Hydra Dominatus – Overlord: Право на жизнь. Том 3 (страница 28)

И хотелось мне верить, что успехов у них больше, чем у нас.

Глава 120

— Я был там, когда Ланпоса Третий был свергнут! Был свергнут не захватчиками, а родным сыном! — громко восклицал юноша на главной площади Ре-Боулорела, переименование которого затягивалось и саботировалось местным губернатором.

Саботировалось во многом из-за того, что после войны и всех лишений именно в этом городе нынешнего Королевства Дракенхольд собралось больше всего тех, кто поддерживал Ланпосу и его род. И тем не менее юноша гордо взошёл на трибуну площади, расхаживал по ней и активно жестикулируя кричал толпе. Кричал не ртом, а сердцем и всей своей душой, которая горела столь же ярко как и его глаза.

— Я сражался в этой войне и следующей войне! Видел как старший сын по глупости своей мешал генералам воевать, как его брат в жажде власти строил козни за спиной семьи и как трусливо со своим любовником сбежала их сестра! Я видел всё это сам, ведь был королевским гвардейцем! Три осады столицы, десятки битв, я потерял в тех сражения столько друзей и близких, что не счесть! И всё же я стою здесь, стою перед вами и говорю правду! Ре-Эстиз был мёртв ещё до того, как возвысилось первое знамя Дракенхольда!

Не очень приятно было слушать подобное собравшимся людям. Они были возмущены, но всё же оставались стоять и смотреть на Гарета, юного рыцаря и наивного идеалиста, который даже спустя столько времени и всего пережитого продолжал чтить рыцарский кодекс, который он составил сам на примерах книжек не имеющих ничего общего с реальностью.

А люди же в свою очередь смотрели на рыцаря, видели в нём королевского гвардейца и не хотя… не хотя понимали, что Ре-Эстиз мёртв и сейчас только Дракенхольд решает их новые проблемы. Новые и старые, которые решать никто не хотел. Только при новой власти появились дома милосердия, появились хоть какие-то социальные льготы, строились повсюду школы и по велению королевского перста склонив головы вкладывались аристократы безумные суммы в отстройку городов, что после войн стали руинами.

Не какие-то Боги это делали, не благодаря чуду это происходило, а благодаря конкретным личностям, некоторые из которых даже менялись, удивляя чернь тому, что оно оказывается может что-то решать и должно это делать. И чернь сама становилась умнее, особенно молодёжь, что уже и читать, и писать как правило умела или активно училась. А вместе с тем она и училась разбирать в том, что пойдёт на благо их обществу, а что дешёвый популизм, не имеющий под собой никакого фундамента.

И хоть не без проблем всё это происходило, но люди становили не такими тёмными, как и новая королевская власть пользовалась подавляющей популярностью. И даже те, кто любил Ланпосу Третьего, в тайне ожидая возвращения принцессы и возрождения рода, всё равно не поднимали ни мятежей, ни бунтов, ни даже тухлыми овощами в ратушу не кидали.

Но теперь от них требовалось куда больше, чем раньше. Так считал как Гарет, так и многие другие. Великаны спускались гор, приближая конец мира. И только объединившись все вместе можно будет выжить в этом аду. Ведь если падут Ледяные Клыки, то уже ничто не остановит вестников вечной зимы.

Так Гарет стал лидером небольшого движения, которое ранее поддерживало Ланпосу, а теперь всё же решилось может и не отказаться от старых убеждений, но как минимум помочь новой короне и тем поселениям, что уже разорялись великанами на границе. Это был очень большой и важный вклад, однако не основной.

И буквально в тот же день, после своей очередной речи, взяв добровольцев из крепких мужчин, словно лидер какого-нибудь крестового похода, Гарет отправился на юг, прямо к Ледяным Клыкам, дабы присоединится к жесточайшим сражениям. Для него это было само собой разумеющимся, что понятно по взятому им прозвищу. Великаны были одним из главнейших врагов рыцарей, как и драконы.

Однако прежде приведённое им войско поднялось в горы, они разместились на равнине, где развернулись огромные лагеря. Сюда неостановимым потоком везли раненых, здесь формировались новые отряды, а также отсюда руководил всей пограничной защитой герцог, пока король дрался лично непосредственно на Ледяных Клыках вместе с союзниками из Колдовского Королевства и гномьих городов.

А также здесь находился и тот, к кому Гарет собравшихся с духом направился, выполняя просьбу короля.

— Господин Газеф Строноф, — войдя в шатёр, произнёс Гарет, тут же поклонившись своему учителю, наставнику, генералу, авторитету, другу.

— Ты стал куда старше, — улыбнувшись произнёс Строноф, что хоть и не выглядел как пленник, напоминая скорее почётного гостя, но всё же с момента взятие в Ре-Эстизе находился под следствием, которое встало намертво. — Возмужал.

