Hydra Dominatus – Overlord: Право на жизнь. Том 3 (страница 51)

Аура же создала столько ловушек, что враг ещё нескоро доберётся до стен. Она была мастером партизанской войны, на её землях были созданы целые филиалы с бойцами и животными, которые превратят продвижение врага в ад. Нежить будет тонуть в болотах, снег и дождь будут срывать с них плоть, а живые, что прут с другого континента, ужаснутся тем, на что способно воображение этой эльфийки.

Тем не менее прежде чем они разошлись, к ним поступил новый приказ. Владыка решил собрать их всех. И тот час они явились, все до единого, представ пред своим Владыкой.

Момонга же выглядел как всегда величественно. На его лице ничего не поменялось, он же нежить. Оставалось лишь теряться в догадках, что на самом деле лежит на его душе. Устал ли Владыка? Сомневался? Или же всегда был самым лучшим во всём? Некоторые стражи до сих пор так считали, а другие за столько времени и личного общения… понимали, что несмотря на свою расу Высшее Существо на то и Высшее, чтобы отличаться от других.

В нём была… человечность, даже теплота, которая одних пугала, а других расслабляла. Но определенно точно менялись все, в самые разные и неожиданные стороны.

— Я собрал вас всех здесь, чтобы задать каждому один и тот же вопрос, — произнёс Владыка, чей голос звучал грозно и пугающе, а аура его усиливалась троном. — И спустя столько времени вы готовы дать на него ответ.

Все напряглись, но никто не переглянулся. Все также продолжали смотреть вниз, как и подобает слугам. Но каждый в этот момент понимал, что речь о той задаче, что Владыка ставил для них в самом начале. Ради чего он дал им земли и самоуправление, к которому сам не притрагивался. Никого своим вниманием он не обделил, каждому помогал, хоть и видно было, как ему непросто вспоминать о своих друзьях, которых больше не было рядом.

Все они делились своими мыслями, своими идеями, пытались создать то, что достойно памяти их Творцов. И в этот момент, когда Момонга почувствовал, что теряет связь с реальностью и возможно делает ошибку… он решил послушать Вильгельма. Внемлил его совету и через творения своих друзей хотел услышать их мудрость, их совет, как поступить Назарику в этой ситуации.

Ведь именно так гильдия Аинз Оал Гоун принимала решения касательно глобальных решений. Вместе.

— Каждый из вас ответит на вопрос. Как бы посоветовал мне поступить ваш создатель в такой ситуации? На что лучше посмотреть, где сконцентрировать силы и своё внимание, а где… где возможно я даже ошибаюсь. Первой будешь ты, Люпус. Поднимись и выйди вперёд. И вы все… подниметесь тоже…

Удивлённая тому, что её выбрали первой она вышла, думая о том, что ей сказать. Но сама задача — дать совет Владыки, Высшему Существу, которое само всегда отдаёт приказы… задачка мягко говоря не тривиальная. Особенно для такой как она. У неё не было такого интеллекта, как у Демиурга, опыта как у Альбедо, как и каких-то уникальных знаний, в которых она могла превзойти стражей.

Она была просто… служанкой, одной из горничных. И тем не менее она не имела права ослушаться Владыку и подвести его. Поэтому напрягалась настолько, насколько могла, чтобы выдать весь накопленный ею опыт и возможно какую-то мудрость? Она точно сказать не могла, ведь хоть и узнала очень многое, но сделать какой-то уникальный вывод, а не просто подать уже известную информацию в иной обёртке… это требовало большого труда.

— Мой создатель не входил в девятку сильнейших, — чтобы не растягивать паузу в ожидании пока мысли соберутся, Люпус отмерила лишь пять секунд и начала говорить хоть что-то, боясь показаться глупой и недалёкой. — Король Зверей Меконгава, мне пришлось расспрашивать очень многих, в том числе и вас, чтобы узнать о нём как можно больше. И за столько времени… я поняла лишь то, что он… он очень переживал о своей силе. О том, что является балластом и не может поддерживать тот же уровень, что другие… Высшие Существа, что именовались топами…

Переживая тяжёлый кризис, он проходил через это и в иной своей жизни. Находясь в крайне ослабленном положении, те книги, что читал он… они были немногим утешением, что скрывает наше библиотека. Какие-то я не поняла, другие же… другие же были похожи на то, что происходило с ним, когда я уже была создана.

Он напомнил мне побитого зверя, одинокого волка, от которого отвернулись все и оставили его наедине с жестоким миром, в котором не приспособлены жить в одиночку такие как мы. И главным его поворотом, в том, после которого он вышел из тяжёлого кризиса, была встреча с тем, кто станет его лучшим другом. Тот, кто несмотря на все сложности и разницу протянет ему руку.

Это был почтенный Нишикиенрай. Он был на голову выше него, сильнее, из-за чего Меконгава был готов бросить другой мир. Не хотел быть балластом и мешать, но… Ниши не позволил этого сделать, сам проявил инициативу и буквально за шкирку вытащил моего Творца. И не прогадал, ведь тот в конечном итоге стал Королём Зверей и стал важной частью Назарика.

