Иар Эльтеррус – Мастер дальних дорог (страница 10)

– Нашли… – грустно вздохнул Иван, про себя сожалея, что такой куш достался не им. – О, с борта вызывают!

– Вот гадство… – огорчился киатец. – Ну да ладно. Отвечаем?

– Конечно.

На загоревшемся голоэкране возникли хмурые лица двух совсем молодых парней. Лет восемнадцати, не больше. Причем одеты оба были практически в лохмотья, особенно тот, что покрупнее.

– Добрый день! – поздоровался более худой по-русски.

– Здравствуйте! – на том же языке ответил Иван. – Кто вы и каков ваш порт приписки?

– Мы с Земли недавно, прямо на этот корабль попали, – тяжело вздохнул парень. – Долго не могли понять, где это мы оказались и что вообще происходит. Слава Богу, искин корабельный проснулся и все нам объяснил. Потом предложил корабль восстановить и к людям лететь…

Офицер задумчиво покивал – такое, хоть и редко, но случалось. Чаще всего попавшие на заброшенные корабли земляне гибли. Мальчишкам повезло напороться на восстановившийся искин, признавший право нашедшего. Иначе так бы и умерли от нехватки воздуха или голода и жажды. Да, действительно повезло им, и сильно – сразу по прибытию в империю отхватить собственный корабль, да еще и такой мощный, мало кому подобное удается. Продадут – на всю жизнь хватит. Он, правда, на их месте не продавал бы, но решать не ему – законы о собственности в Таорской империи очень строгие.

– Из какого вы года? – поинтересовался Иван.

– Из 2023-го. Российская Федерация, город Санкт-Петербург.

Офицер поморщился, это название резало слух коренному ленинградцу, погибшему во время войны в Афганистане и неожиданно оказавшемуся здесь. Он, конечно, знал от выходцев из РФ, что Советский Союз распался, но душой принять этого так и не смог, не сумел поверить, что такое случилось.

– Имена? – одновременно он через имплант отдал приказ искину фиксировать сказанное в официальном порядке, чтобы переслать протокол в Ирренар и Ринхайд.

– Артем Михайлович Дарнье.

– Александр Викторович Боровиков.

– Дарнье? – удивился Иван.

– Отец у меня француз, – пояснил парень.

– При регистрации советую сократить имена до Арт Дар и Ал Бор, здесь приняты короткие имена, полными мы называем друг друга только в своей среде.

– А как зарегистрироваться? – спросил Артем. – И как гражданство получить?

– Это одно и то же, для землян регистрация означает автоматическое получение гражданства, в империи с этим просто. Нужно всего лишь подать устное заявление, потом пройти допрос в Ирренаре и внедрить мозговые импланты, здесь без них жить невозможно.

– У нас уже есть импланты! – вскинулся второй парень, очень накачанный, видимо, спортсмен. – Нам искин корабля поставил!

– Представляю, что за старье он вам всучил… – скривился Иван. – Но для начала, наверное, сойдет. Только сразу после получения гражданства зарегистрируйте свои импланты в Дарвасе, Службе Статистики.

– А что нам сейчас делать? – в глазах Артема горела тревога.

– Следуйте к орбитальной станции № 37, сто сорок девятая причальная мачта, второй порт, – успокаивающе улыбнулся ему офицер. – Передаю точные координаты. Думаю, ваш искин сможет припарковать корабль. Там вас будут ждать и объяснят, что делать дальше. Не нервничайте, все будет хорошо. Понимаю, что вам сейчас трудно, сам таким был, когда в империю попал. Кстати, хоть страна и называется империей, но во многом здесь социализм, не хуже, чем в Советском Союзе был, а то и лучше. По крайней мере, жилье, медицина и образование – бесплатные.

– Благодарю! – несмело улыбнулся парень, и экран погас.

Глядя, как дредноут меняет курс и не спеша движется к третьей, самой населенной планете системы, Иван коротко рассказал о случившемся Ли Тану, не знавшему русского языка – между собой они говорили на таорском.

– Ну, пусть ребятишкам повезет, – улыбнулся китаец. – Удачи им!

Глава IV

Выйдя из станционного отделения Ирренара, Артем с Бором ошалело переглянулись – ни разу в жизни им не доводилось так удивляться. Ни один и представить не мог себе столь доброжелательного отношения к эмигрантам и такую простоту оформления документов. Да и все остальное буквально потрясало. За прошедшие с момента гибели станции «Даотсад» сто с небольшим лет в империи многое изменилось, и информация, сообщенная искином, оказалась не совсем верна. Что странно, изменения были к лучшему. По крайней мере, ребятам так показалось.