И это было правдой. Гарет действительно стал куда старше, но ему всё ещё не было даже восемнадцати. Впрочем, даже так благодаря тренировкам он напоминал настоящего воина и носил латы, был высок, красив и благороден, таким он задумывал своего персонажа. Настоящим рыцарем, хотя при всём этом гордыни в нём не наблюдалось, ведь он понимал своё место и назвался не Артуром, не Ланселотом и не Персивалем, а Гаретом, мальчиком с кухни, которому предстояло проделать большой путь, чтобы найти себя и своё место в мире.

— Тебя послал, узурпатор? — прямо спросил Газеф, но без какой-либо агрессии или осуждения.

— Да, — прямо ответил Гарет, перебирая все слова, которые хотел сказать и которые теперь, когда он стоял перед своим учителем, перестали значить хоть что-то.

Газеф Строноф был известнейшим человеком в Ре-Эстизе и уступал разве что королю, да может некоторым отпрыскам. Сильнейший воин, человек с невероятной волей духа. Он вызывал уважение не только у солдат, к которым он относился не как к ресурсу, а как… к товарищам. Им восхищались все простолюдины, как и аристократы, что в тайне скрывали это, дабы не опозорить свою голубую кровь.

Простой человек, после наёмник, победитель турнира, затем телохранитель короля и главнокомандующий армиями Ре-Эстиза. Он был тем, кто со дна поднялся до невиданных высот и внушал в каждого ребёнка идею, что добиться можно всего, если честно трудиться, чтить данное слово и помогать тем, кто слабее. Самый настоящий рыцарь, хоть по факту им Газеф и не был, ведь являлся простолюдином и воином.

Никто мог даже представить того, что Газеф Строноф нарушит своё слово. И он тоже не мог это представить. Однако жизнь штука куда более сложная и строптивая, как и никогда не знаешь, куда заведёт тебя судьба.

— Пора сделать выбор, что вам дороже: ваша честь или жизни тех, кто теперь является подданными нового короля, нового королевства.

Гробница Назарик, пятый этаж, ледник.

Обширная территория заполненная бессчётными айсбергами. Снег на этом этаже шёл постоянно, как и в целом здесь было весьма холодно, на что намекает как бы даже название самого этажа. Если каким-то образом нападающие и могли прорваться через все другие этажи до сюда, то их ждал сущий ад. Ведь в случае необходимости здесь активировалась буря, которая накладывала дебафф замедления и наносила постоянный урон.

Главным защитником здесь был Коцит, массовки в случае необходимости хватит на целую армию, из интересного можно отметить Морозных дев 82-го уровня, а также секрет, что скрывался под айсбергами и плавал на дне этажа, только и мечтая о том, чтобы кто-то попробовал непрошенным пройти через этот этаж.

Но всё внимание сейчас концентрировалось на Ледяной Тюрьме, что была словно дом из сказок. Двухэтажный особняк, покрытый льдом там могла жить жестокая ледяная королева или более добродушная снегурочка. Всё будет зависеть от того, враг ли ты для Назарика или друг.

И именно сюда пришёл Демиург, который сидел в одной из комнат второго этажа, наслаждался вполне комфортной температурой и аристократично испивал из чашки чай. Прямо британский дворянин, сэр рыцарь, в костюме он действительно был на него похож, как и нрав более чем подходил под образ.

— Милосердная Леди, — произнёс Демиург, скривив губы в то, что могло быть принято за надменную ухмылку, но чего доказать в поединке полемики никогда не будет возможно. — Интересный ник. Особенно для высшего существа, который в своей хищности и жестокости сродни членам нашей гильдии.

— Вы мне льстите, господин Демиург. Не думаю, что могу равняться на создателей столь великой Гробницы Назарик. Даже удивлена, что всё это было сделано не тысячами и не десятками тысяч игроков, а буквально небольшим составом. Как и то, что никто не прошёл дальше первых линий обороны тоже удивляет. Неужто на вашу гильдию приходилось половина доната всей игры? Или просто каждый из вас был настолько гениален, что входил в эту неимоверно малую долю процента лучших игроков мира? Иначе такой отрыв от других объяснить действительно сложно.

— Истина она всегда где-то посередине, — Демиург был с демедж-контролем на «ты», потому никакие издёвки заточённый здесь Ленеи не могли его задеть даже в теории, ну или по крайней мере этого он никогда не покажет.

— Думаете донат и перекач вам поможет? — Ленея же в этой схватке с дьяволом демонстрировала свою истинную натуру.

— А разве у вашей троицы есть хоть какие-то шансы?

— Троицы?

— Я так и сказал.