Иден Хол – Развод. Гори все огнем (страница 8)
– Вот не была ты такой стервой, Таня.
– Знала бы я про Аню, и не такой была бы, – испепеляю его взглядом, потому что сейчас, у него на руках, я на уровне его лживых глаз. Держусь за ворот его крутки, будто душу вытрясти хочу. Очень хочу!
Потому что он бессовестный и бездушный урод!
Где мой муж? Где тот мужчина, которого я так любила?!
Костя выходит с участка и поворачивает вновь не в ту сторону.
– Скотина, ты, Ковалев. – Еложу у него на руках, – Куда ты меня тащишь? Мне в травмпункт нужно!
– Да отвезу я тебя в больницу! – Рычит, не разжимая зубов, и идет упрямо в снегопад, дорожка скрипит под ногами. – Только ты сначала оденешься нормально! А не будешь носиться без трусов по городу! Сейчас Аня тебе что-нибудь подберет подходящее.
– Я не буду носить вещи твоей любовницы!
– А что будешь? В бутик по дороге заскочим? Ой, прости, карта сгорела, а наличку сперли, – мистер сарказм заливается изо всех сил. – Что скажу надевать, то и наденешь!
– Ты больше не имеешь права мной командовать! Я не собираюсь терпеть это все и жить с тобой! И подчиняться тебе я не буду!
– Посмотрим.
Глава 7
Таня
– Я, между прочим, несу тебя на руках! – не выдерживает Костя спустя половину пути, – как и всегда носил! У тебя было все, что ты хотела! Красивая одежда, салоны красоты, отдых три раза в год! Мало тебе было?! – у него будто тоже накопилось, что мне высказать, но это невероятно несправедливо, и я придушила бы его своими руками, если бы могла.
– Не все у меня было, Костя, – я знаю, он поймет о чем я. То, что я хотела больше всего, у меня так и не получилось. Зато получилось у его бухгалтерши. Трижды!
Гад!
А он идет, пыхтит уже от моего веса на руках, но упрямо тащит.
– Для тебя моя любовь и забота ничего не значат, да? – в голосе неподдельная обида.
– Где же тут любовь? У тебя постоянная любовница!
– А это тут ни при чем!
– Когда любят, не предают!
Едва не спотыкается на углу улицы, кидает на меня испепеляющий взгляд.
– Когда любят, отдают всего себя! Наизнанку выворачиваются, чтобы любимой было хорошо! Жертвуют ради нее всем! Покоряют горы, открывают бизнес, строят самый лучший дом! – голос эмоционально срывается.
А мне обидно до дрожи.
– И делают троих детей другой женщине?! – кричу на него. Плевать на его признания и перечисления достижений, которыми он так гордится. – Мы были в браке семь лет! Семь! А дети у нее! У твоей бухгалтерши! Ты урод, Костя! Больной урод!
– Знаешь что? – встает как вкопанный посреди дороги, мой халат подхватывает ветер, и холод схватывает голые ноги. Но холод в глазах мужа сильней. – Даже после всех гадостей, что ты мне наговорила, я все равно тащу тебя! Не бросил в сугроб, как ненужную суку! Стервозную неблагодарную дрянь! Потому что я люблю тебя, Таня!
– Нельзя любить так!
– Нельзя? – прищуривается, верхняя губа вздрагивает. – А я вот люблю. Даже без детей! Цени это… Таня!
Я задыхаюсь от его слов, меня окатывает таким жаром, что весь уличный мороз сразу перестает ощущаться. Прежде чем понимаю, бью его ладонью по щеке. Голова Кости дергается, но он даже не притормаживает.
Даже?
Без детей?!
Пять лет я уговаривала его завести ребенка, а он убеждал меня, что еще рано, что сначала надо немного пожить для себя, насладиться друг другом. Ведь пока нет детей, это такая свобода, которую потом мы никогда не вернем.
Потом он говорил, что нужно встать на ноги, магазин поднять, чтобы дети могли иметь все, что только потребуется. Мне карьеру развивать, чтобы я хорошо зарабатывала и успела хоть немного реализоваться в профессии. И я соглашалась!