— Из этого я вынесла урок, что силён не зверь по отдельности, а стая как единое целое. И что тот, кому ты протягиваешь руку сегодня, сможет стать выше и сильнее тебя, протянув руку в будущем уже тебе, — подводила итог покрасневшая Люпус, стараясь ни на кого не смотреть, чтобы не смутится, ведь думала что говорит какую-то чушь. — Такой подход использовал Назарик и ранее. Мне кажется, если бы на этом месте стоял Меконгава, то он бы сказал вам, Владыка, что вам стоит дать им шанс. Хотя бы не отворачиваться, а протянуть руку. Не в ущерб защите Назарика, но… отправьте меня и Ауру, вместе мы поможем другим государствам и игрокам.

— Интересная точка зрения. А что скажешь ты, Нарберал? — спросил Момонга, призывая встать рядом с Люпус ещё одну горничную, с которой некоторое время путешествовал в облике Момона.

— Мой создатель Нишикиенрай действительно был таким. Несмотря на свою силу и то, что много ему легко давалось, он… он не ставил себя выше других. Если конечно дело не доходила непосредственно до боя, где в нём разгорался азарт. Но он действительно не особо видел разницу в уровне сил, общаясь с сильнейшим, также как и со слабейшим своим другом. Ведь… уровень это всего лишь цифра… так он повторял.

Следующим слово своё дал Себас, никого не удивив. Он был самим воплощением Тач Ми, считая что нельзя прятаться в такой момент. Надо было выйти и разбить всех, помочь своим товарищам, людям и доказать тем самым величие Назарика.

Его же поддержал и Коцит, который вслед за своим создателем проникся уважением к Себасу. Это было иронично, ведь Воин Такэмикадзути всегда соперничал с Тач Ми, считая того сильнейшим и… и всё же равняясь на него. Стремясь его превзойти. И хоть в данный момент Момонга считал Коцита более сильным, чем Себаса, да и Коцит догадывался о своей возросшей мощи, но… всё равно проникся безмерным уважением к Себасу.

Одним за другим опрашивали других, но больше всего удивления начало происходить, когда говорить начал Демиург. Весь вымотанный, слегка шальной и совершенно не такой как раньше… никогда Момонга не видел его таким, однако когда тот начал говорить ему и вовсе показалось, что Демиурга подменили.

— Мой создатель посвятил всего себя злу. Настоящему злу. И очень долгое время я искал не причины, а оправдания. Не истину, а глину для ног колосса… И всё же, несмотря на разницу наших мнений с Себасом и другими, я… я кажется понял в чём крылся главный урок…

По лицу Демиурга пошёл пот, его мозг всё ещё лихорадочно работал, а дополнительная задача, которую поставил Момонга в дополнение к победе в игре с Серым Кардиналом окончательно его подкосила.

— Когда-то… когда-то мой создатель познал истинное зло. Лучшее, что случалось с ним, были вы… вы Владыка… и Назарик. Он любил их больше жизни и от того дилемма разрывает мой разум. Ульберт сказал бы вам, что весь другой мир нужно уничтожить, если это может сохранить хотя бы пылинку Назарика. Однако я… я умом понимаю, что это породит ещё больше зла, которое… которое сделает с людьми то же, что сделали когда-то с моим Создателем. Это… неверно, нерационально, идёт против моего нутра, но…

Прямо здесь в зале Демиург неожиданно потерял сознание, после чего к нему бросился Маре. Дав отмашку, тем более мнение Маре уже было выяснено. Момонга убедился лишь в том, что жизни Демиурга ничего не угрожает. А после продолжил опрос. Проходя через всех и раз за разом слыша голоса своих друзей, тех, кто создал тёмную гильдию из самых ужасных рас, но… но которые были лишь людьми, что не вписались в те нормы, согласно которым большинство выбирает банальные «положительные» расы.

Но никто из них не был злым по-настоящему. И хоть Назарик был важен для всех, но стоил ли он принесения в жертву тех принципов, что преследовал каждый из его друзей? Ведь всё вокруг стало таким реальным, каждый непись словно живой и возможно таковым является? Кто знает, но будь здесь вся его Гильдия… смогли ли бы они сделать всё то же, что творили в других играх, играя роль? Или наоборот сняли бы маски и повели бы себя с миром в их руках так, как вели себя друг с другом?

— Очень интересно, — произнёс Момонга, когда опросил уже почти всех и удивлялся тому, как некоторые уже…

Уже свято верят, что это всё прелюдия и что Момонга их проверят. И что правильным решением будет как раз дать бой снаружи, сразится за весь мир и победить всех-всех. Они словно бы совершенно не переживали за Назарик. То ли упивались собственными всесилием или же… или же вправду было в них некоторое желание помочь другим? Возможно в Себасе… ещё в парочке, но чтобы в большинстве?