Иар Эльтеррус – Мы вернемся домой (страница 8)

Кто-то, возможно, скажет, что так делать было нельзя, что любая культура уникальна и имеет право на существование. Но победители считали иначе, после тридцати двух лет страшной войны, после потери более шестидесяти восьми миллионов человек они приняли решение о полной культурной ассимиляции и претворили его в жизнь. Прощать врагам по-прежнему они больше не могли. Хватит! Причем своего русские добились почти без насилия. Носителям неприемлемых для империи идеологий, наподобие национализма и либерализма, просто дали вымереть естественным путем, не позволяя участвовать в воспитании собственных детей. А дети, наоборот, охотно восприняли идеологию стремящейся в небо страны, им было куда интереснее общаться со сверстниками и становиться космонавтами, учеными и первопроходцами иных миров, чем слушать и впитывать злобное шипение родителей, с которыми виделись не чаще раза в неделю, да еще и под контролем воспитателей. Молодых поощряли к постижению нового всеми силами, причем под руководством опытных психологов. Например, победители в математической или физической олимпиаде могли претендовать на полет на Марс или спутники Юпитера. А когда изобрели гипердвигатель и начали создавать колонии в других системах, то и на их планеты и астероиды.

«Ищущий» миновал границу вселенных и оказался в непривычно пустой системе Лейтена – в ней доводилось бывать каждому из членов экипажа, поэтому отсутствие пространственных станций казалось неестественным, пугающим, словно здесь произошла катастрофа.

– Женя, ты курс посчитала? – повернулся к штурману капитан фрегата, Иван Угрюмов, высокий черноволосый мужчина, выражение на его лице полностью соответствовало фамилии.

– А чего его считать? – удивилась Евгения Ирвинг, миниатюрная шатенка родом из Ливерпуля, которую на корабле прозвали Живчиком, уж больно она была непоседлива. – Все лучшие траектории от Лейты до Земли еще лет двести назад просчитаны! Я просто взяла самый удобный, дополнила расположением звезд на текущую дату – и все. Готово. Уже Володе курс скормила. Так что командуй – и вперед!

Иван тяжело вздохнул, он всегда с трудом переносил Женькину трескотню. Говорила девушка много и очень быстро, слегка задыхаясь, потому понять ее иногда было затруднительно – глотала окончания слов. Не будь она таким отличным штурманом, Иван еще год назад подал бы рапорт о переводе психологически не совпадающего с остальным экипажем человека на другой корабль. Но пока пигалицу терпели. Много раз пытались объяснить, что не нужно так много говорить, Женька честно пыталась, изо всех сил, но ничего не получалось – слова лились из нее буйным потоком, и непривычный к такому человек в ее обществе просто терялся. Но это все-таки терпели, тем более, что у штурмана было еще одно очень ценимое всеми качество – на девушку старались по возможности свалить все дежурства по камбузу, поскольку готовила Женька просто божественно. В отличие от, хотя бы, бортового врача, Ирины Михайловны Лонгрин, чью стряпню можно было есть разве что под угрозой голодной смерти. Да и сам капитан готовил ничуть не лучше. Мог разогреть готовый паек, полить соусом, и это все, на что его хватало. Женька же исхитрялась из стандартных пайков приготовить такую вкуснятину, что руки можно было по локоть обглодать и не заметить.

Пилоты-истребители, Марвин Кавасаки и Маньяндо Мвале, со смешком переглянулись, наблюдая за кислым лицом капитана – вот уж название соответствует сущности! Как есть угрюмый, и шуток не понимает. Эти два неугомонных балагура с Женькой, в отличие от остального экипажа, прекрасно общались, и создаваемый девушкой лишний шум им ничуть не мешал.

Снова незаметно вздохнув, Иван подключился к искину Володе через мозговой имплант и скомандовал начать подготовку к разгону. Через две минуты «Ищущий» резко набрал скорость и оказался в цветовом многомерии гиперпространства. В Солнечную систему фрегат, идя на форсаже, прибудет через три с половиной часа. В отличие от корветов.

– Давайте еще раз уточним первоначальные действия, – капитан повернул кресло к экипажу, одновременно продолжая отслеживать состояние гипергенератора и двигателей через имплант. – Полагаю, для начала следует снять информацию с центров принятия решений, а потом уничтожить их. В поднявшейся суматохе будет нетрудно подключиться к основным серверным дата-центрам планеты. Помимо прочего, нам необходим полный архив записей всех социальных сетей, от фейсбука до контакта. Самый низкий приоритет имеют китайские сети.

– Вот не скажи, – покачал головой Георгий Дарелия, второй пилот и канонир, – исходя из полученной от корветов информации, нынешний Китай – это совсем не тот Китай, что был во время нашей Великой войны. Этот куда более себе на уме и куда более силен и богат. Здесь по нему не били биологическим оружием, из-за которого три четверти народа вымерло. Здесь наши не спасали выживших, поэтому местные китайцы ничем нам не обязаны. Так что информация по ним лишней не будет. Тем более, что во второй реальности Китай почти такой же, как здесь, отличия минимальны.

