Иар Эльтеррус – Витой Посох. Время пришло (страница 18)

Воздух на улице был душным, это внушало надежду, что скоро соберется долгожданный дождь. У выхода из таверны стояли двое извозчиков, ожидая поздних пассажиров, но мужчина даже не взглянул на них, а направился вверх по улице. Молодой человек как тень последовал за ним. Они прошли пару кварталов и начали спускаться в лощину, ведущую к реке и заросшую по дну густым высоким кустарником. Внезапно откуда-то слева послышались голоса. Идущий впереди тоже услышал их и свернул, он шел, достаточно громко хрустя сухими ветками, но Лориан не мог себе позволить такого, поэтому тщательно прощупывал дорогу ногой, прежде чем ступить, это замедляло передвижение, и молодой человек начал отставать. Успокаивало одно – темноволосый шел один и, значит, пока не собирался предпринимать активных действий. Это устраивало Лориана, он тоже хотел сначала разузнать причину, по которой неких людей намереваются арестовать.

На небольшой проплешине среди кустарника ярко горел костер и раздавались довольно громкие голоса, среди них выделялся звонкий девичий. Молодой человек еще раз вздохнул с облегчением – если это та самая женщина, о которой шел разговор, то арестов сегодня точно не будет и можно тихо подойти и послушать, о чем говорят собравшиеся. Смущало только то, что темноволосый тоже может услышать содержание разговора, хотя если людей все равно уже выследили, то им придется скрываться и менять свои планы. Лориан осторожно подошел еще немного ближе и прислушался.

– Вы не представляете, эллари, до чего дошли эти подонки в нашем поселке! – экспрессивно говорил мужчина лет тридцати пяти, его жесты были какими-то неровными, ломаными. – Понимая, что надежды на хороший урожай в этом году уже нет и многим семьям предстоит полуголодная зима, молодежи открыто предлагают заключить трудовые контракты с храмами на пятнадцать – двадцать лет, с выплатой полугодового задатка при заключении контракта. То же предлагают родителям несовершеннолетних, начиная с пятнадцати лет.

– Вы еще хорошо живете! – прогудел вставший темноволосый мужик с обвисшими усами. – Нам не предлагают и этого. Вверх по реке и ниже Гарских порогов половина трудоспособных мужчин уже ушла на поиски заработка к побережью, а остальные и были бы готовы продаться, да никто не берет. Все богатые говорят, что и так терпят убытки.

Оба мужчины сели.

– Может, обратиться к властям? – подал голос со своего места светловолосый парень, чем-то похожий на Лориана в юности.

– К дорским? – пробасил предыдущий оратор. – Так им только налоги подавай.

– Нет, к игмалионским, – вставил свой голос второй юноша, с сероватыми волосами, сидевший рядом с первым.

– Они попрятались, как тараканы по щелям, и ждут, чем кончится дело, – заговорил еще кто-то, сидевший к Лориану спиной. – Говорят, что зимой от игмалионцев только пух и перья летели на Илайском перешейке. Может, скоро опять все вернется к империи.

– Не скажите, эллари! – вскочил тощий шустрый мужичок с русыми волосами. – Я так вот слышал как раз обратное – навставляли нашим баронам по первое число, и теперь они отсиживаются по своим родовым замкам и точат зубы. Ох, и придут однажды по их грязные души кому следует!

– А кому следует?! – вскочил предыдущий мужик.

– Вот придут, так все и увидят! Недолго им осталось людскую кровь пить, и зажравшимся жрецам вместе с ними!

Мужичок еще что-то говорил, но все потонуло в общем гвалте, поднявшемся после этих фраз. Лориан тихо вздохнул – теперь понятно, почему эту компанию посчитали возмутителями спокойствия. Как они неосторожны! Хотя что взять с обычных людей, доведенных до отчаяния? Погруженный в мысли о судьбе своих соотечественников, молодой человек не задумывался об общем положении дел на полуострове. Но сейчас, вспомнив виденное и слышанное, он понял, что до бунта уже недалеко. Даже оратор, ностальгически вспомнивший об империи, был в чем-то прав – по рассказам дорцев, несмотря на все ужасы работорговли, к которой местные уже привыкли на протяжении тысячелетий, имперские власти все же не допускали гибели от голода заметной части населения на коренной территории в случае стихийных бедствий. А теперь по сути царит безвластие – игмалионское правление так и не вошло в полную силу, а местные верхи управляющих структур разрушены. При такой общей ситуации нынешнее положение его собственного народа – это уже частный случай.

Перекрикивая друг друга, собравшиеся доказывали свою точку зрения, пока их голоса не перекрыл тот самый звонкий девичий голос, слышанный на подходе к месту:

– Мужчины, перестаньте галдеть! Мы, кажется, собрались для того, чтобы договориться о совместных действиях, а не доказывать, кому хуже живется!

