Иар Эльтеррус – Демиурги. Полигон богов (страница 53)

— О возможностях демиургов вообще ничего не известно, — пробурчал Хельмстанг, — знаем только, что они существуют.

— Вы правы, — подтвердил Ронхин. — Вся имеющаяся информация заключается в рекомендации экспедициям зонирования при обнаружении планет, имеющих демиурга, тут же уносить ноги, чтобы не дай Бог не вызвать его недовольства. Что-то еще знают структуры Контроля, но они ничего нам не сообщат, сами знаете, как они нас «любят».

— Есть также несколько циркуляров Официальной Службы, оставшихся с седой древности, — добавил Инхайр. — Там описаны права и возможности демиургов, а также их обязанности и ограничения. Документы для служебного пользования. Они не дополнялись несколько сотен тысяч лет — за все это время Службе не довелось сталкиваться с демиургами.

— А нам «повезло»…

— В гробу я видал такое везение. Ну откуда паскудный демиург взялся на этой зачуханной планетке?! Что ему здесь делать? Тут же населения едва несколько миллионов наберется!

— Видимо, Х243 действительно играет какую-то важную роль в мироздании, — хмуро заметил Ронхин. — Вспомни слова чешуйчатой девки о мире-перекрестке и опасности нарушения его равновесия. Наверное, она все же в чем-то права и это далеко не простой мирок. Наши яйцеголовые просто не сумели понять, что он такое.

— Нам приказали любой ценой прорваться дальше, — вздохнул Инхайр. — Любой ценой!

— Это было до всех последних событий. Кстати, наверное Неника Сат и есть демиург.

— Вряд ли, она появилась совсем недавно. Скорее всего, помощница. Ладно, хватит откладывать, пошли в рубку связи.

Координаторы уныло переглянулись и отправились докладывать руководству, примерно представляя, что им скажут в ответ. Действительно, генеральный, изучив отчет и выслушав подчиненных, довольно долго разъяренно смотрел на них. Затем прошипел:

— Идиоты…

— А что мы могли сделать? — спокойно спросил Инхайр, которому все это надоело до крайней степени. — От нас ничего не зависело. Надо было атаковать раньше, но Совет отдал приказ только вчера.

— Возможно, — заставил себя успокоиться генеральный. — Но почему никто не подумал, что у планеты может быть демиург?!

— Мы когда-нибудь сталкивались с демиургами? — вопросом на вопрос ответил Ронхин. — Откуда нам было знать признаки их присутствия? Не ищите виноватых, давайте лучше подумаем, как исправлять ситуацию.

— Ладно, быть может, вы и правы. Канал достаточно защищен?

— Да, это дискретная связь, идущая через особый канал. Шифрование максимально доступного уровня.

— Многого я вам сказать не рискну, любую связь можно перехватить и расшифровать при должном старании, — генеральный пристально смотрел на координаторов из-под кустистых бровей. — Но главное, что вы должны знать, — проход дальше важен куда больше, чем вы можете себе представить. На кону стоит отнюдь не нейтрализация мешающих структур, а возможность выстроить мироздание по своему усмотрению.

— А что, если Сат права и попытка нарушить существующее равновесие приведет к схлопыванию нескольких вселенных? — невинно поинтересовался Инхайр.

— Даже если так, цена приемлема. Мы подошли к рубежу, преодолеть который обязаны, иначе все, что мы сумели сделать до сих пор, окажется бесполезным.

— Так ведь схлопнуться может и наша вселенная… — нахмурился Ронхин.

— И что с того? — насмешливо осклабился генеральный. — Мы сами успеем уйти, а вселенных хватит, все не схлопнутся. Тем более что я уверен: все это было придумано, чтобы напугать нас.

— Но ведь мы сейчас не можем атаковать Х243… Если мы пойдем на открытый конфликт, то потеряем все завоеванные за десятилетия позиции… За каждым нашим шагом сейчас инферы наблюдают!

— И что с того? — в глазах генерального загорелся опасный огонек. — Вы не понимаете, что нам нечего терять. Или мы добьемся своего и найдем мир-ноль, или нас в конце концов сомнут. А если победим, то победителей не судят. Справимся со всеми последствиями.

Координаторы переглянулись, им обоим стало немного не по себе: их шеф сейчас напоминал безумца, а не того холодного лощеного аристократа, которого они привыкли видеть. И вывод отсюда следовал один — на самом деле генеральный таковым не являлся, существовал кто-то еще, какой-то руководящий орган помимо Совета. Впрочем, они давно подозревали, что за Организацией стоит кто-то из Высших, кто-то из Сфер, слишком уж легко многое получалось, даже Контроль почти удалось нейтрализовать.

— Значит, все-таки прямая атака? — нахмурился Ронхин. — Мы не уверены, что прорвемся через флот ордена. Да и кто вам сказал, что исчезновение эгрегора планеты приведет к открытию пути?

