Ice Ник – O(r/d)dinary (страница 31)
– Прости, Ликс, мне сегодня уже пора.
– Ой, конечно! – воодушевлённая Ликс подрывается с сидения, – спасибо тебе, Черри!
– Тебе спасибо, – у лисьих глаз приподнимаются уголки, – Доброй ночи…
– Доброй ночи!
Сегодня Ликс так и не нашла библиотеке ответов, за которыми приходила, но обнаружила кое-что гораздо более ценное.
Она обязательно разузнает обо всём в следующий раз. Разы. Судя по всему, она правда застряла в этом месте надолго. И у нее ещё будет целая Вечность.
Ликс больше не хотела покидать Странный Клуб и его обитателей.
Сегодня ей, наверное, приснятся звёзды, родной город, Рин с Черри, атласы звёздного неба…
Рука Рина опирается на чуть поржавевшие перила, окружающие уставленную растениями террасу – удивительно, как Черри научилась поддерживать их хрупкую жизнь в любое время года.
Плечи укутаные в клетчатый плед, редкий лай собак где-то внизу, стакан горького кофе с ежевичным сиропом где-то на дне и мысли.
Очки на макушке – глаза совсем устали. Размытый взгляд поднимается к чернильныму полотну высоко-высоко над головой. Там его приветствует сияющий ярким светом Хеливатор в окружении звёзд.
Он любит ночное небо, а ночное небо любит его. Кажется, белые огоньки звёзд начинают трепещать от каждой встречи с Рином, а он знает каждую поимённо. Каждой дарит вечерами улыбку.
Он не раз просил Черри рассказать о звёздах больше – разложить по полочкам все их законы, поговорить о догадках и исследованиях, и однажды он услышал от неё:
– Ты – Ригель, Рин.
Девушка с восхищением взяла в горячие ладони его щёки.
– Ты особенный, такой же яркий и… И ты светишься синим, ты – цвет защиты и безопасности. И с тобой тепло!
От воспоминаний щёки зарделись, как впервые.
– Их много, но каждая – особенная, как и люди, смотрящие в небо по ночам, – продолжала говорить Фокс в воспоминаниях. – Каждая со своим характером. Каждая со своей душой, неразрывно связанной со своим человеком, которому досталась часть её атомов во время большого взрыва. Все наши атомы уже не раз сталкивались друг с другом далеко в прошлом. Мы были знакомы тысячи и миллионы лет назад. Были близки и даже могли стать чем-то единым, если бы звёзды распорядились как-то иначе. И с тобой мы, кажется, тоже были знакомы, Рин Миура…
Время мелкими шагами идёт к утру. Терпкий сироп оседает в горле, начинает кусаться, как и холод, трогающий бледную кожу между вязаными узорами свитера.
– Ригель снова наблюдает за сородичами? – раздаётся улыбающийся уставший голос за спиной.
Черри, завёрнутая в такой же плед и с термосом в руках. Очки, как и у Рина, запутались в волосах на макушке, от чего под глазами ещё ярче видны синеватые тени.
– А наша хлебная крошка снова затерялась где-то в библиотеке между страниц книг по астрономии?
Рину по затылку прилетает шуточный шлепок, за которым следует тихий смех:
– Ха, сам ты хлебная крошка, всего то на пол года меня старше…
Звёзды замирают в ожидании того, что о них расскажут сегодня.
Сидя на обшарпанной лавочке в заброшенном парке, Ян Ален так же смотрел в бескрайнее темное небо.
Его обычно невозмутимое лицо в свете фонаря горело пожаром, а сомкнутая в пальцах фотография впивалась в сердце колючими иглами.
Признается ли он Ликс по-настоящему или всё на этом и закончится? Какие вообще чувства у него могут быть к девушке, с которой они едва знакомы?
Ян не верил в любовь с первого взгляда, но прилетевший из ниоткуда птенчик тихо постучался клювом в его покрытую льдом душу. И наступила оттепель.
Пряча фотографию во внутренний карман, Ян почувствовал прикосновение к плечу.
Он оглянулся так стремительно, что тот, кто его побеспокоил, испуганно отшатнулся.
Ледяной взгляд Яна, готовый превратить неприятеля в пепел, до смерти напугал всего лишь… уличный фонарь.
Тот всё ещё не принял ровное положение и обеспокоенно мигал лампочкой, извиняясь на азбуке Морзе.
Ян облегченно выдохнул. Хорошо, что запутавшись в размышлениях он едва не стал "жертвой" светильника, а не чего-нибудь похуже. Нельзя вот так утрачивать бдительность, особенно в такое трудное время.
– Это всего лишь ты? Сегодня Рина нет, фотографии не будет.
Услышав ответ, фонарь "поник", согнувшись пополам.
Он относился к виду низкоуровневой нечисти.
"Ну и откуда взяться работающему фонарю в такой, глуши? " – думал заплутавший в темноте одинокий прохожий, и стремился к единственному на километр ореолу тусклого света.
Стоял некоторое время, изучая этакую диковинку, а затем уходил. А дома не досчитывался мелких монет в карманах или обнаруживал пропажу серёжки из уха.
Фонарь Обмена дарил свой свет, но ждал доброго подарка и от человека.
Рин частенько ходил на смены в этот парк. После того, как из его альбома в сумке таинственным образом исчезло несколько ценных фотографий, он постарался докопаться до сути. В результате своего расследования, Миура заключил с существом договор – он каждую встречу дарит ему фотографию, а Фонарик своим миганием предупреждает о приближении опасности.
Ян внутренне посмеивался, глядя на обиженную нечисть.
Конечно, дружить с фонарём очень странно, но однажды совместная работа с ним могла спасти чью-то жизнь. Эта нечисть – не единственная, с кем Странный клуб заключил договор о перемирии для подобных целей.
Ален покопался в сумке и вырвал из скетчбука набросок букета цветов.
– Это подойдёт?
Увидев подарок, Фонарик засиял таким ярким светом, что современные лампы обзавидуются. Листок исчез у Яна из рук, а предмет освящения принял нормальный вид – ровный и неживой.
А Ян понял, что ему, благодаря взбудораживающей неожиданности, наконец, удалось немного отвлечься от событий прошедшего дня. Всё же, сделка стоила того.
Холодный ветер забирался под куртку. Где-то на горизонте вскоре обещал показаться рассвет.
Акт XXI. Чувство прекрасного любым умам не чуждо
Несмотря на то, что прошлой ночью Ликс уснула очень поздно, стоило солнечному лучу проскользнуть сквозь неплотно прикрытые занавески и упасть ей на щеку, как сонливости не осталось ни в одном глазу.
Ощущение мира "новой Ликс Эванс" показалось как-то по-особенному прекрасным.
Всё вокруг было новым, интересным и загадочным – внутренний исследователь тут же потребовал приступать к действиям и отправляться навстречу приключениям.
Она припомнила события всех дней, что провела в Странном Клубе, и постаралась составить примерный график выхода других его участников в дозоры.
Если задуматься, ребят было куда труднее застать в ночное время, чем в дневное, хотя, конкретно сейчас, все наверняка отсыпались. Поэтому Ликс придётся "отправляться в плавание за открытиями" в одиночку и ограничиваться лишь тем, что она сможет найти самостоятельно.
Новые детали этого странного места не заставили долго себя искать.
Стоило девушке прошагать всего пару коридоров, как она, словно по заказу, встретилась с висящей на стене картиной.
Картина изображала луг, кормящий травой пушистых овечек, и была перекошена набок. Ликс, чтобы хорошенько её рассмотреть, пришлось повернуть голову.