И. А. – В джазе только девушки (страница 18)
«Золотое сердце! — возмущался Джерри, ковыляя на высоких каблуках по дорожке и таща в охапке чемоданы. — Ладно, встретимся, встретимся мы на тропе над обрывом!»
Благополучно добравшись до веранды отеля, Джерри уже было приступил к штурму лестницы, но охапка чемоданов в руках, из-за которых ему не видно было, куда он ступает, и эти проклятые каблуки сделали свое черное дело — на последней ступеньке он, как и в вагоне, вновь зацепился за что-то каблуком и на веранду уже не взошел, а въехал, роняя по пути чемоданы и инструменты.
— О-о-о! — завопил Джерри, приземляясь на мраморный пол.
Миллионеры в шезлонгах ахнули и привстали от ужаса, но честь оказать помощь попавшей в беду даме досталась оказавшемуся ближе всех — и достойнейшему. И пока Джерри, пытаясь сохранить достоинство, выбирался из-под чемоданов, маленький юркий человечек в белых штанах и соломенной шляпе уже суетился вокруг него.
— Не беспокойтесь, мисс! — успокаивал он Джерри. — Вы позволите?
Человечек схватился за упавший чемодан и, подняв, охнул.
— Вы очень любезны, — жеманно ответил Джерри, отряхивая перышки и принимая вид гордый и неприступный.
Человечек решил, что они уже достаточно знакомы и пора представиться.
— Перед вами Осгуд Филдинг-третий, — сказал он таким тоном, словно представлял шаха персидского.
Джерри поднял брови с деланным удивлением.
— Да? Очень приятно, — покривил он душой. — А я… — Связываться с этим придурком ему никак не хотелось. — Я — Золушка вторая!
Да, это действительно был Осгуд Филдинг — из семьи миллионеров Филдингов такой старой и такой богатой, что каждое новое поколение Филдингов демонстрировало явные признаки вырождения, особенно ярко проявившиеся в Филдинге-третьем.
«Образина!» — подумал про него Джерри и был не так уж неправ.
Филдинг-третий не отличался красотой: у него была лисья мордочка, и он совсем не выглядел на миллион долларов. Небольшого роста, с маленькими глазками и красным носиком, с оттопыренными ушами и с удручающе бедным словарным запасом, Филдинг-третий не мог претендовать на гордое звание «покорителя; дамских сердец», но кем он был безусловно — так это бабником и волокитой. Его вышибли в свое время из всех учебных заведений, которые он почтил своим присутствием, и с тех пор уже почти тридцать лет, как Филдинг-третий одну половину своей жизни отдавал виски, а другую половину — дамам, напрочь забыв о необходимости приумножать семейные миллионы. Скорее, наоборот, изыскивая все новые и новые способы избавления от денег.
В настоящее время сердце Осгуда-третьего было свободно и он изнывал от скуки, и вдруг — такой подарок судьбы: эта девушка с чемоданами! И ничего, что Джерри был почти на голову выше Филдинга-третьего — все это не имело никакого значения: Осгуду Филдингу нравились крупные женщины. И вот теперь он с пылом юноши хлопотал вокруг упавшей Дафны, всячески пытаясь ей помочь. Он нашел туфлю, что слетела с ноги Джерри, и теперь с явным удовольствием прилаживал ее на его корявую ножку.
— Больше всего в женщинах я ценю ножки, — мурлыкал Филдинг-третий, возясь с туфлей. — И в особенности лодыжки. — И Филдинг-третий погладил лодыжку Джерри. Джерри брыкнул.
— Я тоже, — ляпнул он сгоряча, но вдруг одумался. — Какое совпадение! Будьте здоровы! — И, подхватив чемоданы, Джерри двинулся было дальше.
Но сердце миллионера Филдинга уже лежало у ног «Дафны», и отпускать просто так свою новую любовь он был не намерен.
— Позвольте я возьму хоть один инструмент! — Филдинг кинулся выхватывать у Джерри чемодан.
— О, пожалуйста, — снизошел Джерри, нагрузив Филдинга контрабасом и чемоданом Джо в придачу. Теперь Филдинг шел не видя землю пред собою. — Вы настоящий кавалер! — пропел Джерри и свалил на Осгуда весь остальной багаж.
Урок для нахальных миллионеров
Легкой походкой девушки, знающей себе цену, Джерри вступил в вестибюль отеля. Сзади, изнемогая под тяжестью багажа, состоявшего из вещей Джо, Душечки и самого Джерри, плелся Филдинг. Поигрывая бусами, Джерри направлялся к лифту.
Холл отеля «Ритц» произвел на него неизгладимое впечатление. Стекло и мрамор, высокая стойка портье из ценных пород дерева, позолота и хрусталь, натертые до блеска плевательницы, мягкие кресла, в которых утопаешь, рискнувши сесть, пальмы в кадках и ковры, заглушающие шаги…
Джерри вступил в мир, доселе ему неведомый. Но тут он вновь вспомнил о коварстве Джо и рассвирепел. Возбужденное состояние Джерри, похоже, не укрылось от глаз влюбленного с первого взгляда Филдинга-третьего, поскольку тот, едва поспевая с чемоданами в обнимку за Джерри, высунул голову из-за контрабаса, лежавшего сверху, и сказал:
— Сразу видно, что в вас бурлит молодая кровь!
