Иэн Бэнкс – Черта прикрытия (страница 87)

Ее зрение постепенно ухудшалось и в конце концов испортилось совсем. Теперь она больше не могла вести дневник в обугленной книжице: буквы становились все крупнее и крупнее, и она поняла, что однажды ей придется отводить по странице на букву, чтобы различать текст. Но это бы ей не очень помешало, ведь за столько лет она, как ни старалась, так и не исписала книгу до конца, заполнив ее лишь на две трети. Вскоре за ней придет смерть, а в книжке до сих пор оставались чистые листы.

Но ей подумалось, что такие крупные буквы насмешат того, кто когда-нибудь прочтет записи, покажутся ему знаком себялюбия, так что мало-помалу она совсем забросила записи. Она уже давно изложила о себе все, что хотела, и продолжала вести дневник скорее по привычке, которая в последнее время стала ее утомлять.

Она стала рассказывать свои истории новеньким послушницам. Те, верно, думали, что она совсем из ума выжила, но она ведь была Верховной Матерью, поэтому они слушали да помалкивали. А может, в те дни молодежь наконец-то стали воспитывать в почтении к старшим.

Голосовые связки у нее тоже ослабели, но она продолжала ежедневно посещать часовню и долго сидела там с закрытыми глазами, восторженно внимая прекрасному, необыкновенному, восхитительному пению.

Наконец она так одряхлела, что не могла больше передвигаться и только лежала в ожидании смерти, и тогда к ней явился ангел.

ДЕВЯТНАДЦАТЬ

Тяжеловооруженный джлюпианский крейсер Укалегон[27] доставил Джойлера Вепперса в пещерный город Айобе на планете Вебецуа меньше чем за два дня — в сорок раз быстрее, чем мог бы это сделать корабль Сичультианского Установления. Вебецуа находилась на самом краю Сичультии, в маленькой звездной спирали под названием Чжунцзунзанский Водоворот. Среди этих старых, разбросанных довольно далеко друг от друга звезд лежала и система Цунга.

— Конечно, я говорю серьезно. Почему мне нельзя его купить?

— Они не предназначены для продажи.

— Почему?

— Это противоречило бы нашей политике.

— Так смените ее.

— Политику не меняют.

— Почему политику нельзя изменить?

— Потому что смена политики несовместима с политикой.

— Вы ходите по кругу.

— Я просто следую за вами.

— Нет. Я рассуждаю прямо и логично. Вы же уклоняетесь от ясного ответа.

— И тем не менее.

— ... что? Тем не менее все останется как есть?

— Да.

Вепперс, Джаскен, Сингре и полдесятка сичультианцев из свиты магната, а также ближайший помощник джлюпианского консула и офицер среднего ранга из команды Укалегона с некоторым трудом втиснулись в трософлайер, державший путь по одной из самых больших карстовых пещер Айобе. Пещера уходила вглубь примерно на километр и напоминала огромную узкую трубу, по дну которой текла извилистая речушка. Здания, террасы, бульвары и аллеи пещерного города тянулись от речушки вверх по трубе, нарастая уровень за уровнем, словно многовековые осадочные отложения. Примерно на середине пути ко входу в пещеру здания начинали походить на уступы скал, а некоторые постройки расположились даже выше, прильнув прямо к нависающему над городом навершию пещерной стены. Подвески трософлайера же были размещены еще выше. Рельсотросы были закреплены у свода на специальных консолях, и вся эта конструкция громоздилась над портальными платформами, как череда исполинских подъемных кранов. Свод пещеры был в нескольких местах продырявлен. Дыры, судя по их строго овальной форме, были искусственного происхождения, и через них стареющее вебецуанское солнце посылало на трассу косые плитчатые отсветы.

Яркость светила медленно нарастала, и планета получала от него слишком много света. Вебецуанские континенты состояли преимущественно из эродированного известняка, а это значило, что в глубинах планеты имеется разветвленная сеть карстовых пустот. Там укрывались от беспощадного солнца обитатели этого мира — автохтонные животные и сичультианские колонисты. Пригодные для проживания людей зоны располагались на слишком высоких или слишком низких широтах, и лишь полюса оставались оазисами свежего умеренного климата. Здесь на склонах холмов иногда можно было увидеть снег.

— Сингре, — обратился Вепперс к своему джлюпианскому конфиденту, сокрушенно покачав головой, — ты мое доверенное лицо и ближайший посредник в бизнесе. Я, пожалуй, могу даже назвать тебя своим другом, какой бы смысл вы, чудаки-инопланетники, ни вкладывали в это слово. Но в данном случае я вынужден общаться через твою голову. Или панцирь.

