Иар Эльтеррус – Хроники дальних дорог (страница 9)

– Вполне возможно, – после долгой паузы ответил Эрх-Ар. – Благодарим вас за урок вас, Восьмой Авари, и, тем более, говорившего через вас великого Судию! Эта информация крайне ценна. Мы готовы внести указанную вами плату в течение указанного времени.

– Импланты дополнять только тем членам экипажа, кто даст на это свое согласие, и, надеюсь, эти дополнения будут без сюрпризов.

– Не беспокойтесь, никто и никогда, находясь в здравом уме, не рискнет нарушить соглашение со Странником, слишком страшны последствия такого нарушения.

Про себя Артем пребывал в очень странном состоянии, словно бы подвешенным в воздухе, и часть его самого ему не принадлежала – кто-то всемогущий и неизмеримо древний смотрел его глазами и слышал его ушами. Но это почему-то казалось правильным, да что там – единственно верным! Кто-то другой возмутился бы таким использованием своего тела, но не Артем – высшие силы он всегда уважал. А уж того, кого называли Судией, тем более. Он подозревал, кто это, и не имел ничего против того, чтобы разделить свое тело с Ним, раз Ему так нужно.

То, что Эрх-Ар восприняли сказанные через него слова, как исполнение контракта с его стороны, ничуть не удивляло – мало кому из тех Сфер дается прямой совет свыше, это невероятная редкость, а потому очень ценится. Скорее всего, они сочтут, что обязаны отдать еще что-то. Что бы такое попросить?

Как ни удивительно, никто из экипажа, включая новичков, не отказался получить имплант сверхцивилизации, причем энерго-полевой, размещающийся не в теле, а в душе разумного, и поэтому сохраняющий все его знания и память в последующих воплощениях. Даже доцент Карацупа вместе с женой и детьми согласились. Артем и сам бы от такого не отказался, но говорить, что эта штука нужна и ему, было бы глупо. Впрочем, в последнее время он заметил, что начал использовать вместо импланта для напряженной умственной работы что-то непонятное, находящееся одновременно где-то далеко и внутри него.

Преобразование корабля и установка энерго-имплантов с точки зрения людей и других разумных выглядели довольно скромно – все поверхности «Петрограда», включая внутренние переборки, засветились призрачным опаловым светом. Это продолжалось около часа, во время которого в корабле царило молчание – никому почему-то не хотелось говорить, особенно зная, что его услышит кто-то посторонний.

Внезапно свечение погасло. Поверхность переборок рубки приобрела слегка другой цвет, при виде которого Дархон зашелся чуть ли не истерике, слава Богу, по закрытому каналу, то и дело ошалело повторяя: «Адамантит… Не может быть! Это же невозможно! Адамантит…». Артем далеко не сразу добился от него, что все металлические детали дредноута теперь состоят из редчайшего и невероятно дорогого металла адамантита, возможности и крепость которого были мало представимы. Помимо того Эрх-Ар модифицировали самого искина, увеличив его возможности на шесть порядков, и понял он это только когда все закончилось. Помимо того добавилось множество неизвестных устройств, плюс информация по ним в памяти Дархона.

– Мы закончили, Восьмой Авари, – сообщили Эрх-Ар. – Мы можем еще чем-то отблагодарить вас?

– Да, – придумал, наконец, Артем. – Для многих устройств моего корабля постоянно требуются трансураниды. Мне просто лень то и дело искать их. Вы можете решить этот вопрос?

– Без проблем. Мы можем либо заменить источники питания на преобразователи вакуума, либо установить малые синтезаторы в каждом устройстве, благодаря чему нужные трансураниды будут появляться в них по мере надобности без ограничений.

– Кирилл Владимирович, что думаете? – юноша перевел взгляд на инженера.

– Мне неизвестно, что такое преобразователи вакуума, – признался тот, – так что пусть будут синтезаторы.

– Хорошо, – кивнул Артем. – Значит, синтезаторы.

– Это займет еще десять стандартных минут.

Когда все закончилось, молодой Странник спросил:

– Полученного вами совета достаточно, чтобы разобраться в причинах невозможности нового объединения, или нет?

– Мы были бы благодарны, если вы подумаете над этим вопросом и потом сообщите нам свои выводы. Как с нами связаться ваш искин знает. Если честно… мы удивлены, что Странник и бионик каким-то образом сработались, ведь вы, Авари, обычно уничтожаете биоников там, где встретите, но лучшего искина действительно не найти. Кроме разве что полевых компьютеров высших драконов и эрхе.

– Хорошо, я подумаю, но не могу сказать точно, когда последуют выводы, – кивнул Артем. – Перешлите основную информацию по разделению и попытках объединения эгрегора в память Дархона, установив для этого отдельный блок памяти, доступ к которому будем иметь только я и он.

– Через пять минут будет сделано.

