Хёнсин То – Мифы и легенды Кореи (страница 2)
Надев истрепанную ветошь, господин Хо направился к господину Пэку, богачу из Кэсона. Господин Пэк, увидев господина Хо, почувствовал, что перед ним необыкновенный человек, и устроил великий пир, чтобы щедро угостить гостя. Господин Хо попросил господина Пэка одолжить ему девять тысяч золотых, и Пэк охотно согласился.
Прихватив деньги, полученные от господина Пэка, господин Хо отправился в Пхеньян к кисэн[2] по имени Уннан. Он беззаботно проводил с ней время и даже построил дом с большим павильоном, чтобы снискать ее расположение. В благодарность за его щедрость Уннан разрешила господину Хо взять из ее вещей все, что он пожелает. Господин Хо сказал, что ему приглянулась жаровня из красной меди с черным отблеском, которая стояла в комнате Уннан, и та дала разрешение забрать ее. Господин Хо разбил жаровню молотком на мелкие кусочки, завернул их в узелок, сел на коня и отправился на рынок в местечко Хверён. Там он продал кусочки жаровни чжурчжэнскому купцу за сто тысяч золотых. Затем вернулся к господину Пэку и рассказал:
– Жаровня на самом деле была из черного железа, а не из меди. В Древнем Китае в этой жаровне варили зелья из травы бессмертия для императора Цинь Шихуанди. Считается, что сваренное в ней снадобье исцеляет все хвори. Жаровня исчезла, когда даос Сюй Фу отправился с ней в путешествие на корабле по Восточному морю в поисках травы бессмертия. Японцы захватили жаровню и превратили ее в свое национальное сокровище. Позже, во время Имджинской войны[3], японский генерал Кониси Юкинага привез ее в Пхеньян, но, испугавшись нападения армии царства Мин, бросил жаровню и сбежал. Так она оказалась в доме кисэн Уннан.
– Если это такая замечательная жаровня, зачем же ты ее продал? – с сожалением произнес господин Пэк.
Господин Хо объяснил ему:
– Хоть она и лечит недуги, но какой в этом толк, когда деньги нужны позарез? Как бы то ни было, спасибо за помощь, я провернул отличную сделку.
Вскоре к господину Хо пришел генерал Ли Ван[4]. Они поспорили, и Хо прогнал Ли Вана, а после и сам исчез. Рассказ заканчивается точно так же, как и первоначальная «Повесть о господине Хо».
В «Записях о странных явлениях на краю неба» ученый периода Чосон по имени Лим Бан (1640–1724) упоминает сокровище, способное, подобно жаровне, излечивать все недуги. Этот ценный артефакт – жемчужина чонтхонджу, излучающая голубое свечение. Если приложить ее к больному месту, страдания уходят и хворь не возвращается. Жемчужина была извлечена из костей дракона, который прожил более тысячи лет, и, как говорят, ее цена была равна шести тысячам нянов[5]. Жемчужину чонтхонджу можно рассматривать как разновидность волшебной жемчужины ёиджу, которую носят при себе драконы в традиционных восточных сказках. Подобно волшебной жемчужине ёиджу, которая исполняет желания своего обладателя, жемчужина чонтхонджу тоже является сокровищем, способным исполнить желание хозяина, а именно – исцелить его.
Предопределено ли то, что нас ждет? Сторонники фатализма утверждают, что будущее определено заранее. Приверженцы свободы воли возражают им, считая, что предопределенности не существует и будущее зависит от наших действий. Тем не менее в большинстве мифов и легенд прослеживается вера в предопределенность будущего. Так, в сборнике народных преданий «Записки из уезда Кымге» (Кымге пхильдам), составленном Со Юёном (1801–1874) примерно в 1873 году во время правления вана Чосона по имени Коджон (1863–1897)[6], можно найти следующую историю.
Во времена правления Сукчона (1674–1720), вана Чосона, жил в одиночестве после смерти жены сонби. Вскоре он взял себе молодую и красивую наложницу. На деньги, заработанные шитьем, она достойно обеспечивала себя и господина. Было у нее и еще одно полезное умение: она могла предсказывать хорошие и плохие события и всегда точно знала, что именно произойдет.
Сонби задумался: а не владеет ли она магией или сверхъестественными способностями? Он стал спрашивать у нее:
– Как же ты узнаешь будущее?
Каждый раз наложница, посмеиваясь, уходила от прямого ответа:
– Это всего лишь совпадение.
В то время в Чосоне серьезное влияние было у председателя государственного совета Хо Джок (1610–1680), чей дом стоял недалеко от дома сонби. Он неоднократно пытался сделать сонби своим союзником, но наложница настоятельно советовала тому держаться подальше:
– Не сближайся с Хо Джоком. Если будешь близок с ним, тебя ждет беда.
Сначала сонби не верил словам наложницы, но когда сын председателя Хо Гён (?–1680) был казнен за участие в заговоре, а окружение его тоже оказалось причастно и получило наказание, убедился в правдивости ее слов и с тех пор стал доверять ей.
