Иар Эльтеррус – Мы снова дома (страница 4)

– Ясно. Что еще важное есть?

– Все больше бывших пытаются пристроиться в наши структуры хоть как-то, хоть кем-то, явно надеются получить продление жизни, не понимая, что никто из них никогда его не получит.

– И что, хоть кто-то из них принес пользу? – удивился капитан.

– Очень мало кто, – хохотнул Михалыч. – Нескольким в порядке эксперимента дали шанс занять ничего не решающие должности, так они сразу попытались развести привычную бюрократию, а кое-кто даже начал намекать посетителям на взятки. Все таковые отправились на Саулу.

– И что за неугомонные сволочи? – укоризненно покачал головой Николай Александрович. – Как можно быть такой гнилью? Не понимаю…

– Кто бы знал… О, начинаю трансляцию с орбиты Марса, чужак выходит в реальность.

Стена напротив превратилась в голографический экран, на левой стороне которого видна была планета. Два корабля величаво плыли в лучах Солнца, судя по свечению поднятых защитных полей, они были готовы к бою.

– Вот точка выхода чужака, – Михалыч подсветил область пространства.

Не прошло и пяти минут, как пространство словно вспучилось, выплевывая страшно избитый корабль с гербом Российской империи на борту. Но старым, на нем был только двуглавый орел. Фрегаты немедленно начали вызывать его по всем диапазонам, требуя сообщить о своей принадлежности. Ответил им по радио хриплый голос:

– Рейдер «Павел IV», Российская империя! Командует старший лейтенант Логачев, Сергей Иванович, личный номер ТР–239054. Мы с важными и срочными известиями, едва смогли уйти от кайхаров, шли в обход черной дыры RD–3452. А что случилось с Марсом? Куда подевалась база Флота?..

– Фрегаты «Стимул» и «Предел», Российская империя! – сообщил командир одного из земных кораблей, с недоумением переглянувшись со старпомом, до них дошло, что прилетевшие однозначно не отсюда. – Мы…

– Переводите связь на меня, – прервал их диалог Николай Александрович. – Говорит имперский наместник Солнечной системы, капитан первого ранга Волгин. Господа, вынужден огорчить вас, но вы не в своей реальности. У нас здесь идет две тысячи тридцать пятый год от рождества Христова.

Некоторое время царило ошарашенное молчание, затем старший лейтенант неуверенно спросил:

– Это что, шутка такая? Простите, но нам не до шуток, у нас половина экипажа ранена!

– К сожалению, не шутка, – заверил Николай Александрович. – Сейчас на орбиту Марса прибудет тяжелый крейсер «Снегирь» и возьмет ваш корабль на борт. Погасите двигатели!

– На борт? – изумился командир рейдера. – Это какого же он размера?!

– Сами увидите.

Пока капитан говорил, «Снегирь» снялся с орбиты Земли и начал резко набирать скорость, двигаясь к Марсу. Короткий гиперпрыжок, и десятикилометровая летающая тарелка словно призрак возникла в двух километрах над «Павлом IV». В ее днище открылась большая аппарель, куда рейдер легко мог войти.

– Святой Боже! – ахнул Логачев, российский герб на днище огромного корабля он заметил, двуглавого коронованного орла трудно было не узнать, хоть и отметил про себя его странность. – Это что за гигант?!

– Колонизационный крейсер проекта Д–212 «Снегирь», восьмой в серии, – сообщил Николай Александрович. – Российская империя, двадцать пятое столетие от рождества Христова. Был отправлен для колонизации планеты в другом рукаве галактики, но провалился в червоточину и несколько лет искал путь домой. Однако нашел только проход в эту реальность, где шел две тысячи двадцать второй год. Западные страны готовились к полному уничтожению России, собирая на границе войска. Здесь она была так называемым демократическим государством, президентской республикой. Но западники никак не ждали нашего прибытия, а мы, естественно, помогли своим. Почему мы не удивлены вашему появлению? Дело в том, что по дороге нам неоднократно довелось сталкиваться с выходцами из разных реальностей Земли с разной историей. Так что вы далеко не первые, с кем мы повстречались здесь. Приглашаю на борт «Снегиря», вам окажут медицинскую помощь. А потом поможем всем, чем сможем. Русские своих не бросают. Это закон и аксиома.

– С благодарностью принимаем ваше приглашение, господин наместник! – отозвался командир рейдера, судя по дрожащему голосу, он пребывал в крайней степени ошеломления.

Капитан недовольно пожевал губами – опять в этой реальности появляются незваные гости из других. Как? Почему? Надо попросить Джошуа и Лао-Цзы заняться этим вопросом вплотную. Такое просто так не происходит, всему есть причина, и причина уважительная.

