Иар Эльтеррус – Витой Посох. Хроники Севера (страница 10)
– Тех котят я тоже видел, они были вместе с малышами Гальдры, только немного старше. Их мать ушла на охоту, но Гальдра назвала ее сестрой.
– Тогда я, кажется, знаю, чьи это котята, верно, Сагрио?
Юноше почудилось, что карайн улыбнулся, а Райден продолжал:
– Та самочка появилась раньше. Когда Сагрио ее впервые привел, она была почти дикая и шарахалась от меня, потом привыкла. Я даже не знаю, как ее зовут и есть ли у нее вообще имя. Похоже, у нее никогда не было партнера-человека, и она жила сама по себе.
Мужчина почесал в затылке и добавил:
– А вот то, что котята растут вдали от людей, это плохо – могут вырасти дикими, папаша ты хренов.
Сагрио опустил голову. Мужчина замолчал, потом рассмеялся:
– Извиняется он, видишь ли, не подумал. Боялся, что с котятами что-то может случиться. Ну женщины ладно, а он-то вроде мужчина, выросший в приличном обществе. – Райден вздохнул, видно что-то вспомнив.
Потом он спохватился:
– В общем-то я пригласил тебя по делу, хотя оно оказывается еще более запутанным, чем я подумал вначале. Но сперва расскажи мне, что вы делали в горах больше двадцати лет?
Увидев, как округлились глаза собеседника, он спросил:
– А ты что, не знал?
– Не-эт, – выдохнул Релио. – Я догадывался, что проспал долго, но столько…
И он вкратце рассказал свою историю.
– Да уж! – только и сказал Райден. – Я кое-что узнал от своего карайна, а он в свою очередь от твоей подруги, но хотел все услышать из первых уст. Карайна-то проснулась несколько раньше, хотя и ненамного. Скажи спасибо, что то заклятие, видимо, в меньшей степени воздействует на карайнов, а то проспал бы еще неизвестно сколько, да и проснулся ли бы вообще…
Релио вздохнул, временами ему хотелось, чтобы он тогда действительно не проснулся и не увидел того, что случилось с его родиной.
Райден, похоже, почувствовал его настроение, потому что сказал:
– Брось! Ушедшего не воротишь! Если бы не этот случай, ты погиб бы или попал в рабство, а так жив и можешь бороться.
Юноше стало стыдно перед ветераном, на своей шкуре прочувствовавшим все, что творилось за эти годы. Он опустил голову.
– Брось! – еще раз сказал тот. – У каждого своя судьба. Я как раз хотел поговорить с тобой о поведении твоей подруги и многом другом.
– Да…
– Кстати, пошли бы вы проветрились, – обратился хозяин к карайнам.
Сагрио вздохнул, проветриваться ему не очень хотелось, но, толкнув носом Хальдру, направился к двери, и карайны вышли. Райден закрыл за ними дверь и снова присел к столу.
– Видишь ли, – начал он, – я никак не могу понять поведение Гальдры, хотя с учетом того, что не так уж далеко подрастают четверо котят, кое-что можно предположить. Я не удивлюсь, если где-нибудь есть еще котята, хотя это не так важно.
– А в чем дело? – насторожился Релио.
– Да понимаешь, – мужчина замялся, – совсем недавно я узнал странную историю. В одном горном селении, неподалеку отсюда, один за другим появились неизвестно откуда одиннадцать малышей лет трех-четырех. После войны селение обезлюдело, и там на данный момент осталось всего трое жителей: старуха с взрослой внучкой и парень лет пятнадцати, забредший туда несколько лет назад, да так и оставшийся. И вдруг эти дети… Я встретил девушку из этого селения, когда она тащила домой кое-какие продукты и материю на одежду, взялся ей помочь. По дороге она рассказала эту историю. Прокормить детей – это еще полдела, в селении остались огороды и несколько овец, но малыши же растут, да и ухаживать за такой оравой тот еще праздник… В общем, бедная девица и двое остальных взрослых просто сбились с ног. Да и страшно им, непонятно, ни откуда дети, ни чьи они, ни кому все это нужно. Поведала она и еще про одну странность: с тех пор у своего порога они нет-нет да и обнаруживали свежую дичь. И овцы порой стали вести себя очень беспокойно, что неудивительно, ибо на свежей земле люди несколько раз замечали отпечатки лап большой кошки. Ты, думаю, понимаешь, к чему я клоню?
– Милосердные боги! – Юноша возвел глаза к небу. – Вы думаете, это Хальдра?
– Показываться туда вместе с Сагрио я не решился, но мы побродили по окрестностям. Карайн утверждает, что, кроме Гальдры, это никто не мог быть. Но она отвечать на вопросы отказывается.
– Узнаю ее стиль. Всегда себе на уме. – Релио схватился рукой за щеку и покачал головой. – Что будем делать?
– Давай попробуем поговорить с нею вместе, может, на этот раз она объяснит смысл своей затеи. Хотя я начинаю догадываться…
– И что же?
– Погоди, я позвал своего, сейчас они вернутся.
