Иделия Марс – По Ту Сторону Двери (страница 5)

Странное чувство пробудилось во мне – смесь печали с огромной радостью. Почему же печали?.. Возможно потому, что мы долго не общались… Наверное, тому были какие-то причины. Отчего-то эти мысли пробудили во мне новую волну грусти, и я решила не копаться в своей несовершенной на данный момент памяти и просто наслаждалась минутами этой приятной неожиданной встречи. Я была бесконечно рада ей.

Я немного отстранилась назад, чтобы получше разглядеть Ника, и положила руки на его плечи. Под светлой рубашкой я почувствовала упругие мышцы, и это меня опять немного смутило, поэтому я быстро и неуклюже опустила руки.

– Подожди-ка! А где тот пухлый мальчик из школы? Где этот толстопуз с пухлыми щечками? – игриво поинтересовалась я.

В школьные годы Ник был единственным человеком, кроме моей дорогой подруги Элисон, с которым я могла быть собой.

– О Лил! Я уже давно не пухлый мальчик! Ты многое упустила! – рассмеялся Ник.

Я же представляла себе Ника-школьника и не могла поверить, что это тот самый Ник – мой верный друг детства.

Мы молча стояли и улыбались.

Встреча была действительно очень приятной и неожиданной. В голове, как яркие искорки салюта, то и дело вспыхивали школьные воспоминания. К своему удивлению, я их отчетливо помнила, и это меня очень радовало. В душе зажглась новая надежда. Возможно, совсем скоро память полностью восстановится. В таком случае я могла бы получить непоколебимую уверенность, что ничего мне не угрожает. И возможно, оказалось бы, что никакой угрозы и не было. И все эти переживания закончились бы, как один из моих кошмарных снов.

Я погрузилась в школьные воспоминания.

Я не очень любила школу и была самой тихой, невзрачной девочкой, сидящей за задней партой и молча наблюдавшей за всеми. Наверное, все думали, что я ужасная, чересчур замкнутая зануда, так как училась я очень хорошо, добросовестно выполняя домашние задания и получая только хорошие отметки. Несложно догадаться, что это была одна из причин, по которым одноклассники проявляли ко мне интерес. Мои собеседники надеялись, что я им помогу сделать тест или решить какую-нибудь математическую задачу, которая им была не под силу, или же подскажу правильный ответ на контрольной работе. Либо, как мне казалось, некоторые пытались завести со мной беседу из приличия и ради соблюдения этикета, потому что были чересчур воспитанными. Таких было меньшинство. Но обычно тем для разговоров у меня с ними не находилось. Я чувствовала, что уже переросла все эти беседы, как правило заканчивающиеся сплетнями про учителей или учеников, которые отличились, совершив какой-нибудь проступок.

Мне же нравилось наблюдать за Уиллом. Он был звездой в классе, и все девочки сходили по нему с ума, и я не была исключением.

Я также любила наблюдать за одноклассницей, которую звали Джоанна. Она была настоящей звездой среди девочек – королевой нашего класса, а, возможно, и всей школы.

И все же общий язык я нашла только с Ником, с пухлым заучкой в очках, который тоже особо ни с кем не общался, кроме меня. Так мы и подружились, находя утешение в компании друг друга.

Он был единственным, кто замечал меня и постоянно подавал мне ручку, когда она скатывалась с парты, в то время как я в очередной раз витала в облаках или погружалась в фантазии об Уилле.

У нас с Ником было секретное место – озеро в полутора милях от школы. Мы подолгу сидели там и обсуждали всякую чепуху, рассказывая друг другу о своих мечтах. Ник мечтал помогать людям – стать врачом или пожарным. Иногда мне казалось, что пожарным он хотел стать из-за того, что случилось с моей семьей. А возможно, просто из добрых побуждений, чтобы помогать людям. Ник был очень внимательным и умным мальчиком.

Я же не знала точно, чего хотела, не считая того, что определенно жаждала уехать из той глуши, где каждый уголок напоминал все плохое, что со мной там случилось.

Мои мысли прервал голос Ника:

– Ты прекрасна… как всегда, Лил, – задумчиво улыбаясь, сказал он. – Несмотря на то, что с тобой произошло… – В его глазах промелькнула грусть.

Я отвлеклась от нахлынувших воспоминаний и застенчиво улыбнулась в ответ.

– Спасибо… – тихо сказала я и немного нахмурилась. Ведь прекрасной я себя никогда не считала. Смутившись, я вновь опустила глаза.

– Ты… отлично выглядишь, – так же смущенно, но искренне, призналась я. Прикусив губу, я тут же тихо обругала себя за то, что не смогла быть более сдержанной и скрыть свое восхищение.

Ник расплылся в улыбке.

