Ида Туфте Микельсен – Альма Френг и солнцеловы (страница 7)

– С помощью большого и среднего пальцев, конечно, – ответила Элионора. – Щёлкать пока не будем, но полезно выработать правильную технику с самого начала. Вот, смотри, – Элионора подняла руку на уровень груди, соединила кончики большого и среднего пальцев, – между этими двумя пальцами скоро окажется твоя нить времени.

Альма поморгала.

– А где же она сейчас тогда? – спросила она наконец.

– Каждая нить проходит по-своему, – сказала Элионора, – и потому они располагаются у всех по-разному. Чаще всего на уровне груди.

Она нахмурилась и стала вглядываться в Альму.

– Подвигайся немного, будь добра.

Альма, которая не очень-то поняла, что имела в виду Элионора, стала делать какие-то неловкие волнообразные движения локтями и бёдрами.

– Вот! – воскликнула довольная Элионора. – Прямо над пупком.

Альма поглядела туда, где под одеждой находился её пупок.

– Тебе повезло, а то некоторым приходится наклоняться к щиколоткам. Постоянно так делать не особенно удобно.

– Я ничего не вижу, – смущённо сказала Альма.

– Конечно, не видишь. Тут сноровка нужна. А вот почувствовать её сможешь. Теперь подними правую руку и помести на несколько сантиметров выше пупка.

Альма подняла руку, так чтобы кончики пальцев оказались как раз у живота. Элионора продолжала держать руку у груди.

– Теперь средним пальцем коснись большого, осторожно.

Альма повиновалась. Один раз, два, три, четыре, пять.

– Ничего? – спросила Элионора.

Альме показалось или она расслышала в её голосе беспокойство? Неужели Альма не справилась? Может, Альме не дано почувствовать нити времени?

– Не похоже, – отозвалась она.

– Не страшно, попробуй ещё.

Альма снова опустила средний палец на большой. Ничего. Слишком это всё хорошо, чтобы оказаться правдой. Она же всегда это знала. Элионора ошибается. И Альма испугалась, что бабушка это тоже поймёт. Альма Френг никакая не солнцеловка… конечно, нет.

– Опускаешь руку слишком низко, – строго отметила Элионора. – Приподними на сантиметр. Ты почувствуешь время за мгновение до того, как пальцы соприкоснутся, а там доверься. Ещё раз!

Альма подняла руку и попробовала снова. И тут вздрогнула.

– Там что-то есть! – воскликнула она.

Это что-то не было похоже на нить. Что-то широкое, как лента, и мягкое, как бархат. Между пальцами медленно двигалась нить времени. Даже чуть щекотно. От неожиданности Альма забыла дышать и почувствовала, что воздуха не хватает.

– Вот и получилось, Альма! – Элионора широко улыбалась. – Пришло время.

Альма продолжала стоять, чувствуя, как между пальцами вьётся нить.

– А щёлкнуть можешь? – спросила Элионора.

Альма кивнула, сомкнула пальцы покрепче, зажимая нить. И щёлкнула.

– НЕТ! – закричала Элионора, вытягивая к ней руку. – Скажи что-нибудь. Ну же! Альма, ГОВОРИ!

– Что сказать? – прокричала Альма, напуганная настолько, что голос дрожал.

– О, слава Ра! – Элионора прижала руки ко рту и закрыла глаза. Казалось, она вот-вот упадёт. А когда снова открыла глаза, взгляд у неё стал суровым. – Никогда… повторяю, никогда так не делай.

– Что… – начала Альма, – ты про щелчок? Но ты же сама мне сказала…

– Я спросила, можешь ли ты, а не сказала это делать. Альма, я серьёзно, это могло плохо кончиться. Плохо, понимаешь?

– Извини.

Взгляд Элионоры смягчился.

– Единицам это удаётся с первой попытки. Но раз уж у тебя получилось, в одиночку… – она вздохнула. – Опасно играть со временем, когда не знаешь, что делаешь.

– Но ты же рядом, – сказала Альма, которая чувствовала себя не такой одинокой, как обычно.

– То, что я рядом, тебе бы не помогло. Если только не стоять совсем близко, касаясь друг друга. Каждый влияет на скорость лишь своей нити времени. Твоё время шло с совсем другой скоростью, чем моё, а ты не знала, что делать. И представь – о Ра! – ты только представь, щёлкни ты чуть сильнее… Люди пропадали, Альма. Затерявшиеся во времени не всегда находят дорогу обратно.

Альма села на песок.