Постройка дредноута прошла мимо внимания землян – все три месяца, потребовавшиеся на это, оба провели в медкапсулах. Сначала Дархон внедрил им лучшие из имевшихся в стазис-хранилище имплантов, это оказались «Элконы» без номера – управленческо-навигаторские импланты высшего класса, производившиеся только на одном заводе столичной планете империи, Таоре, причем стоили они маленькое состояние, да и право на приобретение имели далеко не все, а только состоящие на государственной службе люди, да и то по разрешению специальной комиссии Ирренара. Возможности «Элкона» превышали возможности всех остальных имплантов на порядок. Даже искин удивился их наличию на складе и долго бурчал, что корешки заразы, похоже, так и не выкорчевали, слишком высоко тянулись связи убийц. По его словам, землянам невероятно повезло, что имплантам больше ста лет, поэтому по закону они принадлежат нашедшим, так что вопросов у спецслужб империи возникнуть не должно. Разве что потребуют подписать мобилизационные обязательства на случай войны, но в империи и так все совершеннолетние граждане военнообязанные.

Первые дни после установки имплантов ребята провели как во сне. Все описания работы нейросетей в книгах по EVE оказались очень слабым подобием реальности. Мышление разделилось на шесть параллельных потоков, аналитические способности возросли на три порядка, память стала абсолютной, да и скорость доступа к ней впечатляла. Все когда-либо прочитанное или увиденное в течение жизни теперь можно было вспомнить в мельчайших подробностях в любой момент. Также появилась возможность напрямую управлять самой сложной техникой таорского производства, однако для этого требовались сертификаты, получить которые можно было только в центрах сертификации империи. Нет, Дархон вполне мог сфальсифицировать их, но это сразу бы обнаружили при регистрации, так что рисковать не стоило.

Работать с «Элконами» оказалось довольно трудно, пришлось освоить несколько специализированных пакетов данных. Искин сообщил, что с обычными имплантами было бы намного проще, но стоит ли ради облегчения себе жизни лишаться множества возможностей? Нет, конечно. Поэтому ребята почти неделю осваивали установленные девайсы, путаясь в тысячах рабочих столов, меню и настроек. Вот тут-то и пригодился Артему наручный искин Умник, синхронизировавшийся с имплантом и вдесятеро упростивший работу с ним. Бор, увидев такое дело, тоже затребовал себе такой же со склада – там их хватало.

А вот затем началась учеба в медкапсулах. После освоения первого же серьезного пакета данных по пилотированию Артем с удивлением обнаружил у себя новые знания и умения. Причем проявлялись они не сразу, а как бы исподволь, когда требовались. Профессии пилота и навигатора оказались чрезвычайно сложны, требовалось очень быстро производить в уме сложнейшие расчеты. Имплант, конечно, сильно облегчал это, но его мощности далеко не всегда хватало, особенно когда требовалось рассчитать сложный непрямой гиперпереход. Пакеты данных, как и базы знаний в EVE, делились на уровни, но иначе – здесь они имели всего три уровня: пилот, мастер-пилот и эксперт-пилот. То же самое относилось и к навигатору. Освоить две и более профессии на достаточном уровне считалось физически невозможным, возможности мозга разумного существа запоминать информацию имели свои пределы. Ходили слухи, что бывали гении, способные на такое, но никто и никогда их не встречал, поэтому в них не верили. Спасала прямая связь мозга с искинами через импланты, но далеко не все искины давали подобную возможность, за исключением биологических, а те были чрезвычайно редки и очень дорого стоили. Именно поэтому многие преступные организации и пытались выращивать их из мозга разумных существ, что являлось подсудным делом и наказывалось исключительно смертной казнью. Дархон оказался на прямую связь способен, хотя сообщил об этом почему-то очень неохотно.

Из-за напряженной учебы постройка основных конструкций дредноута прошла мимо землян. После полной утилизации остатков станции «Даотсад» искин, использовав идею Бора, направился к последней, седьмой планете звездной системы. Однако множества необходимых химических элементов там не нашлось, поэтому корабль был завершен всего процентов на сорок, хотя летать уже мог, даже в гиперпространстве. Все остальное придется добывать либо на корабельных кладбищах, либо покупать. Но на что? Да, Дархон наложил лапу на средства бывших владельцев станции, но эти средства требовалось сначала легализовать, а только потом использовать, иначе за землян сразу возьмется Ирренар. Единственные деньги, которые Артем с Бором могли использовать безнаказанно – это обезличенные карты и наличные средства, найденные на трупах членов экипажа. Искин их сохранил. Хотя и с картами было довольно опасно связываться. А вдруг выяснится, что они принадлежали преступникам? Не спросят ли тогда у землян, как и когда они попали на станцию «Даотсад» и что там делали? Вполне ведь могут спросить. Что отвечать? Дархон предложил отправить свежесобранного кибера без настройки на владельца с несколькими картами и попробовать обналичить их, а затем подождать, не заинтересуется ли этим кто-нибудь. Ребята согласились, не видя другого выхода, ведь для достройки корабля требовались огромные средства. Но все же попросили с этим подождать до регистрации в Ирренаре.