— Панцирь. Хотя в нашем языке смысл примерно аналогичного выражения сводится к тому, что я должен выйти за пределы области твоего влияния.

— С кем мне поговорить?

— О чем?

— О покупке корабля.

— Ни с кем. Такие вещи называют у нас неприкрытыми. Никто не станет вести с тобой таких переговоров.

— Неприкрытыми? Это означает то же самое, что и несовместимые с политикой?

— Да.

— Лейтенант, — Вепперс обернулся к судовому офицеру, парившему в воздухе за его спиной; двенадцать своих конечностей офицер аккуратно раскинул по блестящей металлической подушке, служившей ему, как и остальным джлюпианам, переговорным устройством и креслом, — это правда?

— Истинность какого высказывания вы желаете установить, господин?

— Правда ли, что купить один из ваших кораблей невозможно?

— Купить у нашего Военно-Космического Флота корабль, принадлежащий Военно-Космическому Флоту, невозможно.

— Почему невозможно?

— Это расходится с нашей политикой.

Вепперс тяжко вздохнул.

— Я это уже слышал, — сказал он, посмотрев на Сингре.

— ВКФ редко продает свои корабли и никогда — лучшие из них, — объяснил Сингре.

— Но ведь вы уже наняли его для меня и моих людей, — заметил Вепперс.

— Ничего подобного, — возразил офицер. — Мы продолжаем контролировать судно. Это не то же самое. Если мы продадим его вам, контроль перейдет к вам.

— Но ведь я не прошу многого, — настаивал Вепперс. — Всего один корабль. Я же не собираюсь покупать весь ваш флот. Это же такая мелочь. Вы, положительно, слишком придирчивы.

Вепперс однажды поинтересовался у посланницы Хюэн, можно ли купить корабль Культуры. Та секунду изумленно смотрела на него, потом покатилась со смеху.

Флайер набрал высоту, обходя большой мост, преграждавший им путь.

Конечно, это описание было не вполне точным. Нос кораблика оставался на том же уровне. На самом деле жупельная лебедка, управлявшая их передвижениями высоко наверху, чуть подтянула флайер вверх за четверку прикрепленных к его носу невидимых моноволоконных нитей. Но результат получился такой же.

Летательные аппараты в городе Айобе были под запретом, неукоснительно соблюдаемым веками. Полеты флайеров сперва, в виде исключения, разрешили, но после того, как в нескольких воздушно-транспортных происшествиях пострадали памятники пещерной архитектуры — величественные здания и череспещерные мосты, — разрешение это было отозвано, и в дальнейшем флайеры передвигались по пещерному городу только на рельсотросах, прикрепленных ко своду и управляемых автоматической транспортной системой.

— Лучшие корабли Джлюпе принадлежат джлюпианскому флоту, — сказал лейтенант. — Мы полагаем, что такой порядок вещей должен быть сохранен. Если гражданские аппараты превзойдут военные корабли, могут иметь место неприятные последствия. Государственные структуры в большинстве своем разделяют нашу политику.

— А что, сичультианцы продают свои корабли цивилизациям низшего уровня? — поинтересовался Сингре.

— Я очень хорошо заплачу, — Вепперс повернулся от Сингре к лейтенанту. — Дам очень высокую цену. Можете снять с него орудия, если хотите. Мне нужна только скорость.

— Корабли Культуры еще быстрее, господин, — заметил Джаскен.

Вепперс холодно посмотрел на него.

— До сих пор?

— Некоторые из них, — признался лейтенант.

— Сколько бы стоил корабль такого класса, как Укалегон? — спросил Джаскен лейтенанта. — Если бы его можно было купить?

— Не могу сказать, — ответил офицер.

— Вы же должны это знать, — настаивал Вепперс. — Вы должны как-то подбивать баланс их эксплуатации и составлять бюджет, в котором было бы указано, сколько таких кораблей вы можете построить и обслуживать.

— Трезвая оценка его стоимости дает цифру, превосходящую весь ВНП Сичультианского Установления, — сказал Сингре.

— Сомневаюсь, — улыбнулся Вепперс.

Сингре издал звук, довольно удачно имитировавший хихиканье.

— И все же это так.

— Кроме того, — прибавил лейтенант, — мы должны соблюдать договоренности.

Вепперс и Джаскен посмотрели друг другу в глаза.

— О да, готов побиться об заклад, что такие договоренности существуют.

— Как ответственные члены галактического сообщества цивилизаций и Галактического Совета, — проговорил офицер, — мы выступаем фигурантами договора, который обязывает нас воздержаться от переброса определенных технологий.