– Бояться не нужно, – продолжала Элионора. – Но важно сохранять собранность. Очень важно. – Она кивнула на солнце, которое уже начало клониться к морскому горизонту. – Мы получаем власть над могущественными силами. Щёлкнуть ещё успеешь. Но когда будешь готова.

После такой речи Альма сомневалась, захочет ли она вообще когда-либо щёлкать, но говорить об этом не стала.

Элионора легла на песок. Альма присоединилась, и они обе стали любоваться голубым послеполуденным небосводом.

– Надеюсь, однажды я смогу взять тебя с собой на Луну, – сказала Элионора. – Тогда увидишь небо во всём его истинном великолепии.

– Ты что, там была? – поражённо спросила Альма. – На Луне?!

Элионора повернула голову и улыбнулась Альме.

– Да. Однажды. С Эдвином. А это, знаешь ли, не так-то просто. Нужно оборудование, чтобы там дышать. Но в этом весь Эдвин, хоть я тогда этого и не знала. Мы недолго знакомы были, но после того, как он пригласил меня на свидание, этот проныра ещё несколько раз приглядывал за мной на расстоянии. Потом рассказывал, что хотел понять, чем я интересуюсь, и заметил, что я много смотрю на небо. Я перед свиданием нарядилась, сделала укладку. А он явился с парой крепких шлемов под мышкой.

Элионора снова повернула голову и посмотрела на месяц. На ясном небе он казался почти прозрачным.

– Это было… словами не описать. Какой вид!

Альма глубоко вздохнула. Ей вдруг пришло в голову, что она даже не спросила Элионору, почему Симон никогда не говорил о своих родителях, почему так рассердился, почему запретил ей видеться с Элионорой. Так много всего произошло, что она совершенно об этом забыла. Но рассказ бабушки навёл ещё и на другую мысль. Что значит, Эдвин приглядывал за ней на расстоянии? Конечно, это гораздо легче делать, когда умеешь управлять временем. А те странности, которые с Альмой случались в последнее время, – это Элионора руку приложила?

– Слушай, – перевела Альма тему, – а это ты была тогда на трамвайной остановке в Стольбю? Ты меня спасла?

Элионора не ответила. Она просто лежала и смотрела в небо. Альма испугалась, что сказала что-то не то, и приподнялась на локтях. Но бабушкино лицо её удивило: та казалась смущённой.

– Да, – нехотя признала она. – В последнее время я тоже немного приглядывала за тобой. Нехорошо шпионить за людьми, но мы с твоим отцом много лет не разговаривали. У нас вышла глупая ссора, поэтому я хотела сначала понаблюдать, как вы живёте, прежде чем прийти. Не думала, что он до сих пор настолько зол.

– А почему, собственно, вы поссорились? – спросила Альма. – Он мне даже встречаться с тобой запретил.

– Да, так и подумала, – вздохнула Элионора. – Боюсь, тут нужна предыстория. Пока могу разве что сказать, что у нас вышло недопонимание, а со временем оно углубилось. Теперь нам во что бы то ни стало надо помириться. Но Симон всегда был злопамятным. Далеко не лучшая его черта. – Она лукаво улыбнулась. – И раз уж речь зашла про солнце, пора бы нам доставить тебя домой.

«Домой!» – подумала Альма. Назад в реальность. Она совсем об этом забыла.

– Который час? – спросила она.

– Четверть шестого.

– ЧЕТВЕРТЬ ШЕСТОГО? – Альма вскочила с песка. – Он будет дома через пять минут!

Альма никогда не возвращалась домой позже Симона. Если она сегодня придёт позже без правдоподобного объяснения, он что-то заподозрит. Сможет ли Альма солгать о том, где была?

– Да не переживай ты. Пять минут – это прорва времени, – сказала Элионора. Она поднялась вслед за Альмой, взяла её за руку и щёлкнула.

Пляж застыл. Волны, которые ещё мгновение назад накатывали на песок, замерли.

– Поможешь прибраться?

Вещи собирали молча. Альма старалась делать всё побыстрее. Симон не выходил у неё из головы, полностью поверить в остановку времени ещё не получалось. Надо скорее добраться домой!

– Готова? – Элионора поправила причёску, а затем протянула Альме руку.

И вот они уже летели: Альма уцепилась за Элионору, а та – за луч. Вскоре ноги их коснулись тропы всего в нескольких метрах от аллеи Эвельсёй. Элионора нажала на кнопку карманных часов и довольно кивнула.