Через три минуты в дверь поскребли. Райден открыл и посторонился, пропуская обоих карайнов. Хальдра вошла очень неохотно.
– Входи, входи, – хмыкнул Райден. – Сейчас будем разбирать твое поведение.
Сагрио ободряюще подтолкнул приятельницу. Оба карайна сели и уставились на людей.
– Ну так вот, Гальдра, скажи мне, пожалуйста, зачем ты натаскала столько детишек и оставила их всех на воспитание Рамелы? – задал вопрос Райден.
Хальдра сначала отвела взгляд, но потом ей, видимо, что-то сказал Сагрио.
«Я не нашла лучшего места, где бы о них позаботились», – неожиданно услышал Релио голос карайны.
– Но зачем ты их забрала из дома?! – не выдержал юноша.
«Там о них заботились неправильно. Котятам нужны братья, иначе они получатся дикими. Райден прав».
– Так ты выбирала будущих напарников для котят?! – Юноша был просто в шоке.
Райден, судя по выражению его лица, ожидал именно такого ответа, хотя все равно был удивлен.
«Да. У котят должен быть выбор. Аниален просил меня сохранить наш род».
Так вот как звали того парня, которого он видел в воспоминаниях Хальдры.
«Да. Его звали так. Ты на него немного похож».
Кажется, Хальдра восприняла «сохранение рода» не только как сохранение серебристых карайнов, но и привычного ей симбиоза с напарниками-людьми. Все стало понятно, только было неясно, что делать дальше.
– Хм… – сказал Райден, обращаясь сразу ко всем присутствующим. – Так, может, тогда нам всем перебраться в тот поселок? Патрули туда не заезжают, а от других опасностей трое взрослых карайнов и один бывший разведчик вполне способны защитить. Двух будущих мужчин еще придется учить владеть оружием, но этим я займусь на досуге.
Карайны оказались согласны. Релио тоже воспрял духом – по крайней мере, его жизнь обретала хоть какой-то смысл.
Глава 3
Новые тропы
«Как-то раз в юности я отправился в путешествие по заданию академии. Мой путь лежал в одну из малых долин в предгорьях Стайского хребта. Дело шло к весне. В южном и даже среднем Доре уже цвели сады, а к северу от горной цепи, пересекающей весь полуостров, еще лежал снег. Высокие скалы и северные ветра не давали проникнуть теплу с юга.
На десятый день пути от последнего крупного города в этом направлении я наконец добрался до предгорного массива, состоящего из разрозненных скал и высоких каменистых холмов. Где-то в центре этого странного места и находилась долина, которую я должен был найти.
Если на равнине снег уже осел под яркими лучами весеннего солнца, то в узких ущельях нередко приходилось брести в мокром снегу почти по пояс. Прошло еще два дня, пока я вышел в широкую долину, окруженную скалами со всех сторон. Промокший и усталый, я попросился на ночлег в один из первых же домов. Пожилая женщина пригласила меня, накормила и уложила спать на топчан подле печки в самом теплом месте дома.
Когда я проснулся ночью, мне показалось, что идет дождь, но тут же снова я погрузился в сон. Утром я встал довольно поздно и, отворив тяжелую дверь, не узнал окружающий мир. Сияло солнце, и по светлому небу летели легкие облачка, подгоняемые теплым ветром. Наверно, ночью действительно прошел дождь, потому что снега на открытых местах почти не осталось, зато было много луж и на прошлогодней траве искрились капли воды. От неожиданности на глаза навернулись слезы, мир был так прекрасен, и почти ничто не напоминало о сугробах мокрого снега и низком сером небе, которые я видел изо дня в день за время своего пути. Жители поселка в легких одеждах тоже высыпали из своих домов, отовсюду раздавались звонкие детские голоса, а откуда-то с озер была слышна девичья песня.
Весь день я не находил себе места, обошел половину долины, везде замечая признаки обновления и начала новой жизни. Небольшие озера еще были покрыты серым ноздреватым льдом, но на самом берегу прямо из-под пятен снега уже раскрывались первые весенние цветы. Жители готовились к празднику весны, наступало время свадеб.
Поздним вечером я снова вышел из дома и засмотрелся на звезды. С юга веяло теплом. Вслед за мной вышла хозяйка. Наверно, я вздохнул в такт своим мыслям о том, как неожиданно может измениться все в этом мире, потому что она тихо произнесла:
Я вздрогнул от неожиданности и удивления, услышав такое четверостишие из уст пожилой крестьянки, к тому же оно было произнесено на чистом даэре. Возможно, эти строки являлись отрывком из какой-то древней песни или легенды. Именно чтобы услышать что-то подобное, я пришел в эту затерянную долину, но то, что я там узнал позже, достойно отдельного рассказа».
В горное селение, о котором говорил Райден, компания переселилась через два дня. Обе карайны перенесли туда же своих малышей, но устроили себе логово несколько поодаль от человеческого жилья у выхода из ущелья, в которое переходила долина в дальнем своем конце. Райден сразу же объяснил ситуацию местным жителям и взялся за их образование по части карайнов. Сначала детишки и котята побаивались друг друга, но уже через несколько дней весело играли все вместе.