Как-то раз в дом сонби пришел гость. Сонби весело проводил с ним время, играя в падук[7]. Вдруг вошел слуга и сказал, что наложница желает передать важное сообщение. Забеспокоившись, сонби извинился перед гостем и отправился проведать ее.
– Я хотела сообщить о нашей разлуке, ведь сегодня день моей смерти, – сказала ему наложница, облаченная в нарядные одеяния.
Услышав это, сонби удивился и спросил:
– О чем ты говоришь?
Наложница ответила ему:
– Такова наша судьба – рождаться и умирать, поэтому береги себя.
После этих слов она тихонько легла и испустила дух. Сонби долго оплакивал внезапную смерть любимой наложницы, отказываясь от еды и не смыкая глаз.
Спустя некоторое время он зашел в ее комнату и обнаружил в шкатулке книгу. В ней содержался ряд подробных предсказаний о том, что произойдет в определенный день, месяц и год. Только тогда сонби осознал, что его наложница могла предсказывать будущее благодаря книге пророчеств.
Он прочел последнюю главу, в которой было описано его собственное будущее: «Сонби займет должность утешителя-виюса[8] и такого-то числа июня следующего года прибудет в Кымён провинции Чхунчхондо[9]». Более о нем ничего не говорилось, поэтому он задумался: а не значит ли это, что он умрет по прибытии в Кымён? Однако он не был уверен в правильности своей догадки, поэтому закрыл книгу и вышел из комнаты.
Предметы быта, XIX в.
Со временем, как и было сказано в книге пророчеств, его отправили на службу в Кымён, расположенный в провинции Чхунчхондо. Сначала сонби боялся, что поездка в Кымён станет концом его жизненного пути, поэтому обратился к начальству с просьбой: «Прошу отправить меня в провинцию Пхёнандо» – и даже получил разрешение. Однако в то время в провинции Чхунчхондо бушевала эпидемия оспы, и начальство все же решило отправить его туда, назначив на должность виюса – чиновника, который утешал больных. Как ни хотел сонби избежать этой поездки, но решение было принято на высшем уровне, и он вынужден был подчиниться.
По дороге в Кымён полили сильные дожди, и реку Кымган размыло. Сонби пришлось несколько дней ждать, пока вода отступит. А когда он наконец добрался до Кымёна, наступила дата, указанная в пророчестве. Осознав, что это означает его скорую смерть, он рассказал об этом наместнику Чхунчхондо и другим людям и попросил: «Сегодня я умру, поэтому прошу вас не беспокоиться и устроить мне похороны». В ту же ночь он тихо ушел из жизни.
Похоже, предки корейцев верили, что судьба предрешена и ее никоим образом не изменить. Подобное убеждение было распространено также в Древней Греции и Северной Европе, поэтому, возможно, оно характерно для всего человечества.
На территории современного города Чечхон в провинции Чхунчхон-Пукто из поколения в поколение передавалась легенда об удивительных рисунках. Удивительными они были потому, что все изображенное на них становилось реальностью.
Давным-давно жили два друга, богач и бедняк. Однажды бедняк столкнулся с нуждой, он понял, что больше не может прокормить семью. Тогда отправился к своему богатому другу в Ханьян и попросил того о помощи. Богач нарисовал на бумаге журавля и сказал:
– Бей журавля розгами по ногам, но только раз в день. Он даст тебе столько денег, сколько нужно. Но помни: можно бить лишь раз в день.
Подарив своему бедному другу рисунок и розги, богач проводил его до ворот. Бедняк поначалу не поверил его словам, но потом решил все же развернуть рисунок и на всякий случай ударил журавля.
И тут, к его изумлению, из рисунка выпал мешочек, набитый монетами. Неожиданно получив деньги, бедняк решил их потратить. Он отправился в знаменитое увеселительное заведение и развлекался там с очаровательной кисэн, наслаждаясь прекрасной музыкой.
Вскоре, соря деньгами, бедняк пришел к мысли, что мешочек монет в день – это слишком мало. «Если я ударю по ногам журавля двадцать раз, то ведь наверняка двадцать мешочков выпадет?» Он вынул розги и нанес двадцать ударов. И тут ноги журавля переломились. Деньги больше не выпадали из рисунка, и бедняка, прокутившего все, выгнали из дома развлечений.
Не желая возвращаться домой с пустыми руками, он снова отправился к богатому другу. На этот раз тот нарисовал большой роскошный дом с черепичной крышей и прекрасную деву.
– Не улыбайся в течение ста дней, и тогда это станет твоим. Если ты улыбнешься, все исчезнет, – сказал он и протянул ему рисунок.
По дороге в родные земли бедняк, получивший от богатого друга рисунок, задремал, рассматривая его под большой сосной. Проснувшись, он обнаружил, что лежит на шелковом одеяле в комнате большого дома с черепичной крышей, а перед ним, улыбаясь, стоит прекрасная дева.