Ибратжон Алиев – Конструктор миров: Возвращение на остров. Том 10 (страница 3)

– Тот, кто может быть королём воздушного пространства!

Табалуга и учёный с улыбкой переглянулись.

– В таком случае, судьёй может стать властитель скопления, где этот прайд и пространство, – проговорив прибыл правитель.

Перед ним был Кайон и Унипег, которые резвились, гоняясь друг за другом, но как только прибыл господин Абдуллах, они тут же остановились со всей вежливостью поприветствовали правителя и Табалугу.

– Здравствуйте, отец, Табалуга, – сказал Кайон.

– Здравствуйте, папа и Табалуга, – добавил Унипег.

– Приветствую, – проходя к ним говорил правитель.

– Всем привет, – добавил Табалуга.

Правитель, подойдя к ним развернулся и вздёрнув подол своего плаща присел рядом с ними на листву, которой здесь была покрыта Земля. Табалуга последовал примеру отца, однако сел напротив, когда же учёный сел между Унипегом и Кайоном.

– Как я вижу ваша игра в самом разгаре, – начал правитель.

– Это уж точно, думаю у нас прирождённый талант догонять друг друга, – отметил львёнок, смотря на отца.

– Но мой явно лучше, – самоуверенно добавил Унипег.

Кайон хотел было возразить, но посмотрев на правителя, не стал.

– Унипег, – посмотрел на сына учёный, который тут же понял, что неверно поступил и поспешил ответить.

– Извини, пап.

– Сынок, понимай всё верно, каждый хорош в своём определённом таланте, например, ты просто замечательно паришь в воздухе, что является твоей особенностью таланта, а ловкость – особенностью Кайона. И конечно, талантов у всех может быть очень даже много, но каждый должен идти по своему пути, становиться лучше. Но есть ещё одно, что должен понимать тот, кто обладает тем или иным талантом. Посмотрите вокруг, ощутите эту приятную атмосферу, вам она нравиться, не так ли?

– Конечно, – ответил Табалуга.

– Разумеется, – добавил Кайон.

Унипег вначале немного затруднялся понять смысл слов, но потом ощутив приятный запах некоторых цветов, которые росли на этой полянке, ответил:

– Да, это приятно.

Прекрасного вида черёмуха

В ответ правитель улыбнулся и затем огляделся. Рядом с ними, наряду с прочими деревьями росла высокая черёмуха. Он поднялся и подойдя к дереву дотянулся до первой ветки, с коей сорвал пару плодов и вернулся обратно, тем временем дети внимательно следили за ними. Тем временем Вадим Александрович и Родион Михайлович уже попрощались с Бемби и потихоньку продолжали своё путешествие, держа в руках лукошки и беседуя между собой.

Идя, профессор заметил странные блики – они исходили от пышного наряда господина Абдуллаха. Переглянувшись, товарищи хотели подойти и стали свидетелями того, как учёный, сорвав плоды подходил к Унипегу, Кайону и Табалуге, после чего вновь присел рядом с ними. Они решили понаблюдать за ними и не нарушать их покоя, пока правитель уже заметил их, но не решив обращать внимание продолжал своё объяснение для своих созданий:

– Эта красота, разумеется, прекрасна, но каждый должен использовать свой талант во благо, улучшать его. Взгляните, – он показал на своей ладони шаровидные чёрные костянки с диаметром от 8 до 19 миллиметров, – это плоды черёмухи, они сладкие, но главное в них – вот это, – одним своим движением он разломил плоды, доставая их них округло-яйцевидную косточку, – её косточка, которую можно посадить в землю.

Он передал остальные косточки на время Табалуге, а сам, приняв более удобное положение и использовав свою трость, разрыхлил Землю, образовав небольшую лунку, в которую и положил косточку, а затем вновь засыпал её Землей.

– Она будет расти, но для этого её нужно будет полить водой, дать питательные вещества, – говоря это правитель наклонил свою трость и буквально обволакивая её набалдашник, потекла жидкость – вода с минеральными веществами. – Вскоре эта косточка вырастит сильным и могучим деревом, которое будет давать для нас тень, свои плоды. И по сути, каждый из вас может посадить своё семя, но я думаю, что это довольно скучно, ведь каждый может сделать что-нибудь особенное, например…

– …сделать так, – продолжал Табалуга, посадив одну из семян, но положив его как-то иначе, – чтобы она выросла быстрее или стала больше, или…

– … или чтобы давала лучшие плоды, – ответил Кайон и также посадил уже себя, переданное ему.

– Верно, – подтвердил правитель.

– А если я не хочу садить деревья? – спросил Унипег.

– Что же тогда тебе хочется?

– Гм, – задумался аликорн. – Мне, если честно понравилось строить здания из льда, но они могут растаять…

– Ты вполне можешь сделать так, чтобы не растаяло, – подбодрил учёный. – Какой домик ты бы хотел увидеть?