— У меня кровь очень редкой группы, — бросил Джерри, минуя портье. — Третьей.
Филдинг не отставал и имел явное желание закрепить знакомство.
— Вы знаете, — задыхаясь от тяжести вверенного ему груза, исповедовался он, — меня всегда безумно волновала эстрада.
— В самом деле? — безразлично спросил Джерри, гадая, когда этот старый козел от него отвяжется — чемоданы уже можно было отдать и бою из отеля.
— Да! И, признаться, это недешево обошлось моим родителям.
Как девушка, недостаточно испорченная, Джерри неправильно понял, о чем толкует Филдинг.
— А, — спросил он с интересом, — вы вкладываете деньга в эстраду?
Осгуд широко улыбнулся и сразу напомнил кота, перед которым поставили большой горшок сметаны.
— В эстрадниц! — уточнил он. — Я семь или восемь раз женился.
Джерри остановился и с большим интересом посмотрел на Филдинга из-под панамки, У него было достаточно много приятелей, прогулявшихся к алтарю не по одному разу. Но семь или восемь…
— Со счету сбились? — с нескрываемым интересом глядя на улыбающегося миллионера, с невольным уважением спросил Джерри.
— Мама ведет точный счет. — Филдинг улыбнулся еще шире, но вдруг озаботился, и улыбка его на мгновение погасла. — Но она что-то недовольна мною в последнее время…
Джерри качал головой от изумления и недоверия.
— Ничего удивительного, — наконец сказал он. Интересно, чем недовольна его мамаша — тем, что сынуля в девятый раз не идет под венец? С таким бойким малышом любая мамаша хлебнула бы забот… — Ну ладно. — Джерри был уже у лифта, и бой забрал чемоданы у Филдинга. — Привет, мистер Филдинг! — И Джерри кокетливо помахал ручкой по-прежнему улыбающемуся миллионеру.
— Как прикажете понимать? — не понял тот.
— Никак! — Джерри зашел в роскошный просторный лифт с золочеными дверями и зеркальными стенами. — Нам с вами не по пути!
Бой уже нажал было кнопку, и двери лифта поехали закрываться, когда Филдинг-третий рванулся вперед.
— О, нет, нет! — завопил он возмущенно, — так легко вы от меня не отделаетесь! О, нет! — восклицал он, врываясь в лифт. И, встав рядом с Джерри, скомандовал:
— Ну, бой, поехали! На самый верх без остановок! И попрошу не отрывать глаз от двери!
Двери лифта сомкнулись, сокрыв от глаз любопытных дальнейшее развитие событий. И, как они там развивались, судить можно было лишь по указателю этажей, расположенному над входом в лифт. Стрелка сначала плавно поднялась к четвертому этажу, затем быстро опустилась, к первому, но потом вновь пошла вверх, как будто кто-то беспорядочно нажимал кнопки, пока наконец не вернулась в исходное положение. Двери лифта открылись, и перед изумленным взором сидевших в холле обитателей отеля предстала разъяренная дамочка, влепившая пощечину коротышке, что находился рядом с ней. Нервно одергивая юбку, она выскочила из кабины, крича возмущенным голосом:
— За кого вы меня принимаете, мистер Филдинг?! — И дамочка кинулась к лестнице с явным намерением подняться пешком.
Коротышка с расстроенным видом кинулся за ней, вопя:
— О, умоляю вас, мисс! Останьтесь! Это больше не повторится!
— Оставьте меня! — рявкнула дамочка, даже не оглянувшись, и еще шибче припустила по лестнице на своих высоких каблуках.
— Клянусь вам, я был не прав! Вернитесь! — заламывал руки маленький джентльмен, всем своим видом демонстрируя крайнее раскаяние.
— Я пойду пешком! — отрезала дамочка, не оглядываясь. «Редкая девушка!» — подумали, наверное, присутствовавшие при этой сцене.
— О-о-о, мисс, я… — взывал коротышка. Но, поняв, что дама в гневе и уговорить ее не удастся, облокотился на перила лестницы, закрыл глаза и мечтательно произнес:
— Какая девушка! — И по его виду было ясно, что вскоре его маме, миссис Филдинг, придется в очередной раз доставать тетрадь, куда она вписывала всех своих многочисленных невесток, чтобы вписать в нее очередную жену своего непутевого сына.
«Мы будем ходить друг к другу в гости!»
Пока Джерри катался с Филдингом на лифте и бил его по щекам, объясняя, как не следует обращаться с приличными девушками, чем вызвал в Филдинге-третьем любовь с первого взгляда, Красотка Сью и Винсток распределяли номера, в которых будут жить девочки из оркестра, и кто с кем именно. Операция эта требовала незаурядного знания людей и их психологии вообще, и девочек из оркестра в частности — их симпатий, антипатий, слабостей и пристрастий.
Всякий раз эта операция становилась тяжким испытанием для Красотки, и в конце концов она пришла к выводу, что если выслушивать все пожелания и возражения, то труппа все гастроли проведет в коридорах и холлах отелей, и потому в последнее время они с Винстоком заранее составляли список и просто зачитывали его девушкам, констатируя, кто из них с кем будет жить в одном номере, пропуская при этом мимо ушей все недовольства и возражения. Правда, от этого мероприятие не становилось менее нервным.