледедже покачала головой.

— Так себе.

Демейзен хлопнул в ладоши.

— Что ж, хоть тут у вас и буйная развлекуха, но мне необходимо удалиться на расстояние в несколько гелиопауз. До скорого. Посол.

Хьюэн подняла руку, к явному недовольству Демейзена, останавливая его.

— По-вашему, Вепперс сказал нам правду? — спросила она. — Когда говорил, что еще не обозначил цели для этой второй волны кораблей?

— Конечно, нет. Я могу идти? Я хочу сказать, я собираюсь, но с вашего разрешения, поскольку мы, похоже, соблюдаем здесь чудовищно корректный протокол.

Хьюэн улыбнулась и коротко кивнула ему.

Прошли доли секунды после кивка Хьюэн, как эллипсоид образовался и схлопнулся. На сей раз с более громким звуком. Хьюэн увидела, как снова расслабились плечи Ледедже.

Девушка покачала головой и пробормотала:

— Извините. — Она снова отвернулась и встала лицом к окну.

— Нас не слушают, Олф? — спросила Хьюэн у автономника.

— Нет, мадам, — ответила ей машина.

— Госпожа Нсокий, Ав Химеранс, — сказала посол. — Чему мы обязаны честью?

— Меня командировала Покойня встретиться с госпожой И'брек, поскольку она была недавно конфигурирована, — сказала Йайм Нсокий.

— А я обещал госпоже Нсокий доставить ее сюда, — сказал Химеранс. — Хотя я также думал, что мне доставит удовольствие засвидетельствовать свое уважение госпоже И'брек.

От окна, где Ледедже разглядывала свое отражение, донесся какой-то мучительный звук, ее нос почти прижимался к стеклу, а пальцы правой руки впились в кожу запястья левой. Все повернулись в ту сторону.

Ледедже развернулась.