Избитый рейдер, тем временем, отключил двигатели и позволил силовому захвату втянуть его в аппарель. В ангаре груду железа, на которую он походил, опустили в посадочную зону, предназначенную для пострадавших кораблей – ее окружали силовые поля такой мощности, что могли легко сдержать термоядерный взрыв. До сих пор эту зону не приходилось использовать, в серьезном бою приписанные к «Снегирю» корабли еще не участвовали, а на Земле во время аннексии не имелось ничего, что способно было бы нанести им серьезный вред. Разве что ядерные ракеты, но ими еще поди попади.

Старший лейтенант Логачев оглядел свой немногочисленный экипаж, собравшийся перед шлюзом. Почти все выжившие в этом безумном рейде были ранены, а выжило меньше половины экипажа. Зато выяснили, что кайхары готовы к новому нападению. Правда, после этого пришлось гнать на форсаже, чтобы уйти от погони, это получилось только после обхода черной дыры. Огромное облегчение людей после того, как обнаружилось отсутствие чужих кораблей на хвосте, сменилось тревогой из-за молчания штаба Флота. Его вызывали разными способами, затем принялись вызывать все доступные службы и организации, но никто, вообще никто не ответил. Это настолько перепугало командира «Павла IV», что он приказал идти к Солнечной системе на форсаже с выходом в реальное пространство в аварийной зоне на орбите Марса, специально предназначенной для выхода поврежденных кораблей.

Только после переговоров с наместником Солнечной системы (какая странная должность!) и появления гигантской летающей тарелки стало ясно, что произошло. Во время обхода черной дыры корабль провалился в другую, параллельную реальность. Теорию струн отныне можно было считать доказанной. К сожалению, возможности сразу вернуться домой Сергей Иванович не имел, мало того, что рейдер на ладан дышит, так и экипаж едва на ногах стоит, четверо вон вообще в беспамятстве, кое-как перевязанные – бортовой медик погиб одним из первых, а остальные в медицине разбирались на уровне перевязать рану и вколоть обезболивающее, позволяющее дождаться помощи.

Аппарель с лязгом откинулась, и космонавты, неся беспамятных сослуживцев, спустились по ней, оказавшись в ангаре, стены которого скрывались где-то вдалеке. Не слишком далеко стояло два корабля незнакомых очертаний, однако герб на них был почти привычным, хоть немного и отличался от имперского – двуглавый орел почему-то был изображен на фоне красной пятиконечной звезды, сжимая в лапах серп и молот.

– Добрый день, товарищи космонавты! – подошла к сбившимся у аппарели людям задорно улыбающаяся веснушчатая девчонка в незнакомой мешковатой форме, совсем еще молодая, лет восемнадцати, вряд ли больше. – Младший лейтенант медицинской службы Миронова Святослава. Всех раненых прошу следовать за мной в медотсек! Капсулы подготовлены, товарищ военврач первого ранга ждет. Если есть погибшие не более двух часов назад, прошу захватить тела с собой, возможно, удастся вытащить их с того света.

– К сожалению, все погибли больше трех суток назад, – развел руками лейтенант Луговой, белобрысый громила, с интересом смотрящий на симпатичную медичку, у них на флоте женщины не служили, одно это говорило о значительных отличиях в законах и обычаях.

– Жаль! – огорчилась Святослава. – Но не будем терять времени, раненые, следуйте за мной в телепорт.

Услышав последнее слово, старший лейтенант, собравшийся проводить своих людей, чуть не споткнулся. Ему самому медицинская помощь не требовалось, Господь уберег от ран, но таких везунчиков в экипаже было всего двое, все остальные кривились от боли, поэтому последовали за госпожой Мироновой в возникшее прямо в воздухе туманное облачко. Надо же, эта империя освоила телепортацию! Дома об этом только мечтали. Поговаривали, что американцы придумали что-то в этом роде, но так ли это никто не знал.

Когда телепорт погас, Сергей Иванович неуверенно оглянулся. К нему тут же подошел рыжий, долговязый молодой офицер в черной форме со странными погонами с двумя звездочками на темном фоне и отрекомендовался:

– Мичман Джонсон, Роберт Аристархович. Прошу следовать за мной, товарищи, наместник вас ждет.

– Англичанин? – хмуро спросил Луговой, истово оных ненавидящий.

– Нет, русский, – мягко улыбнулся мичман. – В нашей реальности еще в двадцать первом столетии на Земле других стран, кроме России, не осталось. За последующие два столетия даже языков других не стало, они забыты. Люди перемешались по всей планете, и все считают себя русскими, поскольку русский язык для нас родной и выросли мы на русской культуре. А на колонизационном крейсере ушли только старики, прошедшие Великую войну, им всех больше четырехсот лет, и молодежь, почти поголовно коммунары.