И. Намор – "Фантастика 2025-163". Компиляция. Книги 1-21 (страница 438)

– Как – что? Главная задача – установить мирные отношения, вместе подумать о разрешении конфликта. – Шапиро хихикнул. – Можно даже предложить им переселиться в войд.

– Там же войдики обитают.

– В нашей Метагалактике полно войдов разного калибра, вполне реально отыскать чистый, свободный от всех видов объектов и необитаемый.

– Всеволод, вы просто кладезь нереализуемых идей, – прокомментировал слова физика Шеридан.

– А мне идея нравится, – заговорила Марианна Вележева. – С таким предложением хотя бы можно идти на переговоры.

– Две тысячи километров до первой цели, – доложил Клиффорд.

– Готова к отражению атаки! – откликнулась Вероника Солнышко.

– Майор? – вежливо произнёс Маккена.

Руслан медлил, взвешивая решение. Особых перспектив не было ни в первом случае: отбить атаку сразу всех «крокодилочерепах» они не могли, – ни во втором: лезть в горловину Дыры, не имея надёжных средств защиты от иных физических законов мира Знающих-Дорогу, значило идти на верную гибель. Но, может быть, в этом случае есть хотя бы надежда на благополучный исход?

– Внимание! – Руслан дождался необходимой твёрдости в голосе, мысленно прощаясь с тающим образом Ярославы. – Идём в Дыру! Попытаемся установить контакт непосредственно с властями Знающих. Другие мнения будут?

Никто не ответил.

«Крокодилочерепахи» отстали.

Сделав несколько выстрелов из своего метающего тысячекилометровые молнии оружия и потеряв два корабля, их владельцы не рискнули следовать за крейсером в Дыру.

Спустя час впереди посветлело, будто в сером тумане где-то начался рассвет.

Защита «Ра» пока справлялась с «пляской вакуумных осцилляций» (по терминологии Шапиро), хотя Клиффорд каждые пять минут с тревогой докладывал о сбоях в цепях управления и быстром истощении энергозапасов в МК-аккумуляторах корабля.

– Остановимся на пару минут, сэр? – спросил Маккена.

– Нет! – ответил Руслан. – Делаем всё максимально быстро! Продолжаем двигаться до тех пор, пока не встретим настоящее препятствие.

– Странно, что мы не видим «кактусы», «водоросли» и «можжевеловые ветви», как в прошлый раз, – хмыкнул Шеридан. – Помните, с чем мы столкнулись сразу при погружении в Дыру? Кстати, почему мы не видим последствия взрыва Бомбы Хаоса?

– На это я могу ответить, – сказал Шапиро. – Потому что для мира Знающих это не бомба, а просто клок их континуума. Она просто вернулась в первоначальное состояние. Бомбой она была для нас, так как порождала преобразование вакуума.

«Ра» продолжил углубляться в «туман», оглохший и ослепший, с прежней скоростью в десять километров в секунду.

Ещё через час в сплошной серой пелене появились прозрачные окна и прожилки, тусклое свечение впереди разрослось до величины лунного кратера, струи «тумана» расползлись в стороны, и крейсер вылетел на край гигантского провала в окружении туманных слоёв, в котором начинался и пропадал в неведомой дали сложнейший объект, напоминающий скелет динозавра с распростёртыми в стороны перистыми крыльями.

– Стоп! – отреагировал Маккена.

«Ра» включил генератор торможения.

– Что это?! – прошептала Марианна.

– Застава Знающих! – вырвалось у Терёшина.

– Всеволод? – вызвал физика Руслан.

– Кажется, я догадываюсь, – пробормотал Шапиро. – Это Мост.

– Какой ещё мост? – удивился пилот.

– Мост-Перехода.

– Мы же повредили Мост, да и располагался он перед Дырой.

– Это второй, резервный, Знающие начали его строить заранее, предполагая, что первый будет уничтожен.

– Зачем он им? Сели в баржи – и вперёд! В крайнем случае использовали бы «крокодилов».