По прошествии указанного времени Эрх-Ар распрощались, после чего Артем устало откинулся на спинку кресла и медленно выдохнул. Немного посидел молча и спросил:

– Дархон, они нас больше не слышат?

– Нет, – лаконично ответил тот.

И молодой капитан отвел душу десятиэтажным матом, поминая Эрх-Ар, Странников и вообще всех сущностей и сверхсушностей.

– Да как же вы мне все остоп…и! – закончил он свою тираду, – Да чтоб вам, сукам, всем сквозь землю провалиться!

Эксперты и другие члены экипажа, включая новичков, тихо хмыкали про себя, прекрасно понимая состояние своего капитана. Эти самые высшие силы действительно могут надоесть до онемения. Причем каждый чувствовал в себе изменения – энерго-имплант обустраивался в душе, перелопачивая память человека и систематизируя ее, чтобы сделать доступной в любой момент.

– Простите, – заговорил майор Ростовцев, – мы хотели предложить забрать добытые в системе трансураниды, но теперь это, наверное, уже не актуально?

– Ну почему же, – ответил вместо капитана Кирилл Владимирович. – Запас карман не тянет, мало ли что. Вдруг что-то случится с этими самыми синтезаторами? Так что говорите, где склады, я пошлю дроидов, пусть заберут, да положат в один из дальних трюмов, места у нас там хватает.

– Вот и хорошо, – кивнул Артем, затем повернулся к Ростовцеву. – Господин майор, раз вы согласились войти в наш экипаж, то попрошу вас возглавить авиакрыло, – затем он посмотрел на лонгарку, сидящую в дальнем конце рубки. – Ти-Лирха, прости, но твоего опыта недостаточно для командования.

– Я все понимаю, – слегка обнажила боковые зубы девушка. – И наоборот, буду рада поучиться у мастера, – она вежливо поклонилась Ростовцеву, которого явно удивила ее внешность.

– Вот и хорошо, – повторил юноша. – Вы согласны, Аристарх Олегович?

– Так точно, согласен! – встал тот. – И готов принимать машины.

– Погодите чуток, – вмешался Дархон. – Эрх-Ар даже истребители сделали адамантитовыми. Так что повредить им чем-либо будет очень проблематично. Вы учитывайте во время боя, что ваши истребители практически неуязвимы. Но динамический удар, если хорошо приложат, никуда не денется, самой-то машине ничего не будет, а вот от пилота внутри фарш останется. Это тоже помнить надо.

– Запомним, – кивнул Ростовцев.

Артем не сразу заметил, что в рубке собрался весь экипаж, включая новичков и стажеров. Он некоторое время молчал, а потом заговорил:

– Насколько я понимаю, каждый Странник со временем собирает Клан своих людей. Не знаю почему, но обычно, как и у нас с вами, это происходит само собой, естественно. К сожалению, Странник я пока неопытный, знаю и умею очень мало, учиться предстоит долго. Найти бы только у кого. А вот в последнем проблема. Вы были свидетелями, что через меня иногда действуют некие высшие силы, как сейчас сказали – Судия. Возможно, это одна из ипостасей того, кого мы воспринимаем, как Христа. Не знаю. Или это Ангел Воздаяния. Трудно сказать. Не берусь судить о том, чего не знаю.

– Не дрейфь, парень, – ступил на шаг вперед Карл Генрихович. – Мы с тобой, поддержим в любой ситуации.

– Спасибо, – улыбнулся ему юноша. – А сейчас простите, пойду отдохну. Мне все это очень нелегко далось.

Он быстро вышел из рубки, оставляя экипаж спокойно обсудить случившееся.

Минут пять царило молчание, все размышляли над увиденным, тихо обалдевая про себя. Особенно все случившееся поразило новичков-пилотов, да и бывшего доцента с семьей. Это к кому же они на службу-то пошли, что его устами говорит сам Судия?..

– А мальчик-то наш совсем непрост… – задумчиво произнес Леонид Петрович. – Впрочем, такое уже было, помните, что он Ольге Петровне сказал? Точнее, не он, а кто-то через него.

– Помним, – коротко ответил Карл Генрихович, а сама Домогацкая только кивнула. – Но сейчас это было на порядок сильнее.

– Так и разница между одним человеком и могучей сверхцивилизацией огромная, – хмыкнул Инголин. – Но это все лирика, господа и товарищи. Давайте познакомимся с нашими новыми сослуживцами и… не только. Предлагаю как следует выпить, а то слишком все это для меня. Надо расслабиться.

– А если кто-то нападет? – поинтересовался погонщик, Мустафа Амирович.

– Успеем протрезветь, медкапсул хватает, да и Дархон настороже, – ответил инженер. – Так ведь? Повредить нашему кораблю после пройденного преобразования теперь очень мало что может. Мой имплант понемногу разворачивается, я уже немного изучил новые возможности «Петрограда», и, честно скажу, ошарашен. Если раньше у нас был сверхкорабль по таорским меркам, то сейчас вообще нечто невозможное в принципе.