– Не помню, чтобы ты делала мне когда-либо комплименты, – съязвил он. – Присаживайся, Лил. Я уже просмотрел твой медицинский файл. Давай поговорим. Помни, что я не просто психолог – я твой друг, который искренне хочет тебе помочь, – сказал Ник, глядя мне в глаза и изучая мое измученное худощавое лицо.

– Спасибо, я знаю, – поблагодарила я его и присела на стул, заправляя волосы за ухо.

– Как же все символично! – воодушевленно говорил Ник.

Я вопросительно на него посмотрела.

– Ты не помнишь, какой сегодня день? – удивился Ник.

Я напряглась, но не имела понятия, какое сегодня число, и поэтому в нетерпении продолжала смотреть на Ника, ожидая ответа.

– Четвертое июня! Ну, Лил, давай! Вспоминай!

Воспоминание резко вспыхнуло в памяти как искорка, и я, долго не раздумывая, зацепилась за эту молниеносно пронесшуюся первую мысль.

– Конечно помню, – довольно произнесла я, гордясь тем, что мне удалось вспомнить. – Десять лет с окончания школы! – уверенно сказала я, удивляясь про себя, как много времени прошло.

– Верно! – подтвердил Ник. – Значит, память не так сильно пострадала, – сказал он, будто читая мои мысли. – Доктор мне рассказал, что у тебя частичная амнезия, и вызвана она, скорее всего, психологической травмой.

Я кивнула.

Ник уткнулся в свои бумаги и, посмотрев на меня, немного помолчал. Он тихо постукивал ручкой по столу и резко остановился.

– Лил, чего ты боишься? – подняв глаза, неожиданно спросил Ник.

Я совсем не была готова к такому прямому и четкому вопросу, но начала искать ответ среди путаницы своих хаотичных мыслей. Мысль о том, что меня кто-то пытался убить, вновь выделилась из этого хаоса, но я быстро ее отбросила. Я не хотела перебирать все свои страхи и сказала то, что следующим пришло в голову:

– Насекомых… – Я даже загордилась тем, что мне не пришлось врать.

– Хммм… у тебя энтомофобия… – Ник делал какие-то записи. Я кивнула.

– Что тебя сейчас тревожит? Когда у тебя появилась тревожность? Сразу после аварии? – Ник стал совсем серьезным и сконцентрированным, продолжая просматривать бумаги, которые, судя по всему, были моими медицинскими документами. Он вновь остановил взгляд на мне, ожидая ответа.

– Я… я точно не знаю… Мне кажется, я всегда была такой, – растерянно пожала я плечами. – Я себя чувствую неплохо, – заверила я его… – Просто эти кошмары… И голоса…

– Голоса? – сразу же насторожился Ник.

– Нет… в смысле… я имела в виду во сне! – Я нервно засмеялась. – Ты что! Я же не сумасшедшая!.. Голоса я не слышу, – быстро оправдалась я, непроизвольно сжимая сидение стула, словно я действительно была не в себе.

Ник слегка улыбнулся:

– Ну, сумасшедшие понятия не имеют о том, что они сумасшедшие.

Я смутилась.

– Это я не про тебя, – рассмеялся и быстро поправил себя Ник, увидев мое смущение.

Мне стало немного некомфортно от этой шутки, ведь он был прав.

– Насколько сильно тебе сейчас тревожно? – продолжал допытываться он. – Я имел в виду… – Ник замолк на секунду. – Тебе все так же кажется, что тебя пытались убить? – как гром пронзил меня его вопрос.

Он внимательно вглядывался в мое лицо, не отводя взгляда ни на секунду.

Я насторожилась.

– Как?.. Откуда ты… – растерянно бормотала я.

Взгляд Ника смягчился.

– Я общался с мистером Греем и знаю, что ты думаешь насчет аварии, – осторожно перебил меня он.

Я сделала небольшую паузу, собираясь с духом.

– Сейчас мне намного лучше. – Я старалась говорить как можно увереннее, что у меня, скорее всего, плохо получалось, и мои слова звучали как жалкие оправдания. Я опустила голову и, немного подумав, решила ему признаться. В детстве я всегда была честна с Ником и доверяла ему, и в этот раз я решила сказать правду.

– Хотя… мне иногда кажется… – неуверенно начала я, – …что там был кто-то еще…

– Кажется? – осторожно переспросил он.

– Я не помню аварию… это странно… но что-то мне говорит…

– Говорит что? – вновь нетерпеливо перебил меня он.

– Что мне угрожала опасность…

Я замолкла. Ник задумался.

– Надо все вспомнить… Это важно… для тебя, – сказал он.

Я неуверенно кивнула.

Ник встал и подошел к шкафчику и взял оттуда небольшую пластиковую баночку, судя по всему, с таблетками.

– Я могу тебе прописать вот эти таблетки и еще кое-что… – протянул Ник и задумался. Он положил баночку напротив меня.