– Большой, с одной большой округлой формы, с одним балконом, выходящим вперёд, красивыми воротами с таким узором, словно в них отражалось будущее, они могли светиться благодаря тому, что там протекала светящая жидкость. А ещё, чтобы весь замок тоже светился, но не так ярко, благодаря добавлению фосфора, внутри же, как только мы войдём, будем большой красивый зал с большими узорами на потолке, причудливой формы, а в центре небольшое округлое образование, где мог находиться один из роботов, встречающий нас…

Он говорил с таким вдохновеньем, представляя всё это вокруг, когда же господин Абдуллах, внимательно его слушал. Описания были удивительными, было видно, что каждую деталь Унипег обдумывал, иногда выбирал какую из деталей он хотел, но удивляло ещё и то, что в этих элементах маленький аликорн вписывал какие-то смыслы. Когда же он завершил описание и посмотрел на своего отца, тот ответил:

– Прекрасная идея, но ещё прекраснее видеть всё это, в жизни, – с этими словами он посмотрел в сторону.

Как только присутствующие повернули свои головы, то были удивлены – ибо прямо перед ними стоял массивный ледяной дом, который только что описывал Унипег. Дети были приятно обрадованы и чуть ли не подпрыгнув от радости, Унипег с Кайоном принялись бегать вокруг этого сооружения, который был лишь чуть выше Абдуллаха, но был, невероятно красив и полон деталей.

– Но, – внезапно говорил Абдуллах, оставаясь на месте, – не всегда может быть так.

Унипег, радостно парящий вокруг внезапно остановился и удивился.

– Почему? – спросил аликорн.

– Потому что наши занятия не всегда могут быть победными, взгляни, – он указал на то, что дом потихоньку начал таять и его башня была готова уже обрушиться, но её подпирал Кайон снизу и аликорн сверху. – Любое дело может быть победным, так и вести за собой поражение, – продолжал учёный.

Табалуга тоже решил помочь, но ни у кого из них чего не получилось и в результате башня с диким грохотом упала прямо к ногам спокойно сидящего правителя. На лице Унипега можно было увидеть грусть.

– Она была такой красивой… – проговорил он, подлетев и сев рядом с отцом, даже в голове пробежала мысль о том, чтобы бросить эту затею с домом.

– …но, – говорил господин Абдуллах, положив руку на плечи сыну, – никогда не нужно расстраиваться, ведь всегда можно исправить положение. В любом случае ты не один, тебе вполне могут помочь твои друзья.

– Но ведь у нас не получилось, – сказал Кайон.

– А вы не спешите и подумайте, как можно сделать так, чтобы дом не таял.

– Гм… – задумался аликорн. – Есть ли что-то, что всегда бы сохраняло холод?

– Конечно – жидкий азот, – ответил Табалуга.

– И получается, – продолжал Кайон, – его можно влить в стены дома, но тогда внутри будет слишком холодно.

– Это можно решить, надев тёплую одежду или устроив вихревые потоки тёплого ионного воздуха, – предложил самый младший брат.

Одним щелчком господин Абдуллах предоставил им всё, что им только было необходимо и наблюдал, как Табалуга своим огненным дыханием создавал прослойки в стенах, Кайон поднимал бидон снизу, а Унипег верху, так они вместе останавливали охлаждение стенок красивого здания, быстро его восстанавливая. А господин Абдуллах, наблюдая за этим, лишь иногда помогал в этом процессе, пока за кустами на них смотрел профессор с моряком. Когда дело было сделано, они увидели результаты своих трудов – красивый величественный дом из льда отбрасывал от себя самые различные блики и вообще не собирался таять.

– Так вы каждый раз не только радуетесь и главное испытываете это чувство, когда ваше творение воссоздалось, оно просто стоит, но также получаете новый опыт, ваш мир обогащается новыми ощущениями. И как я надеюсь, не менее важно то, что я горжусь вами, всеми вами.

На лице учёного появилась улыбка, а глаза каждого его творения просто сияло от счастья, и они с радостью кинулись к нему в объятия. Они веселились и улыбались, им всем было очень даже хорошо вместе, именно так перед маленьким Унипегом создавался его собственный, богатый и такой светлый взгляд на окружающий мир, полный возможностей и несоизмеримого счастья!

Вскоре они решили осмотреть также дом и внутри, вместе с Кайоном, пока Табалуга переговаривал со своим отцом. Тем временем наблюдая за всем этим Вадим Александрович и Родион Михайлович тоже представляли себе, что бы они могли попросить, если бы у них сейчас появилась такая возможность, дабы наконец попросить у господина Абдуллаха, то что они хотят.

Моряк представлял, что он станет настоящим мэром в красивой деревне и будет жить в своей уютной хижине, где всё будет буквально под рукой, а он с гордостью, возможно с пафосом, который возможно был мил ему (хотя ему он не мил?) будет глядеть на свой немногочисленный народ. А Вадима Александровича всё устраивало, у него не было цели в жизни, но он её получил, у него была обычная квартира, но теперь он обладает огромными хоромами. Вот только бы ещё раз вдохнуть приятный запах советского иранского ковра, который лежал на полу в его родном доме и ещё раз полежать на нём, устремляя свой взгляд в потолок…