– Ты прав, – признал Иван. – Но все-таки прежде всего необходимо снять информацию с серверов Америки и Европы.

– Только нужно будет потом напрочь выжечь серверные парки фейсбука, твиттера, тик-тока, инстаграмма, ютуба и других западных соцсетей, – заметил инженер, Максат Сагиев, круглолицый, спокойный, как древний будда, казах. – Через них идет основной поток дезинформации о России и ее действиях. Думаю, это нашим немало поможет.

– Пожалуй, – кивнул капитан. – Это действительно будет полезно. Кстати, корвет нас ожидает?

– Да, на высокой орбите Земли под маскирующими полями, – подтвердила Женька, скорчив хитрую мордочку, при виде которой Иван снова вздохнул. – Там тридцать седьмой отирается.

– А, – засиял белозубой улыбкой Маньяндо. – Твоя подружка, Аленка, на нем командует. Помню-помню эту егозу!

– Может не стоило ей нас дожидаться? – пожал плечами капитан, он с этой самой Аленкой знаком не был и ничего по ее поводу сказать не мог, но раз девушке доверили командование корветом, то человек она однозначно ответственный. – Ведь корвету возвращаться к «Снегирю» в четыре раза дольше, чем нам. А информацию она передает через зонды.

– Сказала, что не желает пропустить такое, – пожала плечами Женька.

Иван поморщился. Ну вот, еще одна искательница приключений на его голову, а не ответственный командир, как он сперва подумал. Ну почему до них всех никак не доходит, что в космосе нужны не бросающиеся очертя голову в авантюры энтузиасты, а твердые профессионалы? Ведь космос ошибок не прощает! Сколько таких дурачков погибло на памяти капитана? Ох, много…

Обсуждение шло своим чередом, и за ним экипаж даже не заметил, что время пути прошло, и о скором выходе из гиперпространства на высокой орбите Земли сообщил зуммер.

– Прибыли, – лаконично сообщил Володя. – Получен позывной корвета № 37.

– Ответь, – приказал Иван.

На экране появилось решительное личико светловолосой девушки лет двадцати с небольшим, при виде старшего офицера она вытянулась и доложила:

– Младший лейтенант Фомичева! Командир корвета № 37! Товарищ капитан, тут такое…

Она всхлипнула, вытерев кулачком слезы.

– Докладывайте! – велел почуявший недоброе Иван, вид заплаканной девушки не сулил ничего хорошего.

– Нацисты, воспользовавшись отходом русской армии от Киева на перегруппировку, начали уничтожать собственное население, чтобы обвинить в этом Россию! – взяла себя в руки Алена.

– Это война, – глухо произнес капитан. – Самая страшная из возможных – гражданская. Мы поможем нашим здесь, чем возможно, но тайно. Здесь наша Родина сама встала с колен, и мы не вправе отбирать у нее победу. Я понимаю, что больно видеть такое, но у нас есть приказ. Однако те, кто это сделали… – он сжал кулаки. – Где они сейчас, выяснили? Я имею в виду конкретно тех, кто расстреливал гражданских.

– Так точно! – резко кивнула девушка. – Выяснила! Передаю координаты. Их разместили в бывшей школе немного в стороне от города, чтобы западные журналисты, которых набежало на место трагедии несколько сотен, случайно с этими упырями не столкнулись и не расспросили их. А то еще узнают что-то лишнее для организаторов кошмара…

– Очень хорошо, – криво усмехнулся Иван, окидывая взглядом экипаж, люди выглядели спокойными, только в глазах каждого плескался гнев, да кулаки сжимались. – Приказываю второму пилоту занять позицию над местом дислокации упырей. Канониру нанести удар демодулятором по полученным координатам! И чтобы никто не ушел.

– Есть! – отозвались упомянутые.

«Ищущий» развернулся вокруг своей оси и скользнул по орбите, пока не завис над Украиной. Капитан привычно создал через свой имплант виртуальную тактическую сеть, включив нее пилотов, канониров, оператора сканирующих систем и истребителей. И, конечно, Володю, причем, как стержень сети, что для искина было естественным. После чего продублировал отданные приказы, сопроводив их личными кодами – использовать бортовое вооружение, как и гипердвигатели, без капитанских кодов было невозможно.

Короткое сканирование позволило уточнить местонахождение каждого нацистского упыря, после чего канонир захватил прицелом трехсотметровую область вокруг «казармы» – к счастью, никого лишнего там не оказалось, только убийцы, нажравшиеся водки и обколовшиеся наркотиками. А затем прошелестел демодулятор, и здание бывшей школы вместе с находившимися внутри или отошедшими немного в сторону нацистами осыпалось мелкой пылью, образовав десятиметровой глубины яму. Слишком легкая для подонков смерть, но возиться с ними никто из экипажа фрегата не хотел.