– У них нет никаких барж и космолётов, а «крокодилы» не приспособлены для транспортировки живых Знающих, так как представляют для них смертельно опасные объекты. Я уже не раз говорил, что в их Вселенной действуют другие законы, другой набор констант и измерений. Протяжёнными в их мире являются не длина-ширина-высота, а какие-то другие, какие в нашем континууме свёрнуты в «струны». Мост нужен Знающим для преобразования нашего вакуума в нужную им среду. – Шапиро помолчал. – А может быть, для преобразования самих себя.

– А давайте уничтожим его! – предложил вдруг бортинженер. – Пока у нас есть ресурсы для этого.

– Отставить, мистер крутой! – буркнул Маккена. – Наша цель – переговоры.

– Вы так верите в их успех? – иронически хмыкнул Шеридан.

– Броситься грудью на амбразуру мы всегда успеем.

– Идём дальше, – решил Руслан, раздираемый противоречивыми чувствами. Ему были близки позиции обоих космолётчиков, но применение силы перед переговорами не гарантировало позитивного результата.

– У меня вопрос, – раздался голос Веласкеса. – Почему корабль не тает, как это было в прошлый раз? Мы выдержали в мире Знающих буквально несколько минут, и если бы стартовали вовремя, нас бы уже не было в живых.

– Могу сделать предположение, – сказал Шапиро.

– Ну как же вы без предположений, – буркнул Шеридан.

– Говорите, Всеволод.

– С нами войдики. Они пронизывают нас, весь корабль, заменяя наш вакуум, и континуум Знающих почти не реагирует на нашу материальность.

– Это они вам сказали? – поинтересовался Шеридан скептически.

– Я и сам умный.

– Идём дальше, – решил Руслан.

«Ра» двинулся в глубь бездны, раздвигающей всё новые и новые слоистые горизонты.

В какой-то момент «скелет динозавра», размеры которого, по оценке Клиффорда, превышали такую планетную систему, как Земля-Луна, исчез. Вокруг космолёта снова сгустился «туман», но уже не серый, а белёсый, с жемчужным отблеском.

Системы видения и сбора данных корабля перестали снабжать космолётчиков информацией. Клиффорд озабоченным тоном поведал экипажу свои опасения насчёт адекватной работы аппаратуры.

– Всё-таки местный космос воздействует на наши материальные структуры, – заметил Шеридан.

– Увеличьте скорость, – посоветовал Шапиро.

– Сэр? – подал голос Маккена.

– Пожалуй, можно, – согласился Руслан, – до тысячи. Но будь готов затормозить в случае резкого изменения обстановки.

«Ра» увеличил скорость.

Вскоре эффекты воздействия чужого пространства на организмы людей стали проявляться сильней. Космолётчики почувствовали нервное напряжение, духоту, перепады настроения, взгляды в спину, дуновение «сквозняков», проникших в защитные коконы, страх и тоску.

Первыми на это отреагировали женщины, обменявшись удивлёнными возгласами, затем и мужчины.

Клиффорд стал чаще жаловаться на сбои в цепях, и Маккена грубо приказал ему заткнуться и самостоятельно найти способ поддерживать свою психику в порядке.

В таком состоянии космолётчики пребывали долго – по внутренним впечатлениям, хотя потом оказалось, что длилось оно не более четверти часа. Затем корабль преодолел некий порог, негативные ощущения пошли на убыль, и «туман» вокруг рассеялся. «Ра» вонзился в нечто невообразимое, трудно описываемое словами.

Белый космос!

Корабль со всех сторон окружала бездна, но не чёрная, пронизанная лучами звёзд, как в родной Вселенной, а белая, проросшая чёрными волоконцами и чёрными точками, собиравшимися в рои и целые паутинные поля.

Многие из этих волокнистых образований выглядели геометрически правильными структурами, а некоторые – скелетами живых организмов. И было их бесчисленное множество!

– Боже ты мой! – низким голосом проговорила Роза Линдсей. – Море молока!

– Что это?! – задала вопрос, ставший привычным для всех, Марианна Вележева.

– Это континуум Знающих, – отозвался Шапиро невнятно; он в этот момент глотал адаптоген. – Почти всё как у нас, только наоборот. Чёрные точки – это их звёзды, рои – скопления звёзд наподобие наших галактик.

– В прошлый раз мы этого не видели…