Гвалт начал стихать и, недовольно бухтя, мужчины начали рассаживаться по своим местам. Похоже, эта девушка успела завоевать в разношерстной компании немалое уважение. Когда почти все сели, девушку, точнее, молодую женщину, стало видно. На первый взгляд ничего особенного – на вид около тридцати, среднего роста, стройная, но с достаточно полной грудью, длинными светлыми волосами и большими серыми глазами.

– Вы хотели что-то предложить, эллари Альтана? – уважительно спросил со своего места кто-то из мужчин.

– Эллари Дикен, – обратилась к нему молодая женщина, – вот вы прибыли из предгорий Карского кряжа, насколько я знаю, там достаточно сильных мужчин. – Она ободряюще улыбнулась. – Вы вообще могли бы организовать самоуправление и помогать бедствующим, ведь имперских войск, которые могли бы послать для наведения прежнего порядка, давно уже нет.

– А местные аристократы? У каждого свой отряд, – с сомнением спросил кто-то.

– Подати мы платим исправно, – возразил Дикен.

– А деньги откуда? – не сдавался второй.

– Так в основном платим лесом, а зимой еще и шкурами. Полей у нас нет, одни огороды.

– Поня-я-ятно, – произнес еще кто-то. – А нам-то что делать?

– А вы откуда, эллари?

– Из Варина, там самая засуха. Наш хозяин уже пригрозил, что будет продавать должников, чтобы покрыть недоимки.

Народ опять стал переговариваться. А Лориан подумал, что ошибся в оценке этой компании. Он посчитал, что здесь собрались просто недовольные из окрестных селений, а на самом деле это уже похоже на создание организации. Увы, как поддержать семьи, которым угрожает голод, они, похоже, еще не придумали – слишком разные условия в разных областях, а вот обвинят их в одном – подготовке бунта против высшего сословия. Значит, всем зачинщикам угрожает смерть или каторга. Храмы, в которые раньше тоже продавали должников и прочих неугодных, во всяком случае, в Миирне, уже стараются придать своим действиям видимость законности, все-таки опасаясь проверок и репрессий со стороны новых властей.

В это время послышался хруст сухих веток под ногами – это, вероятно, удалялся второй наблюдатель. Собравшиеся на поляне из-за собственного гомона не слышали этого.

«Плохо дело! – подумал Лориан. – После того что слышал соглядатай, его начальник может не пощадить даже свою сестру и начать облаву прямо сегодня. Надо предупредить людей».

Дождавшись, когда хруст сучков стих вдали, молодой человек, глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, раздвигая ветви, стал пробираться на поляну.

Его появление собравшиеся там тоже заметили в самый последний момент, когда Лориан уже выходил на открытое место. Все повернулись к нему, некоторые даже стали шарить в одежде, наверно, в поисках оружия.

«Совсем плохо, – отметил про себя парень. – Пойманным с оружием нечего надеяться даже на каторгу». А вслух он громко сказал:

– Эллари! Простите за непрошеное вторжение! Но в одной из ближайших таверн я случайно стал свидетелем разговора кого-то из местной охраны внутреннего порядка. Они вас выследили некоторое время назад. Я пришел вслед за соглядатаем, чтобы предупредить об опасности. Как только он ушел отсюда, я вышел к вам. Облава может состояться уже сегодня. Расходитесь как можно быстрее!

Мужчины неодобрительно зашумели и угрожающе стали подходить к Лориану. Кое у кого уже блеснули в руках ножи.

– Стойте! – выкрикнула девушка. – Это вполне может быть правдой!

Потом она обратилась к Лориану:

– Эллари, вы видели тех, кто говорил об этом?

– Разговор происходил в таверне «Посох странствующего жреца». Мелочей я мог не заметить, поскольку было темно, но основное запомнил. Главным был невысокий плотный мужчина уже в годах, с сединой, движения очень вальяжные; второй, который приходил сюда, средних лет, роста тоже среднего, темноволосый, а ходит как-то крадучись.

Девушка закусила губу, потом сказала:

– Второго я точно не знаю, а вот первый… Возможно, хотя не наверняка, он действительно из этой службы.

– Эллари, – обратился к ней Лориан, – если вы подойдете, я скажу вам еще кое-что из услышанного, что стоит знать только вам.

Девушка двинулась к нему, но мужчины опять зашумели, преграждая ей дорогу. Они явно опасались за жизнь своей «предводительницы», как окрестил ее про себя молодой человек. Но девушка шикнула на них, и те нехотя отошли. Когда она приблизилась, Лориан шепнул ей на ухо:

– Соглядатай сказал начальнику: «Среди них есть одна женщина… Эта женщина – ваша сестра». Но по имени он назвал ее Вальда.

Альтана кивнула, отодвинулась и, поморщившись, переспросила, хотя сказанное, похоже, не стало для нее неожиданностью: