Hydra Dominatus – Данные удалены. Том 1 (страница 39)
Она была права, как и злость постепенно сменялась умиротворением. Взяв за шкирку Смертника, я отправился обратно в Зону Содержания, успевая проскочить ровно мимо закрывающимися перед цунами дверьми. Там же передал Смертника докторам и бросив взгляд на МОГовцев, прошёл мимо них, не встретив сопротивления. Добрался и до самого Фрактала, где снова захотел сесть, после чего опять появилось волшебное кресло.
Согласно протоколу я вообще не имел права покидать это место. Хоть и ситуация явно была не рядовой, как и сам Фонд очевидно сделал всё, чтобы я покинул Зону с Фракталом, перебив их врагов, но… протокол был протокол. Так что я вернулся сюда и ждал того, что прикажут делать дальше.
В руке же моей лежал осколок Печати Адама, где остался отпечаток его души. Слабый и никчёмный, возродить его было невозможно, но… сентиментальность во мне тоже оживала, сменяя прошлые эмоции. Третья Печать забирала своё, а кукла бегала вокруг, разглядывая новое окружение. Жуткая кукла со швом вместо рта и пуговицами… она постепенно менялась, становясь более нормальной, словно бы… живой? Живой по-настоящему, как ребёнок.
— Вы выглядите грустным, вам должно быть больно? — поинтересовалась кукла у бойца, который стоял на посту, несмотря на ранение и жгут: раненных было много, но кто-то должен был контролировать ситуацию, пока представших пред смертью пытаются вернуть обратно.
Он ничего не ответил, напрягся, перевёл взгляд на докторов, что находились за защитным стеклом у потолка и продолжали смотреть из места, куда добраться сложнее, чем до Фрактала. Никакой помощи, никаких рекомендаций, потому он просто молчал, не зная как взаимодействовать с объектом.
Кукла же его коснулась, за голень. Неожиданно и быстро, боец резко отскочил назад, но упёрся в стену и едва не вскинул оружие, успев переложить палец с затворной рамы на спусковой крючок. Он испугался, касание было слабым, но с учётом всего случившегося… он реально боялся, что сразу умрёт или начнёт сгнить заживо. Однако неожиданно всё случилось наоборот.
Он вдруг осознал, что боль ушла, за ней и страх, а сам он вдруг почему-то улыбнулся, хотя каких-то причин для этого не было. Кукла же убежала куда-то в коридор, после чего отправилась в путешествие по Зоне Содержания. Её никто не останавливал, лишь странная фигура в бежевом плаще, идущая ей навстречу приподняла шляпу и улыбнулась.
Затем же фигура зашла в Зону с Фракталом как к себе домой. Огляделась. Вся охрана и МОГ получили приказ покинуть место, а окно наблюдения закрылось. Вероятно выключились и все камеры, ведь явившийся человек… возможно человеком и не был.
— Как настроение? — спросил он, подойдя ко мне.
— Получше, — ухмыльнулся я, вертя в руке кусочек Печати Адама. — И что же от меня хочет Администратор в этот раз? Чтобы я закрыл все три печати, да не пугал мир?
— С учётом всего случившегося… — лениво протянул Администратор. — Толку будет немного. Первая же теперь просто дверь без замка.
Он согнул колени, словно бы хотел присесть, напротив меня. Но стола не было, как и стула у него. Тем не менее из-под плаща его высунулась длинная лапа, став опорой. Сам же он положил на колени свои руки, находящиеся в замке. Я в целом ни разу не видел, чтобы Администратор не держал руки таким образом. Всегда либо сжимал их в плотный замок, либо просто скрещивал пальцы.
Как и ленивым он тоже был всегда. Вёл себя спокойно, неспешно, медленно двигался и говорил. Однако лентяем он не являлся, как и прямо сейчас он работал. Ведь на нём был Плащ тысячерукого, один из объектов Фонда. С помощью него он мог делать множество дел одновременно, как и сам плащ находился вне реальности, вне евклидового пространства, то есть он вполне мог сейчас орудовать одной из своих рук в своём кабинете, заполняя отчёт.
Так даже ведя себя ленно здесь, Администратор вполне мог занимать все остальные руки другими делами, на которых он и концентрировался, что создавало эту иллюзию ленности.
— Интересно, как ты себя чувствуешь? Столько времени ты проводил без радости жизни… а теперь она вернулась, — говорил Администратор, который был архитектором Третьей Печати. — Хочется улыбнуться?
— А тебе хочется сдохнуть?
— Ха-ха, как забавно скалиться пёс, сидящий на цепи. Признаться, я бы посмотрел на тебя, если найдётся что-то что заставит тебя уничтожить Третью Печать. Вероятно в тот день я буду где-то рядом, раздавать команды палачам, которые наконец-то тебя сотрут. Потому что ударив самого себя — ты всё упростишь. Надеюсь так и случится.
— В прошлый раз не получилось, думаешь в этот справитесь?
— Времена меняются, люди учатся.
— Меняются и повторяются, учатся и забывают. Впрочем… я бы тоже хотел, чтобы ты был поближе ко мне в тот день. Если он конечно наступит, — отвечал я и улыбался. — Как хорошо, когда и я, и Фонд хотим одного, да?
— Ну что вы… чего хочет Фонд не знаю даже я. Тринадцать директоров… все вечно спорят, а…
— Двенадцать.
— Тринадцать.
— Двенадцать.
— Я Администратор, говорю же тринадцать.
— Ой, ну мне то не гоните.
— Какой моветон! "Гоните"…
— Ты вместо стула лапу какой-то твари используешь.
— Ещё и на "ты"… — Администратор был тем ещё лицемером, который вертел фактами как того хотел сам и акцентировал на этих фактах внимание также, когда хотел того сам. — Вот вечно с тобой так…
— Как и не стоит,
Заткнуть меня стало невозможно, я говорил без остановки и передышки, не давая Администратору и слова поперёк вставить. Третья Печать хранила в себе то немногое лучшее, что было во мне. Детскую радость жизни, двоякую и жестокую, как и сами дети. Сегодня они рисуют на асфальте слово "хватит", а завтра топят кошку в краске. Любопытство… оно безудержное и без воспитания может раскрыться вовсе не безобидными детишками в самой худшей красе.
Как и злоба с ненавистью были двумя сторонами одного лица куклы, которая была весьма переменчива. И вернув мне радость жизни, она могла легко забрать её снова. Настроение моё всегда было строптивым, как и эмоции. Так что Третья Печать хоть и была сильным барьером, ведь в случае моего желания получить свободу — я должен был её сломать, убить всё, с чем она связана.
Однако и являлась она обоюдоострым клинком, который в отличие от Эрики и Адама всегда была на моей стороне, ведь являлась частью меня. Буквально я сам являлся Третью Печатью, это был кусок моей души, вырванной из меня ещё очень давно.
Тем временем Администратор замолчал, понимая что шквала вопросов не выдержит, как и со своей силой Третьей Печати я подсознательно начал давить на его разум, пытаясь выудить из него то, что он хотел скрыть.
Так что ушёл этот тип ни с чем… или что-то получил? Может он просто для перестраховки явился? Не знаю, но я остался сидеть дальше… сидеть и ждать Кристину М., которая уже была в пути и как только непогода уляжется, она явится сюда, чтобы проверить всё лично. И хоть главным моим врагом был Этюд, который всё и устроил, но если подвернётся случай использовать Кристину М. как оружие против Администратора… я им воспользуюсь, чтобы ослабить Совет О5.
Хотя вряд ли мне удастся сплести интриги за их спинами. Ведь даже несмотря на свои способности я был… простофилей, а они хищниками и мастерами заговоров. Ведь у меня были принципы, а у них — нет. Я презирал ложь и держал слово, а они его нарушали. Как и в целом обманывать я хоть умел, тут уж просто возраст сказывался и жизненный опыт, но в сравнении с О5… в сравнении с ними я и был простофилей, которого обмануть столь же легко, как конфетку у ребёнка забрать.
Так что я придерживался стратегии — меньше говорить, больше слушать, в случае чего сыпать кучей вопросами и путать всё, что только можно. Это тоже в корне мало что меняло, но зато я хоть работу Фонду не облегчал. Хотят предсказывать мои действия и думать, что я сделаю дальше — пусть пашут. А я ещё специально буду вести себя как непредсказуемый самодур.
И даже если ничего этим не изменю в корне, то хоть занозой для них стану. Или того глядишь заставлю переиграть их самих себя.
— Здравствуйте, извините, что задержалась, — спустя неопределённый промежуток имени Кристина М. явилась.
— Кстати, я не попил чаю. Вы нарушили процедуру, — первым делом я напал на неё, потому что лучшая защита это нападение: вини во всём других, никогда не вини себя — учитесь дурному пока я жив.
— Да, мы уже всё исправляем. Просто чайный мастер был убит одним из шпионов.
— Шпионы проникли так глубоко? — удивился я.
— Да, есть такое… ох, а стульев не осталось? — оглядевшись спросила Кристина М.
— Присаживайтесь на мой, — произнёс я и встал, после чего объект 1609 сам переместился.
— Как любезно.
— У меня на удивление хорошее настроение. Как и… секунду… ещё мгновение…
Я начал ходить вдоль невидимых простых людям линий, после чего нащупал одну из дверей в никуда, и исчез. Через несколько секунд уже вернулся со стулом, а также с сухариками.