Как могла не согласиться, ведь это мой любимый мужчина, я доверяла ему, верила, что все для блага нашей семьи, а он ее настоящий глава!
А потом он все же согласился. О чудо! Два года назад мы начали пытаться, отказались от контрацепции, проверились у врачей. Залюбили друг друга до такой степени, как до брака не было, из постели не вылезали! Все делали! И без толку!
А все это время у него уже были дети!
– Ты не сволочь, ты хуже. Лицемер!
– И такую люблю.
– Ненавижу… – едва могу произнести, но все мои чувства кристально чисты, как слеза моих не рожденных детей.
– Да плевать мне, – сворачивает к калитке и распахивает ее ударом ноги. – У тебя будет время и возможность осмыслить это. Я дам их тебе.
– Избавь меня от своих подачек.
– Глупо, Таня. Очень глупо, – заносит на крыльцо, стучит в дверь, – Аня! Открой!
Мне хочется спрыгнуть и убежать еще раз, но пальцы Кости впиваются в мои ребра и бедра так сильно, что причиняют боль. Не выпустит меня из рук, как ни вырывайся. Да и куда я с поврежденной ногой? Унижаться и ползать я не собираюсь.
– Что такое? – Анна распахивает дверь, и выражение ее лица меняется мгновенно, я буквально вижу отношение ко мне, что проявляется сквозь радушную маску.
Она совершенно точно мечтала, чтобы я замерзла где-нибудь в сугробе, и нет предела ее разочарованию, что Костя притащил меня назад.
Что ж. Взаимно. Учитывая открывшиеся обстоятельства.
Не будем лгать себе и друг другу.
– Пропусти, – двигает ее моими ногами и входит.
– Что произошло? Чего ты ее несешь? – суетится.
– Детей в комнату закрой, – отдает команду Костя и несет меня в гостиную, – лед в пакете, полотенце, обезболивающее и воду. И одежду для Тани!
Аня растерянно спотыкается от списка поручений и смотрит на меня. Что-то понимает.
А Костя заносит меня в комнату и укладывает на разложенный диван. Подтягивает под мою спину все подушки, заставляет прилечь. Потом приседает возле моих ног и снимает осторожно кроссовок.
– Уже отекать начинает, – задумчиво ощупывает щиколотку. У него шизофрения? Я словно во сне и вижу все того же любящего мужа, что был у меня вчера перед тем, как мы легли спать. – Может и перелом, – берет руками ногу и пытается повернуть ступню.
– Ай! Оставь в покое! – терпеть это сложно.
– Или вывих, – цыкает и качает головой, – нужно на рентген. Я сейчас.
Встает и уходит с криком:
– Аня! Где лед?!
Я пытаюсь пошевелить ногой и морщусь, она и правда отекает, и боль пульсирует сама по себе, даже без движения. Черт, вот угораздило же к проблемам еще это добавить.
Приходит Анна с пакетом льда и маленьким махровым полотенцем, но не спешит мне его отдавать, рассматривает меня беззастенчиво, будто я не живой человек, а экспонат в музее.
– Ну и что ты опять выкинула? Мало тебе его внимания?
Я чувствую почти на физическом уровне, как от нее фонит ревностью, словно радиацией!
– Ну что ты стоишь? – возвращается Костя и отнимает лед и полотенце, присаживается ко мне и накладывает компресс на ногу. – Где таблетки?
– Просто отвези меня в больницу, – сквозь зубы прошу я, что-то, чем сильней оттаивает нога с мороза, тем сильней болит.
– Отвезу, не беспокойся, – в мгновение лицо меняется, глядя на меня, – тебе удобно? Очень болит? – одну из маленьких подушек подпихивает осторожно под ногу, устраивает лед удобней.
Я впадаю в легкий диссонанс, ловлю испепеляющий взгляд Ани. Ну, отлично, мне еще этой ревнивицы для полного счастья не хватает. Могу представить ее чувства при виде меня. За столько лет и с тремя детьми, мужик все еще со мной, а не у нее в уютном гнездышке.