— Нас вполне устроит, если он исчезнет, без его вмешательства путь мы в конце концов все равно откроем, — усмехнулся генеральный. — И никто не говорит о прямой атаке. На борту нескольких кораблей есть пространственные мины…

— Но ведь их применение уничтожит целый сегмент пространства-времени до самых основ… — побледнел Инхайр. — Во всех вселенных…

— Да, уничтожит. Надеюсь, вместе с этим так подгадившим нам демиургом.

— Никто из наших людей на смерть не пойдет, мы — тоже, — выпрямился Ронхин. — Бой — это бой, а тут — верная гибель.

— Никто и не требует от вас этого, — презрительно скривился генеральный. — Адмирал Хельмстанг в курсе. В секретном хранилище его линкора есть носитель нового типа, способный доставить мину через самые глубокие слои гиперпространства, причем во временном смещении. В наше время он переходит только в момент взрыва. Просто оставьте мину после старта и уносите ноги. Нас никто не заподозрит, а если и заподозрит, то доказать ничего не сумеет.

— Генеральный, вы противоречите сами себе, — не выдержал Инхайр. — То вы говорите, что главное пройти дальше, то утверждаете, что нас устроит и гибель Х243 без возможности пройти дальше.

— А вам и не надо ничего понимать, — брезгливо выплюнул тот. — Ваше дело — приказы исполнять. Есть многое, чего вы не знаете и знать не должны, поэтому просто сделайте то, что я говорю.

Его взгляд потяжелел, голос сделался свистящим:

— И очень надеюсь, что вы не попадетесь. Иначе оба пожалеете, что родились.

Экран погас. Инхайр растерянно посмотрел на не менее растерянного Ронхина. Такого они все же не ждали, это было слишком даже для их гибкой психики. Уничтожить целый сегмент пространства, превратить его в ничто? Это же сотни населенных миров! Десятки биллионов разумных! Их одновременная гибель может вызвать даже воронку инферно! Неужели генеральный этого не понимает? Да нет, все он понимает, для него, да и для всего Совета это просто несущественно.

— Кому же мы служим, Тирин?.. — с трудом выдавил из себя Инхайр.

— Не знаю, Райан… — глухо ответил Ронхин. — Я сам сволочь, признаюсь честно, у меня многое на совести, но это… Это даже для меня слишком.

— Для меня тоже. Я сейчас вспомнил, что я не только функционер Организации, но еще и официал[33]. А Служба создавалась, чтобы противостоять в первую очередь вот такому.

— Не могу понять, чего добиваются те, кто стоит за Советом. Похоже, отнюдь не декларируемых целей.

— Это любому ясно, — криво усмехнулся Инхайр. — Но я свой выбор сделал.

— И я…

— Зря, господа, очень зря… — заставил обоих обернуться насмешливый голос непонятно откуда взявшегося адмирала Хельмстанга. — Шеф предполагал, что вы окажетесь слабаками, и дал мне кое-какие распоряжения на этот счет. Сдайте оружие! Вы арестованы.

Глава XVI

— Наставник, как вы этого добились?! — Неника восторженно смотрела на Неназываемого. — Победить без боя?! Это же…

— Лучший бой — это бой, выигранный без боя, — улыбнулся тот. — Старая мудрость.

— Но как?!

— Очень просто. Такие структуры, как пресловутая Организация, очень чувствительны к общественному мнению, они изо всех сил строят из себя белых и пушистых, тщательно скрывая свои неприглядные делишки. Достаточно вытащить всю эту грязь на свет, как им приходится отступать. Дело еще в том, что они не знают возможностей демиургов, поскольку почти не сталкивались с нами. Я могу делать с любыми информационными сетями то, что никакому дварху не снилось, тем более что расстояние в физическом мире для меня значения не имеет. Вот и занялся информационной атакой. Ускорил свое восприятие на три порядка, поэтому времени у меня хватало для любых действий. А у противников было всего три дня при отсутствии моих способностей и возможностей, они просто не успели. К тому же, я был очень зол, давно до такого озверения не доходил. Когда узнал об их планах геноцида, то у меня, как говорят на моей родине, упала планка и снесло крышу. Сейчас сам удивляюсь многому из того, что сделал.

Демиург развел руками и снова улыбнулся.

— Неужто все закончилось? — спросил Майаннон. — Неужто мы наконец-то отвадили этих тварей от нашего мира?

— Сомневаюсь, что они сдадутся так просто, — помрачнел Неназываемый. — У меня нехорошее предчувствие, невзирая на то, что их флот ушел.

— У меня тоже, — призналась Неника. — Кажется, что над головой что-то висит и вот-вот сорвется. Я даже попросила Аарн пока не уходить. На всякий случай…

— Может, и правильно, — кивнул демиург. — Давай-ка просканируем окрестности системы. Эти могли от злости какой-то неприятный сюрприз оставить.

Неника тут же села прямо на пол в позу, которую наставник называл почему-то позой лотоса, и легким усилием вогнала себя в транс, тут же скачком расширив восприятие до нескольких световых лет. Остальные трое последовали ее примеру, принявшись внимательно изучать окружающее пространство. Они сканировали на всех доступных демиургам диапазонах, но ничего подозрительного не находили, кроме взбаламученного уходом огромного флота гиперпространства.